аэродрома брусчатка кончилась, и дорога превратилась в пыльную, серую ленту, уходящую в сторону гор. Теперь по сторонам дороги раскинулось однообразное пространство степи. Витька начал клевать носом и крепко уснул. Очнулся Витька от сна, когда мама потрясла его: -«Просыпайся! Приехали». Машина стояла на обочине пыльной дороги. Мама спустилась из кабины на землю и протянула руки Витьке. Дядя Коля, перегнувшись через руль, протянул Витькину сумку. «Я через час буду обратно» - сказал он, обращаясь к Витькиной маме. Мама согласно кивнула головой, подхватив Витьку за руку, пошла по аллее, обрамленной пирамидальными тополями, к видневшемуся в глубине ее одноэтажному длинному зданию, уходившему вправо и влево от дорожки, по которой шли Витька с мамой. На стене его, обращенной к дорожке, было множество подслеповатых окошек. На некоторых белели занавески. Мама с Витькой вошли в прохладный коридор, по обе стороны которого было с десяток дверей с белевшими на них табличками. На одной из них было написано: «Ординаторская». В эту дверь, предварительно постучав, мама и вошла. За ней несмело переступил порог и Витька. Комната была довольно просторной, в два окна. В левом углу у окна стоял канцелярский стол, за которым сидела женщина в очках и белом халате. «Доктор» - догадался Витька. На шее ее висела красная резиновая трубка с круглой набалдашинкой на одном конце. На одной из стен в деревянной раме под стеклом висел портрет Владимира Ильича Ленина – Витька уже хорошо знал это. Он видел этот портрет в своем букваре. А еще в большой красной книге с множеством картинок, переложенных тонкой папиросной бумагой, стоявшей на этажерке в кабинете отца в Лузино. Вдоль другой стены стоял целый ряд стульев, на одном из которых сидела довольно грузная, тоже в белом халате, в тапочках на босу ногу, седоватая женщина. Сцепленные в замок руки ее лежали на животе. Когда мама с Витькой вошли, женщина, сидевшая на стуле, с интересом повернула голову в их сторону. А женщина, сидящая за столом, никак не прореагировала. И только когда мама произнесла «Здравствуйте! К вам можно?», она оторвалась от писанины и переключила свое внимание на вошедших. Мама объяснила ей цель посещения. Женщина попросила бумаги. Мама, порывшись в сумке, протянула сидящей за столом женщине Витькины бумаги. Она взяла их, полистала и подозвала Витьку к себе поближе. Заставила открыть рот и показать язык, подняла майку на Витьке, вставили в уши кончики резиновых трубок, а набалдашину приложила к Витькиной груди. Послушала в одном месте, в другом, потом повернула Витьку к себе спиной и приложила к ней свою штуковину. Закончив осмотр Витьки, она что- то записала в книге и обратилась к женщине, сидевшей у стены: -«Настасья Филипповна! Отведите мальчика в изолятор»«Пийдемо, хлопчик» - сказала, поднимаясь со стула, тетя Настя. Говорила она с украинским акцентом.«Нэ журыся» - продолжила она, одной рукой привлекая Витьку к своему мягкому боку, а другой подхватив его торбу с вещами, и двинулась к дверям. Выйдя из комнаты, тетя Настя повела Витьку по коридору. Справа и слева тянулись двери комнат: «Ординаторская», «Процедурная» и другими не совсем понятными для Витьки надписями. Возле двери с надписью «Изолятор» тетя Настя остановилась, пошарив в кармане белого халата, достала ключ, вставила его в замочную скважину и повернула. Толкнув дверь, она вошла в комнату и пригласила Витьку: - «Заходь, хлопчик».Комната была небольшая, в два окна, закрытых изнутри от жары ставнями. Над дверью горела лампочка, синий свет которой не столько разгонял, сколько еще подчеркивал полумрак, царивший в комнате. Пол в комнате был устлан не первой свежести коврами. Посредине ее стоял низенький столик, а справа и слева от двери вдоль стен лежали матрасы. На каждом из них лежали подушки и сложенные стопкой простыни, синего цвета одеяла и полотенца. «Заходь, заходь» - повторила тетя Катя: «Нэ журыся. Где спаты будешь?». И, не дожидаясь Витькиного ответа, пошла к левому дальнему от двери углу. «Вот. Здесь тебе гарно будет» - произнесла она, опуская на пол Витькину торбу. «Давай я тебе постЕлю постелЮ» - и, опустившись с кряхтеньем на колени, принялась застилать матрас. Потом надела на подушку наволочку и положила ее на застеленный простыней матрас. После этого развернула одеяло и постелила его поверх простыни. Управившись с постелью, она поднялась с колен и пошла к двери. «Пысать захочешь - нажми вот эту пипку» - показала она Витьке на приспособление, привернутое к стене у двери, которое Витька и не заметил. Тетя Настя вышла, затворив за собой дверь. Слышно было, как заскрипел в замке ключ. И Витька остался в комнате один. Тяжело по детски вздохнув, Витька подошел к теперь уже своей постели, опустился на одеяло, достал из сумки книгу и погрузился в чтение. Долго Витьке наслаждаться чтением не довелось. Не успел еще он дочитать до конца и одного листа, как раздался скрип ключа в замке, потом застонали дверные петли, дверь распахнулась, и в комнату вплыла все та же грузная фигура тети Насти. За нею в дверях нарисовалась тоненькая девчоночья фигурка лет десяти-двенадцати. Шагнула в комнату и остановилась у порога, несмело оглядывая незнакомое помещение. В руках у нее была объемистая видавшая виды матерчатая сумка. Из одежды на ней, как и на Витьке, был самый необходимый минимум: белая хлопчатобумажная сорочка, едва доходящая до коленок. «Заходь » - певуче обратилась к
Порно библиотека 3iks.Me
25936
20.05.2018
|
|