трусах, тут же присел на край дивана, нежно коснувшись руки смазливой женщины.
— В чем дело, дорогая? — наклонился он к ее губам.
— Поцелуй меня, Феденька. Что-то съела, что в желудке укололо...
Зуев просунул руку под покрывало и обнаружил, что на Шурочке, кроме кофточки, ничего нет. Он стал поглаживать ее живот, но ей показалось этого мало. Она схватила его руку и стала опускать ее все ниже и ниже, пока его еще не высохшая ладонь не наехала на кустики ее волос...
— Так, где же болит? — задал он глупый вопрос, глядя, как ее ресницы согласно мигнули, явно обозначая, что боль именно здесь. Он, наконец, понял, чего она хочет, отбросил в сторону полотенце и мигом снял трусы. Шурочку увидела его «Друга», торчащего, как перископ подводной лодки, Она мигом скинула покрывало и от вида оголенной женщины «перископ» стал еще более прямым. Он перекинул через нее правую ногу, и его тело коснулось ее мягкой часто дышащей груди.
«Сейчас я тебя вылечу, болящая душа», — шумело у него в голове, а ее проворные пальцы уже направляли его орган в нужном направлении. Он вспомнил, как один из его подчиненных рассказывал анекдот о том, как бы он вдул, и понял, что настало то мгновение, когда мужчина может это сделать без каких либо препятствий. И он вдул. Да так сильно вогнал своего молодца в эту туговатую, но мягкую и теплую скважину, словно занимался этим делом каждый день.
— Ой! Всполошилась она. — Туговато, Федя?
— В самый раз. Не люблю слишком разработанные «скважины»...
— У меня, как у целочки. Тебе понравится, милый...
Он медленно приподнимал таз, и, придержав его в верхней точке, тут же с силой загонял своего мальчика вниз, словно его забивал кувалдой.
— Феденька! Я знаю, что ты страстный и опытный мужчина. Давай по-тихому, Еле, еле вытаскивай, но не до конца, оставляй его вверху, а потом тихо, тихо опускай его вниз, а там попытайся повращать им небольшими кругами вправо и влево. Я буду балдеть от этого, готовая лезть на стену, но ты крепко придавливай меня корпусом, не давай вывернуться из-под тебя. Если я забъюсь в мелкой конвульсии, жарь быстро и глубоко до мощного оргазма. Если получится вместе, это хорошо, хочу от тебя ребенка, мой милый...
«Сейчас, я тебя оттрахаю так, что ты уползешь на четвереньках», — подумал он и заработал, словно глубинный насос, качающий живительную влагу из глубины пыхтящей скважины.
— Ой! Не так сильно! — взмолилась она.
— Что? Больно? Может прекратить?
— Что ты? Работай, но медленно...
И он стал работать так медленно, словно рабочая лошадь, прошедшая половину пустыни и едва передвигающая ноги. Она в это время томно закатывала глаза, что-то пришептывала, отчаянно впившись ногтями в его мягкую ягодицу.
— Ох! Классно как! Как ты меня дерешь! До горла достаешь. Супер ты, а не мужчина. Моему до тебя, как до неба. Тот только и умеет вставлять и вынимать...
— А работает кто?
— Кто же, если не я.
— Шурочка? А другие способы ты пробовала?
— Какие? — притворилась она непонимающей, хотя ему было известно от своей жены, что Воротынскую в молодости драли старшеклассники комсомольцы, которым она резрешала секс только в попу. Боялась принести матери в подоле.
— В попу, к примеру...
— А что это дает мужчине?
— Видишь ли. Если в процессе любви в кровати мужчина долго не сливает, то его выручает женская попа. Туда он быстрее сольет...
— Ну, давай, если тебе так хочется...
— А тебе?
— Не знаю. Не пробовала так...
— Давай попробуем?
— Хорошо.
Она быстро поднялась и стала на четвереньки на краю дивана. Он сразу догадался, что это ее излюбленная позиция, встал, быстро пристроился сзади и стал с трудом проталкивать в нее своего двадцати сантиметрового «малыша».
— Ой! Больно!...
— Может прекратить?
— Нет! Давай, коль начал. Только осторожней...
— Хорошо. Раздвинь слегка ягодицы руками.
— А как же мне держаться?
— Переложи подушку и упрись в нее головой. Эх! Молодость! Все вас учить надо...
Она так и сделала. Теперь она могла свободнее принимать его «Удальца».
Он быстро вставил и тут же услышал звук выходящего воздуха из попы. Он чуть не рассмеялся, а она прошептала; «Извини...
Он начал качать туда, сюда, а попа отвечала ему «Чмок, чмок».
Он почувствовал, что его «Мальчику» здесь теснее, но уютнее. Стенки попы обнимали его более плотно, и ему хотелось драть этот предмет все активнее и быстрее. Наконец он почувствовал, как его «Молодец» задрожал и стал отплевываться от этой жадной попы солидными порциями спермы. Она замерла, словно собака, принимающая сперму от породистого самца в надежде на удачное потомство.
— Ты все? Закончил? — повернула она к нему пылающее от усердия лицо с затуманенным взором.
— Нет, мила, я только начинаю...
— Ничего себе игрушечки... Я уже выбилась из сил, а он только начинает. Давай выпьем шампанского? А?
— А где оно?
— Ну, что же это за ухажер, у которого нет шампанского?!
— Не употребляю, милая...
— Тогда давай водку...
— Вот это другое дело. Делаем творческий перерыв, а затем продолжим. — Он вынул из ее сумки бутылку «Столичной», которую та заблаговременно приготовила на всякий случай, чтобы угодить любимой подруге.
Они пили и болтали о том и сем. Лицо ее сияло от счастья. И он почувствовал, что даже от самых красивых женщин он не имел такого удовлетворения и тихого наступающего счастья обладания такой покорной и мягкой женщины, выдержавшей вес его нелегкого тела,
Порно библиотека 3iks.Me
82038
30.11.2018
|
|