Барышня- Читать онлайн

что иначе умрем, а иногда вдыхаем свежий ветер, и мы его чувствуем, нам сразу кажется, что мы на море или в морозном лесу. А может вы вдохнули сырость и очутились в осенний день. Мы вдыхаем, потому что нам хочется это ощутить. Каждый вдох незабываем. Жаль тех, кто этого не замечает. Для них это только физиологическая потребность, наполнить свои легкие кислородом. Они слепы. Что я могу нарисовать исходя из этих рисунков?. .. Может это будет страсть твоей души, твои переживания и воспоминания, а может грусть о прошлом и страх о будущем, а может томление женского тела. Откуда мне знать... Я творю, не могу ответить на такой вопрос. Пытаюсь понять вас, барышня, а рисунки помогают этого добиться.

Она молчала, задумалась над собой. Уходя, спросила, будет ли Сильвестр Павлович завтра утром. Он ответил, что обязательно придет и просит ее тоже подойти. Анастасия уходит и целый день проводит в размышлениях. Разговаривает с подружками, но она их не слышит, ее мысли остаются при ней, они не дают ей покоя. У себя на сеновале вспоминает о рисунках, как на них изображена, и что в это время могла думать и чувствовать. Постепенно погружается в мир грез и фантазий. Ее тело само играет, само подставляет себя под кисть художника, и уже она рисует. Анастасия сама становиться художником. Начинает понимать себя, не только наяву, но и в том рисованном мире. Начинает понимать, что от нее хочет Сильвестр Павлович. Ему нужна не форма, а чувства, то, что твориться внутри ее тела, ее сознание, ее переживания. И как только она это поняла, сразу воспарила к небесам.

Анастасия испытала настоящее наслаждение от сознания тех чувств, что в ней скопились, ее внутренняя любовь.

На следующий день пришла и приготовилась как актриса. Но актриса играет чужую роль, а она – свою. Анастасия погрузилась в свои мысли, в свой мир, в свои долгие и сладкие грезы. Думала о нем, о своем единственном принце, о котором так долго мечтала и которому уделила так много времени.

Анастасия помнила его губы, их вкус и поцелуй, знает его руки и все тело. Знает, как оно пахнет, чувствовала его волосы. Но не это было главное во всем, а то, что она его любила, как она его ждет. В ее душе чувствовалась тоска, непроснувшаяся любовь. Она как цветок после спячки тянется вверх, готова открыться солнечному лучику, она просто этого жаждет.

В ее головке вертелись мысли, они сменяли друг друга. Порой их было так много, что голова начинала кружиться. Тогда Анастасия прижимала руки к груди, подгибала колени и широко раскрывала глаза. Головокружение постепенно проходило, наступала реальность, но внутри все вертелось и кружилось, оно было сладостным и томным. Снова закрывала глаза и пускалась в водоворот своих чувств.

Память не давала покоя, она не отпускала ее. Хотелось продолжения, развития событий, хотелось закончить начатое, но сознание Анастасии говорило о другом - не сейчас, не так рано, подожди. Приоткрыла глаза. Посмотрела на потолок. На то, как там воркуют голуби, на то, как луч света пробивается сквозь пыль чердака. Она посмотрела на окна, на темные углы помещения, на блики, что играли на стене, на пожелтевшую фотографию, что висела в рамке. Смотрела и радовалась этому прекрасному моменту, этому чистому воздуху, тому, что где-то жужжит шмель.

Сильвестр Павлович сидел на своем стульчике и внимательно смотрел на нее. Его рука перестала водить карандаш, он смотрел и думал. В его глазах читалась летопись. В них были длинные строки истории, они были прозрачны как роса. Анастасия улыбнулась ему и застенчиво опустила глаза. Ее платье было растрёпано и помято.

Они выпили чай из термоса, что он прихватил с собой, погрызли печенюшки, а после расстались.

Все следующее утро девочка проспала. Она спала так сладко, что ей не хотелось просыпаться, расставаться с грезами. Всю ночь путешествовала. Побывала в Испании и Париже, успела побывать в Англии и Новом свете, а сейчас надо было вставать. Петухи во всю кричали, росса высохла, а вдалеке слышался рокот трактора. Она соскочила, побежала к умывальнику, плеснула в лицо горсть холодной воды, и, взвизгнув, помчалась к художнику.

Его не было нигде. Несколько раз обежала все здание, заглянула в каждую дверь, но его не было. Сильвестр Павловича не было нигде. Подошла к его столу и разочарованно присела. Только сейчас заметила небольшой клочок бумажки с аккуратной надписью: «Для Вас, барышня». Анастасия, не задумываясь, открыла полуразвалившийся стол и увидела там белую папку. Осторожно, как драгоценность, достала ее, замерла, ожидая, пока сердце успокоится, и осторожно приоткрыла ее.

Здесь были знакомые ей рисунки. Но теперь она смотрела по-иному, в них был не просто ее образ, в них она почувствовала глубину. Перевернула лист. Он зашуршал и лег на пыльный стол. Под ним оказался новый рисунок. На нем еле заметные штрихи. На этом рисунке она сидела на коленках, выпрямив спину как тополек, руки подняты кверху и запрокинуты за голову, подбородочек горделиво приподнят, а взгляд спокойный и гордый. На этом рисунке она увидела себя без одежды. Это выглядело ненавязчиво, как-то естественно, как будто так было всегда.

Анастасия присмотрелась к эскизу, вспомнила, когда так сидела. Но тогда на ней было платье, а сейчас она чистая, как лист бумаги. Просто удивительно, как меняет человека его оболочка. Положила лист в сторону и взглянула на следующий. На нем она по-детски лежала

Порно библиотека 3iks.Me