семья, которые не пьют и не ругаются матом, задроту, который поступил в университет, закончив гимназию. Димон не рассуждал такими понятиями. Его зависть, ненависть и ярость были врождёнными качествами, возникающими инстинктивно, без мыслительных процессов.Удары становились регулярными. Нелегко нанести поджопник увальню, который постоянно бежит и уворачивается. Валик проскальзывал по стенке, но острый пинок ботинка настигал его раз за разом. Он взвизгивал и бежал дальше.Бедный парень за три года выстрадал больше, чем за всю жизнь.«Ненавижу, ненавижу вас, сволочи!» — твердил он в слезах, осматривая синяки на попе и бёдрах. Он бы хотел уехать в другое место, сбежать, но такой возможности не было. Он мог только прятаться от хулиганов, ждать, пока они пойдут в другое место.Как назло банда обосновалась в соседнем подъезде. Валик не мог не пройти мимо, даже заходя с другой стороны дома, он натыкался на пинок в зад. Потому что хулиганы не спали: караулили в арке, на остановке, неожиданно появлялись в подъезде, заходили с разных сторон.Рядом с Димоном маячили два охранника: молчаливый лопоухий Фирага, амбал под два метра, вечно стриженный в ноль, круглый год расхаживающий в одном и том же чёрном спортивном костюме, засунув руки в карманы, постоянно облизывающийся на дорогие иномарки; и казах Руся — чернявенький коренастый борец с узким лбом, красивыми чёрными глазками, небольшим ртом. Руся кадрил всех девчонок, говорил с мелодичным акцентом, ломая слова, и постоянно задирался:— Думаешь я тебя не ушатаю?Или:— Знаешь что с такими на зоне делают?У этой тройки были ещё прихлебатели — парни второго эшелона, примыкающие на время к группе, чтобы засвидетельствовать почтение. Бывшие одноклассницы выходили на улицу гулять парами, иногда соглашались вместе отметить очередной праздник — лишь бы был повод.Для Валика эта пьяная варящаяся масса людей была безликой. Парни отличались лишь силой удара, девушки острословием. Он забегал в подъезд, вздыхал с облегчением и забывал до утра. До того момента, когда ему вновь предстояло выйти на улицу.В начале декабря первокурсник Валентин возвращался поздно вечером домой. В этот день Димон почувствовал себя полным ничтожеством: девушка, к которой он давно подбивал клинья, предпочла встречаться со спокойным домашним парнем, не обременённым пагубными привычками, спортсменом, умницей, олимпиадником, и вообще богатым папенькиным сыночком. Всё, что так люто ненавидел Димон, вернулось к нему сторицей. От ярости вожак стаи не находил себе места. С горя выпили одну бутылку водки. Накатили вторую. Ничего не помогало.В этот момент мимо проплыл тюфяк с портфелем. Реакция главаря банды была мгновенной:— Фирага, тащи этого пидора в беседку. Заебал он тут ходить, жопой вилять, — Димон прищурился, кинул окурок на мокрыл асфальт и яростно растоптал его. — Ща мы туда тоже подвалим.***Валентин вяло отреагировал на предложение Фираги «пойти поговорить».— О чём? — промямлил он.— Ну надо. Идём, не бойся. Поговоришь, и пойдёшь потом домом, — Фирага, страшный как чёрт, улыбнулся, неумело подражая в притворстве и хитрости своему начальнику.— Мне домой надо, — заканючил Валик.— Идём сказал! — Фирага больше не уговаривал. Это был приказ.И Валик поплёлся за амбалом к дырке в решётке детского сада. Под навесом за бетонной стеной уже собралась небольшая компания из четырёх парней. Кроме Димона и Руси были ещё двое в спортивных штанах, кожаных куртках. Парни дымили сигаретами, периодически опрокидывая содержимое пластиковых стаканчиков в горло. Услужливый Руся активно разливал по два пальца на брата.Стояла кромешная тьма. Если бы не огни окон, фонари улиц и белые стены беседки, вряд ли можно было бы разглядеть захмелевшие выражения наглых лиц. Сырое дыхание декабрьского вечера обвевало лицо Валика. То ли от ужаса предстоящего общения, то ли от морозного воздуха стыла кровь в жилах, кожа покрылась пупырышками. Валик чувствовал, что сейчас его будут бить, и готовился морально.— Ну что, бля, — Димон поднялся с лавки. — Хуля ты всё время убегаешь?— Я не убегаю.— Тебе что, в лом остановиться поздороваться? Пацаны, смотрите, — Димон обратился к двум другим, которые общались особняком. — Это чмо живёт здесь уже много лет и не здоровается. Потому что считает себя лучше всех. Ты чего не здороваешься, пидор, а? — Димон вернулся к разговору с Валентином. — Ты что, бля, совсем охуел?Ярость достигла предела, и точный удар в челюсть откинул Валика назад. Он устоял на ногах, чтобы оценить пути отступления. Но гопники обступили кольцом и вырваться не представлялось возможным.Димон продолжил наносить удары: сначала редкие кулаками, затем добавил точные удары ногами — под дых и поджопники.— Я тебя научу, пидор, вежливости! — повторял он раз за разом.Валик уже не пытался выпрямиться. Он вжал плечи, стал боком, прижавшись к стене.— Держите этого пидора жопой ко мне, — приказал вожак.Фирага и Руся схватили Валика за руки. Сильнейший удар носком ботинка в центр попы вывел Валика из оцепенения. Адская боль пронзила тело, и он застонал. Впервые боль вынудила открыться, проявить эмоции, которых он так стеснялся.— Снимай штаны, блядь! — заорал рассвирепевший Димон.Но ему не нужно было повторять. Холопы, державшие Валика под локти, ослабили ремень и с лёгкостью стянули джинсы вместе с трусами до колен.Растерявшийся Валик полез поднимать джинсы и тут же получил второй удар, от которого закружилась голова. Задница на секунду онемела, словно потеряв связь с телом, и в следующий момент взорвалась тупой щемящей болью, проникающей глубоко внутрь, под копчик и в пах.Валик захныкал, слёзы
Порно библиотека 3iks.Me
14926
27.05.2018
|
|