была меньше маминой. Пизда поросла черными волосами, тогда как у мамы они были рыжие. Татарка-полукровка, она тоже была красивая. Недаром мой покойный отец утешал ее. Когда зашел в баню, раздевшись в пердбаннике, в полумраке не сразу разглядел женщин. Они лежали на полке, уткнувшись лицом в согнутые руки, выставив пухлые попы.Лежали голова к ногам друг друга. Тетя галя приподняла голову-Парь давай скорее, щас задохнусь, натопил шибко.Начал парить первой тетку, она лежала с краю. Постанывая, подставляя бока и спину, ворочалась на полке. А я охаживал ее веничком, проливая сто потов. перевернулась на спину-По переду пройдись, по переду!И я прошелся. Она раздвинула ноги, подставляя под веник внутреннюю часть бедер. Соскочила с полка, с воплем опрокинула на себя шайку холодной воды и порскнула в предбанник. А я перешел к маме. Я парил маму, тер ее веником и снова хлестал по спине, по попе, по ногам. Перевернувшись, она, как тетя несколько времени назад, подставила мне живот. Прошелся спереди. Вот и мать соскочила с полка, облилась и рванула прочь из жара, в прохладу предбанника. Следом выскочил и я. Пот заливал глаза, стекал по телу.Тетки сидели, розовея телами и источая пар, что клубился в прохладе предбанника. немного передохнули и Мурзиха сказала, что остыла и готова попарить женишка. мама сказала, что попарит сама. В итоге парить пошли обе. Хлестали в два веника, будто стараясь выколотить из меня дух. перевернули на спину и принялись охаживать спереди. Тетка прикрыла ладошкой мой конец.-Нечаянно веником зашибем, что делать будем7 Пропадать неебанными?Мать опять что-то прошипела про ненасытную утробу, которая постеснялась бы мальца.-Тонечка, какой малец? Бог с тобой! Ебет двух баб, да еще, поди, и девок портит. Вон табуны какие у вашего дома шастают. А нам много и не надо. Почесал пару раз, да и хватит.Мама, не выдержав, рассмеялась. С тетей Галей невозможно было ругаться, как и обижаться на нее. Вот и я не стерпел, рванул с полка к бадье с холодной водой. А Мурзиха уже приготовила пакость. Едва я подскочил, плесканула на меня из шайки. Водопад ледянной воды заставил захлебнуться собственным дыханием, заглушил даже крик, что попытался зародиться где-то в груди. Плюясь и откашливаясь, вывалился в предбанник, упал на лавку. Ох уж это состояние после баньки, после парной, когда обольешь распаренное тело холодной водичкой и сидишь, приводя в нормальное состоние дыхание. Тело вбирает в себя кислород каждой порой, промытой и прочищенной. Каждая клетлчка наслаждается жизнью. Почему никто из поэтов не написал оду бане? Жаль, что мне не дано слагать стихи. Не даются мне рифмы и я, по определению великого Пушкина, не могу отличить ямба от хорея. Сижу,отдыхаю. женщины, даже не заметил кто, накинули на плечи простыню, укутали меня. Тетка замотала край простыни вокруг лица, сделав из меня куколку. Чмокнула, получила от матери шлепок по мокрой заднице, звонкий и отдавшийся эхом, побежала мыться. Женщинам надо помыть волосы, смыть пот, что проступил, пока меня парили, а я потопал домой, в простыне, накинув на плечи старенький ватничек. Оделся, накрыл на стол, пока тетки мылись. Пришли распаренные, долго отдувались, сушили возле печки волосы. Это ныне мода накороткие прически. В то время волосы были гордостью и красой любой женщины. У мамы волосы, когда она их распускала, прикрывали половину попы. У Мурзихи были чуть покороче, до поясницы, но такие же пышные. Одна рыжая, почти красная, вторая черная, как смоль, они были немного похожи, как сестры. Халаты были застегнуты через две на третью пуговицы, не до того было в жаркой бане. Титьки выпадывали, они их заталкивали обратно, они вновь выпадывли, но вот пуговицы застегнуть как-то ума не хватало. Просохли, сели за стол. Разлили по маленькой, выпили, поели. Пока ели, женщины приняли еще не по одной, так что к концу посиделок бутылочка оаустела. Мурзиха осталась ночевать. Положили ее на моей кровати. Она долго охала, что некому согреть бедненькую, что спать в одиночестве боиться, но вскоре затихла. Мама потащила меня в спальню. Зрелище голых тел в бане возбудило ее и она стремилась скорее погасить жар, что пылал внутри пипки, поместив туда охлаждающий аппарат сыночка. Упали в объятия перины, провалились в нее, жарко целовались. мама лежала на спине, раскинув ноги, а я лежал на ней, целовал ее губы, щеки, шею. Опустился пониже и принялся целовать груди, переходя с одной на другую. Она сама подставляла мне их, беря руками и вталкивая мне в рот сосочки. Ей уже было хорошо, она уже была на грани. Пополз по ее животику, изучая языком каждый сантиметр ее тела, вылизал пупок, опустился к лобку. Мама замерла. Напряглась, выгнулась дугой, подставляя мне лобок и вход во влагалище. Эти ласки мы стали практиковть недавно. Мама несколько раз отсасывала мне, когда у нее были месячные. Да и так не брезговала поласкать сына ротиком, испивая сперму до капельки, не проливая и не роняя ее. однажды она лежала, раскинув ноги, отдыхала после совокупления. Я лежал головой на ее животе, почти что на лобке, играл волосками пипки, раздыигая из, навивая на палец, поглаживая. Ласкал и губы только что выебанноц пизды, из которой исходил запах мамы и моей спермы.Даже не припомню, что меня толкнуло,
Порно библиотека 3iks.Me
18627
18.05.2018
|
|