Меня зовут Оксаной. Вообще-то правильнее было бы меня называть Александрой. Когда я выбрала роль женщины в жизни, меня и стали называть то Александрой, то сокращенно Ксаной. Ну, а поскольку я не хотела вспоминать о прошлой, мужской, — фу! — жизни, то так и пошло Ксана-Оксана, и теперь я предпочитаю это имя — Оксана.
Теперь о том, как я выбрала роль женщины. Да, именно так — выбрала роль, или лучше — жизнь женщины. Не люблю это слово — транссексуал. Так и видится потный, небритый мужик в юбке. А я — женщина. Теперь уже опытная и умелая, раньше — наивная девушка. Я имею право так говорить, потому что чувствую в себе больше женского всю свою сознательную жизнь. Даже когда я была еще ребенком дошкольного возраста, не имеющим понятия ни о каком сексе, мои естественные околоэротические фантазии уже были скорее фантазиями девочки, чем мальчика. Став постарше, я получала удовольствие от своих уже оформившихся фантазий. Как известно, современные дети рано получают представление об отношениях мужчины и женщины. Вот и у нас было так же. Тогда я представляла себя девочкой, отдающейся взрослым, опытным мужчинам. Даже мое тело формировалось скорее по женскому типу, чем по мужскому. Я рано стала замечать, что у меня более нежное и миловидное лицо, чем у сверстников, более полные бедра и красивые коленки, даже грудь. Не то чтобы я пялилась на разные части тел у мальчишек, ничего подобного, просто это было очевидно. Когда мы стали ходить в бассейн, я даже стала стесняться своего отличия от товарищей, но они не обращали внимания на мои особенности, и таким образом я кое-как росла «мальчиком».
Когда пришла пора полового созревания, эти особенности стали ярче. Появились и эрогенные зоны — чисто женские: чувствительные к ласкам соски, бедра, ягодицы, талия, губы. Если все мальчишки моего возраста занимались мастурбацией известным способом — двигали кулаком туда-сюда, сжимая в нем сами знаете что, то я получала удовольствие от ласки сосков и бедер. Мои отличия от других мальчишек уже было трудно не замечать, а у многих из них в усиленном режиме начали вырабатываться мужские гормоны, которые они не знали куда девать. Таким образом, кое-кто даже стал видеть во мне ту самую желанную девчонку, которой многим не хватало. Я все еще посещала бассейн, и в общей душевой были попытки то полапать меня за уже заметную грудь, то схватить за задницу. В спортивном лагере — а я занималась плаванием, как вы уже поняли, — было даже откровенное предложение разделить постель. Однако меня сковывали рамки воспитания, принятого в советском обществе, и я только смущалась и не знала, как реагировать. Не могу сказать, что мне были приятны эти первые сексуальные поползновения в мою сторону, но это можно сказать о любой девушке. Первые попытки парней всегда неуклюжи и грубы и вряд ли могут кому-то понравиться.
Однако был один мужчина, который мне нравился. Скорее даже еще не мужчина, а парень. Он только закончил физкультурный институт и работал у нас тренером. Чем он мне нравился? Не знаю. Спортивная фигура и сила — все это у него, конечно, было, но это не главное. Наверное, он был первым, в ком я могла увидеть мужчину в тот момент. Судите сами: он самостоятельный, уже взрослый, способный защитить слабого и приструнить сильного. Наши мальчишки его слушались беспрекословно, таким образом в нем была и определенная властность. Что еще нужно девчонке в 15 лет? Я влюбилась в него, но открыто признаться не могла. Точнее, о каком признании вообще могла идти речь? Я стеснялась своего чувства, но поделать с собой ничего не могла. Просто тихо любила его. Смотрела на него украдкой, когда, казалось, он не видит. Смущалась и краснела, когда он обращался ко мне. порно рассказы А потом, счастливая, вспоминала каждое его слово, интонацию, взгляд, смакуя и мечтая.
А мечтать было о чем. Представьте: 20-летний парень, мускулистый, красивый, добрый и веселый. Однажды я видела его в душе и меня поразило то, о чем в тайне думает каждая девчонка. Его член. Под стать хозяину — крупный, красивой формы, по-царски лежащий на крупных же яйцах. Может быть, я говорю пошлости, но я имею право так говорить о нем, потому что этот член я ласкала долгих 3 года почти всеми способами. Почему почти? Не гадайте, сейчас я расскажу и об этих тонкостях наших отношений.
Как я уже сказала, я засматривалась на него. Когда наши глаза встречались, он что-нибудь шутил, или бросал что-нибудь вроде «Ну как жизнь молодая?», или просто отвечал веселым взглядом. Иногда, когда мы были наедине, он спрашивал что-нибудь ничего не значащее, но как бы с подтекстом — мол, ну давай же, скажи, что чувствуешь, не томись, не бойся, крошка... Да, мне казалось, что именно так он мысленно ко мне обращается — крошка. Иногда в порыве любви я почти готова была сказать ему о своих чувствах, может, даже снять штаны и отдаться тут же, но — не решалась.
Потом все получилось само собой, без лишних мук и терзаний. Когда он был с нами, между мальчишками зашел разговор о сексе, отношениях с женщинами, а потом и о геях и прочих нетрадиционных вещах. От него ждали авторитетного мнения, и он сказал, что и положено с правильной, педагогической точки зрения. Разъяснил, как надо
Порно библиотека 3iks.Me
9925
13.02.2019
|
|