голосом допытывалась настоятельница, треся за плечо девочку. - Я и сама не знаю, как это случилось, - прошептала Клариса в смущении и со слезами на глазах. - Говори, или Святая Женевьева поразит тебя громом! - тревожно произнесла настоятельница. - Это было... это было давно, - начала захлебываясь от рыданий Клариса. - я зашла в глубину сада, никого не было вокруг. Вдруг вижу, какой-то человек спустился со стены и бросился на меня, - сочиняла Клариса. - Это, наверное, был мальчик? - прервала настоятельница. - Когда я очнулась его уже не было, я его не рассмотрела, испугалась и упала в обморок... - Ну, ну, - торопила настоятельница, - ты на себе ничего не заметила особенного? - продолжала она, не подозревая лжи и твердо веря, что девочка осталась вполне непонимающей и невинной, и стала жертвой откуда-то взявшегося развратного мальчишки. - Только платье было смято и расстегнуты кальсончики, - ответила Клариса. - И ничего больше? - спросила настоятельница. - Ничего больше я не помню, - ответила Клариса, радуясь, что ее милый садовник не открыт. - Дитя мое, - произнесла настоятельница, возложив руки на голову своей воспитаннице, - этот негодный мальчишка наградил тебя ребенком. - Но как он мог сделать это, - задумчиво произнесла Клариса. - Из капельки образуется человек, - ответила Матильда Краузе. Клариса ничего не ответила, думая про себя: "Ничего себе капелька. Целые ручьи". - С тобой случилось несчастье, - продолжала настоятельница, - и долг нашей обители требует того, чтобы ты на время скрылась с глаз мира. Ты должна сегодня же ехать к матери Камелии, в ее отдаленный монастырь и там погостить, пока все будет улажено. Клариса заплакала, видя, что ее разлучают с садовником. В этот же день тихонько от подруг, были уложены все вещи Кларисы и отдано было распоряжение приготовить карету. Как только стемнело, Клариса выехала из монастыря в сопровождении одной из старых монахинь. Правя лошадьми, Ксаверий, с сожалением и грустью смотрел на ссылку милой девушки, обвиняя себя в том, что не смог предохранить этот дивный цветок от зачатия. Когда они ехали лесом, Клариса заметила, что монахиня спит, и надумав еще раз испытать уединения с садовником. Открыв дверь кареты она тихонько сказала, обращаясь к садовнику: - Жаль, что ты сделал мне ребенка, но вероятно, не доделал. Я бы предложила тебе с удовольствием, пока спит старая карга, докончить свою работу, потому, что мне хочется, чтобы ты сделал... это? К ее изумлению глухонемой, казалось, понял ее, так как тотчас остановил лошадей и, спрыгнув помог девочки выйти из кареты. - Да он умный человек, - подумала Клариса, выходя из кареты. Тотчас же за деревьями, поставив девочку на четвереньки и спустив с нее кальсончики, Ксаверий с огромным удовольствием запустил свой "палец" в ее "ямочку", но сделал это так стремительно и быстро с силой, не жалея больше девственную плеву, в которой уже не предвиделось надобности. Девушка вскрикнула от неожиданной боли, но зато тотчас почувствовала, что только теперь садовник работает без всякой удержки, с полной силой и яростью, доставляя себе и ей жгучее наслаждение... Больше часу стояли лошади, и все это время, они с маленькими перерывами соединялись друг с другом, зная что им больше не придется встретиться. Спустя немного времени, они подъехали к одинокому монастырю, который скрывал в стенах девочек, ставших жертвами монастырского воспитания. Невеселый приехал Ксаверий домой. Ему было до боли жаль девочку, которая, по-видимому, серьезно к нему привязалась. Монастырь потерял для него прежний интерес, тем более, что после истории с Кларисой, надзор за концом сада был вновь усилен и теперь ни Тереза, ни Сильвия не могли прибегать к нему в беседку. В один прекрасный день он исчез, мимикой объясняя надзирательнице, что его призывают к себе престарелые родители. Клариса родила здорового ребенка, сына, что ей не помешало, два года спустя, выйти замуж за старого барона Аренголь. Блистая на балах, будучи предметом восхищения и преклонения молодых людей, она все же была верна своему мужу, и только в своей душе она с нежностью хранила свою первую любовь и страстные ласки монастырского садовника. Однажды, на одном балу, во время танцев к баронессе повели молодого человека, отрекомендовав его Ксаверий де Монталь. Посмотрев на него, она вскрикнула от неожиданности, до того он был похож на монастырского садовника. - Вы мне удивительно напоминаете одного, когда-то близкого, человека, - заметила она, играя веером и смотря на него. - Мне приятно сознавать, баронесса, что вы напоминаете мне в свою очередь одну милую близкую мне девушку, - любезно ответил садовник Ксаверий де Монтель, целуя у нее руку. "Просто подозрительно, - думала она, - лицо, глаза - садовника, но тот же был простолюдин и глухонемой, а этот в изящном костюме, с безукоризненной внешностью, прекрасно говорит и слышит. Ксаверий ни одним жестом не обнаружил ей своей прежней близости, не предполагая, как именно теперь она мечтает о садовнике. Она отнеслась снисходительно и дружелюбно, под впечатлением встречи с человеком, напоминающим ей ее прошлое, ей очень захотелось вкусить, хотя бы только раз, былых восторгов, если уж не с ним самим, то хоть бы уж с его удачной копией. Спустя немного времени, она, в отсутствии мужа, пригласила его в свою спальню. Трепеща от ожидаемого наслаждения, Клариса Аренголь
Порно библиотека 3iks.Me
17583
20.05.2018
|
|