Дверь. Часть вторая. (Главы 3 - 12)- Читать онлайн

будут!

— Это когда же? — отозвался Змей...

— Когда я совсем старой стану!.. За двадцать!

— Да, совсем старуха! — ответил Полоз.

— С другого конца, Змей, — без выкрутасов, прямо к пляжу заехать в город не мог! — огрызнулась Светка. — Доверила Сапфира! Давай по централке и на мост!

— Обдумать надо! — проговорил Полоз, выворачивая на бывшую улицу «Караванную», уходящую под гору к реке.

— Чего тут думать? Положим Верку в кусты. Я её хорошо накормила, так что с обсыканием проблем не будет.

— Змей говорит о Законе Времени, Свет, — ответил Волк.

— И чего он гласит, ваш Закон, на этот раз?

— Закон гласит: я не могу встретиться с самим собой в коридоре времени, — ответил Полоз. — То есть мне нельзя сталкиваться с учителем Полозовым.

— Так и не встречайся! Посиди в машине.

— Слуга Хаоса очень опасен. Мы не можем оставить Веру даже на долю секунды, пока она не перейдет в руки меня же, но в роли историка из детдома.

Света задумалась. Все утро они спорили со Змеем, нужно ли вообще переносить Веру в далекое будущее, где её ждала неминуемая встреча с Голесницким. Аргументы Полоза оказались убедительными — там, в конце семнадцатого столетия, но здесь — в конце двадцатого, для Светы они стали не такими уж и незыблемыми. На собственных руках, она везла маленького ангелочка туда, где её ждала непростая судьба сироты.

На деле выходило, что и той, сумбурной, юности с попаданиями в отделение милиции, изнасилованием бандитом Тимохой у Веры может и не случится. Вообще, возможно, ничего не случится. Генрих Карлович попросту опередит учителя и всё! Прощай подруга!..

Сбавив скорость по городу до шестидесяти километров в час, Сапфир неумолимо мчался по наклонной, вдали показались купола Подгорного Собора, — за ним автомобильный мост и дачный поселок «Заречный».

Волк крутил шкалу УКВ и снова послышалась:

«В глубокой древности

На почве ревности

Дома крушили,

Людей душили.

И в современности

У нас, однако,

На почве ревности

Бывало всяко... —

Вы слушали пени композитора Александра Журбина на слова Юрия Энтина, из нового музыкального кинофильма режиссера Николая Александровича, по сценарию Александра Хмелика «Бедная Маша». А сейчас, программа «По заявкам радиослушателей» прощается с вами, до встречи в эфире».

— Сразу не мог поймать про советский мюзикл, политически неблагонадежный Волчара! — буркнула Света.

— Не психуй!..

— Я и не психую!

— Ещё как психуешь.

— Может, обсудим за кружкой кваса? — остановил их Полоз. — У моста, на пяточке разворота автобусов, бочки должны стоять.

— Тогда за кружкой пива, — согласился Волк.

— Кваса, мальчики, кваса! — утвердила Света. — Змей за рулем, а ты, Вовка, в данном году ещё и не родился.

— Я родился в начале девятнадцатого столетия, забыла?

— Эта версия устарела.

— Дискуссия окончена! — пролетая мимо пяточка разворота общественного транспорта на мост, прервал их пререкания Полоз. — Бочки есть, а, ни кваса, ни пива нет! Увы, не семьдесят пятый...

Волга миновала мост и свернула к дачному поселку. Немного не доезжая до «Заречного» на пологом берегу реки раскинулся городской пляж.

Несмотря на четверг, в ожидании закона генсека Юрия Андропова, о тунеядстве в рабочее время, там купалось довольно много трудящихся.

Девушки, мажорно, прогуливались парами, соблазняя мужчин ладными телами в цветастых раздельных купальниках. Женщины постарше, зорко контролируя обстановку, сидели под редкими грибками в цельных и однотонных, максимум в полоску, костюмах для купания. Парни играли в волейбол, красуясь хозяйством под нейлоном облагающих плавок, мужики бережно прятали, то, что ещё не истерлось в отдаче супружеских долгов, за хлопчатобумажной ширмой семейных трусов в цветочек. Детвора строила замки из мокрого песка, пекла куличики, брызгала водой из продырявленных бутылочек из-под шампуня, покоряла теплую речку на надувных матрасах и кругах.

Несмотря на то, что на календаре Илья Пророк, второе число августа, пляжный сезон был в полном разгаре, плюсовая температура последнего месяца лета била всё предыдущее рекорды. Чуть в стороне, стояли произведения советского достатка — два красных Жигуля, пять белых и синих Москвича, один желтый Запожец и четыре зеленых Урала с коляской.

Из переносного кассетного магнитофона «Весна», лежавшего у мальчишки на локтевом сгибе, громко веселя округу, пели ВИА «Верасы»:

«Малиновки заслышав голосок,

Припомню я забытые свиданья,

В три жердочки березовый мосток

Над тихою речушкой без названья.

Прошу тебя, в час розовый

Напой тихонько мне,

Как дорог край березовый

В малиновой заре...».

У кабинок для переодевания стояла длинная очередь. Из Волги в ряду автомашин советского автопрома, Светка вышла сразу в желтеньком однотонном бикини и шлепках.

Оглядевшись, прислонив поверх глаз ладонь от солнца, она произнесла:

— Ну и... Где тут уединенный плес? Место встречи Голесницкого с учителем?

— К нему придется идти пешком, — ответил Полоз, выходя из автомобиля. — Надо перейти овраг, миновать дачи и снова выйти на берег реки. Она здесь делает петлю. На колесах туда не добраться. Потому там никого и нет.

Змей тоже был раздет и девушки, гуляющие длинными обнаженными ножками по горячему песочку, стали обращать внимание на мощный торс молодого мужчины владельца белой Волги. Женщины под грибками были менее корыстны, они мечтательно улыбались выпуклости его обтягивающих бедра плавок.

— Рубашку хоть бы накинул, — сморщила носик Светка. — Сгоришь, земноводный. Я тебя сметаной мазать не стану! Бери пример с Вовки! И пляжно, и ничего к себе не привлекает.

Локтями, облокачиваясь на белый кузов, Волк стоял по другую сторону Волги в пляжных широких шортах и тенниске.

— Ты тоже вырядилась, Светка! Прямо кормящая мать! Как понесешь Веру в таком купальнике?

— А кто сказал,

Порно библиотека 3iks.Me