Любовь - не пирог- Читать онлайн

Грациозно передернув плечами, господин Декуэрво бросал папе оба посудных полотенца и, все еще глядя на папу, делал шаг в мамину сторону - уже под музыку. - Завтра с утра будем бегать, Дэн, вернем тебе прежнюю форму, чтоб танцевал всю ночь напролет, - говорил он. - Какую еще "прежнюю"? Я уже двадцать лет пребываю в этой милой форме. Что возвращать-то? Все смеялись; господин Декуэрво с мамой переглядывались, она подходила к папе и целовала его в лоб, усеянный бисеринами пота. Потом брала за руку господина Декуэрво и выводила на середину гостиной. Когда она танцевала с папой, мыс сестрой могли хихикать, даже путаться у них под ногами, как во время семейной игры в бадминтон, где ракетки держат двое, а участвуют все. Когда мама танцевала с господином Декуэрво, мы следили за танцующей парой, присев на качалку на веранде или примостившись на подоконнике, и боялись взглянуть друг на друга. Они танцевали только быстрые танцы, танцевали так, словно ждали этого всю жизнь. Мамины движения становились все более плавными, исполненными смысла, а господин Декуэрво оживал, загорался, словно выхваченный из тьмы ярким пучком света. Папа танцевал, как жил: шумно, добродушно, насмешливо, несколько тяжеловесно; зато господин Декуэрво - обыкновенно тихий, задумчивый и серьезный, - танцуя с мамой, совершенно преображался. Он словно летал: счастливый, одухотворенный, то наступал на маму, то кружил ее и вокруг нее, откликаясь на каждый ее шаг, каждый жест. Они улыбались всем нам поочередно и снова обращали друг к другу враз посерьезневшие, страстные взгляды. - Потанцуй еще с папой, - говорила сестра. Говорила за нас всех, оставшихся за бортом. Мама посылала Лиззи воздушный поцелуй: - Хорошо, любимая, сейчас. - Повернувшись к обоим мужчинам, она со смехом объявляла: - Что ж, намек прозвучал громкий и недвусмысленный. Давай прервемся, Гаучо. Пора уложить этих обезьянок спать. Все, девочки, по койкам. Уже поздно. И трое взрослых препровождали троих детей сначала на кухню пить молоко, потом в ванную - умываться, чистить зубы и мазать лосьоном обгоревшие плечи - и, наконец, в нашу просторную спальню. Спали мы, к великому изумлению Гизелы, в трусиках и футболках. - Без пижам? - не поверила она в первый вечер. Я самодовольно фыркнула: - Здесь это ни к чему. Взрослые целовали нас и выходили, а мы лежали и слушали щелканье орехов и приглушенный разговор за картами: взрослые играли в джин или покер и слушали Дайну Вашингтон и Одетту. Однажды я проснулась примерно в полночь и отправилась через гостиную на кухню: попить и проверить, не осталось ли на блюде пирожков с клубникой. И вдруг увидела маму и господина Декуэрво. Они обнимались. Я была удивлена и озадачена. Фильмов я к тому времени насмотрелась множество и понимала: если кто-то кого-то обнимает так крепко, они должны и целоваться. Наверняка. На знакомые мне мамско-папские объятия это не походило ничуть. Отчасти потому, что папа был на двадцать сантиметров выше и килограммов на сорок-пятьдесят тяжелее мамы. Поэтому обнимались они совсем не как в кино: крошечная, хрупкая черно-белая женщина терялась в лапах громадного розово-оранжевого мужчины и смотрела на него снизу вверх, как на великана. Зато рядом с господином Декуэрво мама стояла, как сестра с братом, щека к щеке, оба стройные, широкоплечие, с длинными босыми загорелыми ногами. Мамины руки были под футболкой господина Декуэрво. Наверно, она почувствовала мой взгляд. Медленно открыла глаза. - Дорогая, ты нас испугала. Мы с господином Декуэрво как раз говорили друг другу "спокойной ночи". Ну, сходи в туалет, а я подоткну тебе одеяло, хочешь? Она не заискивала, нет, просто поясняла, что я для нее важнее господина Декуэрво. Они отстранились друг от друга так быстро и незаметно, что я тут же забыла, как они выглядели, стоя вместе. Я кивнула маме; только что виденное уже начало превращаться в моем сознании в обычное "спокойной ночи", ведь мама всех близких друзей обнимает и целует на прощанье. Когда я вернулась из ванной, господин Декуэрво исчез, а мама поджидала меня, глядя на луну. Она проводила меня в спальню, уложила и поцеловала: сначала в лоб, потом в губы. - Спи, глупышкин. До утра. - А сделаешь утром оладьи с черникой? Мне показалось, что сейчас самое время что-нибудь выпросить. - Утром увидим. Спи. - Ну, мамочка, пожалуйста... - Ладно, завтра объявляется черничное утро. А теперь спи. Доброй ночи, заяц. - Она на миг задержалась на пороге, оглянулась на меня и ушла. Папа поднялся рано и отправился с приятелями на рыбалку на озеро. Он уезжал каждую субботу, надев старую футболку, повязав на лысину красный платок, прихватив коробочку с крючками и блеснами, и возвращался обыкновенно часам к трем. Господин Декуэрво клялся, что готов чистить, готовить и есть всю пойманную рыбу, но ничто не заставит его провести целый день в компании заядлых рыболовов в бейсбольных кепках и белых носках. Проснувшись, я учуяла запах кофе и разогретого масла. Гизелы и Лиззи в кроватях уже не было. Я ужасно расстроилась: сама же выпросила у мамы оладьи и сама же их проспала! Небось ни одной оладушки не оставили! Господин Декуэрво с Лиззи сидели за столом и доедали оладьи. Мама на синем диванчике в гостиной расчесывала Гизеле волосы. Расчесывала куда бережней, чем мои, и не хлопала ее поминутно по плечу, чтоб сидела смирно.

Порно библиотека 3iks.Me