Вторжение?- Читать онлайн

ко мне кормой. А МОЙ ОГРОМЕНЕЙШИЙ ЧЛЕН таранит её!

Мне приходится придерживать пьяную родительницу, поливать ей из душа в межножье. Совершая безумие я САМА лезу рукой ей между ног и мою губки. Вспоминаю — где-то, когда-то, Алёна омывала женское лоно и ей это нравилось. Хорошо хоть мама не поняла, чем я на самом деле занималась с ней.

«У меня в постели мужчина, а я тут готова... ВЫЕБАТЬ маму! Простите, небеса, за мат! Но по-другому будет не так экспрессивно. — думаю я и помогаю маме вытирать тело. Лазаю под грудями. Украдкой провожу пальцами по пупырышкам на ареоле, стискиваю мякоть «вымени». Окончательно сбрендив, произношу: — Таша, я согласна вспомнить. — опомнившись, добавляю: — Но с условием. Если это каким-либо образом коснётся безопасности Земли, Вам надлежит самоликвидироваться. Условия принимаются?»

«Согласно параграфа о общении с представителями цивилизации класса «Три», я, ТашамдИ ШазярбИ, приношу клятву, что, выполняя условия, высказанные аборигеном планеты Земля, известной мне как Алёна Сомова, обязуюсь прекратить дальнейший сбор и обработку информации, допускаемых общегалактическими правилами, разработанными для исследователей группы сто тридцать семь. Вся информация, собранная до этого момента, будет уничтожена!

Итак, согласие ваше получено. Вспоминайте...»

Объём памяти до того огромен, что первоначально глушит моё желание потрахаться. Хоть с мамой, хоть с любимым. Я в бреду просто накидываю на маму халат и вывожу её к папе. Тот уже прикорнул на своём любимом кресле.

В спальне освободила мать от халата, помогла ей просунуть руки в вырезы ночной рубашки. Она при этом обнимает меня за шею, шепчет в ухо:

— Саша уснёт, мы с тобой продолжим начатое в такси, любимый мой. — видимо опьянение таково, что она не соображает кто с ней рядом.

Мне с трудом удаётся прекратить целовать её в губы и «месить тесто» сиськи.

«Не дайте, небеса, ещё и папу раздевать и... дальнейшее!». — думаю я, выходя из родительской спальни.

Нет, папа бодро подскакивает и сам идёт в ванную. Я только успеваю пожелать ему спокойной ночи.

В спальне мой любимый развлекает себя просмотром моих работ. Он обдумано одет — вдруг нетрезвые родители нарушат наши условия, войдут в мою спальную.

— Обо мне мечтала? — спросил любимый и показал эскиз, картину с которого я никак не решусь написать: нужны холст и масло. Акварелью не проработаешь детали.

— Да. — почти неслышно произнесла я. — Хулиганила с первого дня знакомства с тобой.

— Но здесь НЕ КИСКА! Я бы сказал... ВЛАГАЛИЩЕ.

— Это гротеск. Как бы желание ощутить всё твоё существо одной лишь вагиной. А вот здесь... — я показала другой эскиз

— Здесь мои ощущения после секса с Валей.

— Я так и подозревал, что между вами есть какая-то интимная связь. И инициатор, конечно, ты?

— Ты спроси, когда это произошло... ! На третью ночь после знакомства с тобой, любимый! Насасывала ей клитор, воображая твой орган. А ты оказывается не любитель минета. Да?

— Э-э-э... как бы это сказать... ? После просмотра одной порнушки, где героиня заглатывает. При этом чуть ли не рыгает... Фу, блин! Гадость!

— У меня сложились другие представления о парнях. Будто все так и стремятся запихнуть член поглубже за гланды. Но нам нужно испытать это на себе. Согласен? — все мои ипостаси кричали: «Не жди! Сама действуй! Ты это умеешь и мастерски выполняешь!» Но моя воспитанность блокировала крики.

— Пусть родители уснут. — тактичность парня была выше моей — я бы не додумалась до такого.

— Да, ты прав, миленький. — я придумывала о чём ещё поговорить. Вспомнила. — А я ещё в одном нахулиганила... ! Вон объектив видишь? Фотик пишет с того момента как ты ополаскивался.

— Гхм! Мне стыдно! — Артур действительно покраснел. После моей пытки, сознался: — Я открывал твой шкаф... искал зеркало... большое... Посмотреть, как я выгляжу обнажённым. Зеркало не нашлось, но бельишко твоё посмотрел.

— Я и без зеркала могу сказать — стать твоя меня устраивает. А бельё... , вряд ли бы разглядывала твоё, окажись я в такой ситуации, но твоё любопытство мне мило.

Мой парень показывает на очередной рисунок,

Спрашивает о причинах столь кровавого сюжета. Отвечаю ему, что так я ощущала себя после прыжка на тарзанке — окровавленной, но перерождённой, освободившейся от остатков трусости. Артур рассказал, как переживал в тот раз, да и сейчас, с беспокойством ожидает окончания моего полёта, хоть с тарзанки, хоть через пролёт между домов и прочих строений.

— А это кто? — интересуется происхождением следующего эскиза мой сладенький.

— Явно не ты! Валя?

На наброске не Валя, но я поддакиваю. Здесь изображена мама.

Однажды в субботний день зазвонил телефон, звонящая женщина попросила передать трубку маме. Она ещё спала и именно в таком положении тела и одеяния. Видимо папа, уходя на работу, поласкал бархат её ягодиц. В тот раз мама разлепила веки, несколько секунд соображала, что побудило меня разбудить её в столь ранний час. Заметила, как я, нет-нет, да взгляну на черноту меж булочек. Именно после этого мы с ней перешли на обсуждение пикантных тем.

Любимый мой закончил просмотр, понял, что в спальную никто не войдёт, предложил:

— Раз уж съёмка продолжается, то может сыграем акт по новой? Правда кровь...

— Ты забыл, что у меня тут куча красок. Акварель как раз безвредная. Повторяем всё до мелочей, или...

— Камеру в другое место. — перебил меня любимый. — Краску приготовь, и в момент куни, я намажу... розу.

Я старалась делать всё быстро

Порно библиотека 3iks.Me