она, подбегая к фуре со стороны водителя.
— Это что, та бешеная баба!
— Она... Старая сука... Скажи теперь это ей...
— А мужики, её? — спросил он, видя, что из джипа выходит Игорёк и ещё один, которого, я пока не знала.
— Её!.. Открывай... Не бойся! Спасу по старой памяти...
Дальнобойщик открыл. Соня взобралась в кабину и потеснила его от руля на середину.
— Тань, я успела? — спросила она меня.
— Чего успела-то? Между прочим, она моя женщина, я её не на дороге подобрал... — пробурчал дальнобойщик.
— Ты пока молчи! С тобой, после, мои мальчики поговорят. Если надо будет...
— Успела, Сонь, — улыбнувшись, ответила я.
— Значит, Игорька не звать?
— Не надо, Сонь.
— Ладно. Тогда, сокол, ты послушай меня!
Дальнобойщик сделал внимательное лицо.
— Права давай!
— Зачем?
— Запомню тебя.
Соня внимательно посмотрела его документы и снова проговорила:
— К Тане, больше ни ногой, понял? Чтобы я твоей фуры в её дворе не наблюдала. Ещё лучше, если забудешь дорогу в наш город. Иначе...
— Сонь, поехали домой, — проговорила я. — Устала, сил нет. Спать хочу...
Соня сменила гнев на милость.
— В общем, ты меня понял, — ответила он, покидая кабину фуры одновременно со мной.
Набирая скорость, мы ехали домой. Я положила голову на плечо Сони, дремала, чувствуя, как она меня нежно целует в сопевший носик. Так хорошо было возвращаться назад в её теплых объятьях.
Замелькали светофоры, знакомые улицы. Я проснулась, прислонилась к её щеке губами, целуя, прошептала:
— Сонь, я так испугалась.
— Уволю Виктора, просмотрел. Кинулся, когда он уже тебя увез. Из-за фуры, говорит, не видно было... Пока понял, сообщил мне, пока я Сереже позвонила. Чуть не опоздали. Кстати, познакомься, Тань, — Сергей, мой начальник охраны.
Игорёк вел машину, мужчина, что сидел рядом с ним на переднем сидении, обернулся, кивнул. Это и был тот самый Серёжа, которому Соня всегда звонила.
— Очень приятно. Таня, — улыбнулась я — Не надо никого увольнять, Сонь. Всё же обошлось. И Лёше не будем говорить. Ладно?
— Ладно...
Дома нас встретил встревоженный Лёша. Что-то спрашивал. Ему отвечала Соня, я зависала. Разделась прямо в прихожей — догола. Не знаю, удивило ли это кого, лично мне было всё равно, я так намерзлась, натерпелась страхов, что переступив трусики, поплелась в ванную комнату. Вода набралась, я опустилась в неё. Уснула.
— Тань? — услышала я Соню, сквозь сон.
— А... — открыла глаза.
— Вода уже остыла.
— Не могу встать...
— Лёша! Айда, вынимай её...
Я перекочевала на сильные Лёшины руки, из них в мягкую постель. Соня нанесла мне на лицо специальный крем, убирающий несмывающуюся косметику. Аккуратно убрала и нанесла увлажняющий. Всё это время, я, то спала, то просыпалась.
— Сонь, как хорошо с тобой, — сонно пробормотала я. — Ты не уйдешь?
— Нет, Тань. Спи... Я рядом.
— Знаешь, тёть Тамара, — там, в деревне, когда ещё не замужем была, всегда меня перед сном целовала. Расскажет что-нибудь такое этакое и поцелует, сразу тепло, по всему телу, и сны приятные...
Я почувствовала губы Сони на своих. Открыть глаза уже не было сил...
Глава тридцать вторая.
Проснулась я от разбившейся новогодней игрушки. Знаете, такой глухой мини взрыв — вакуумный. Его ни с чём не перепутаешь. Да, это был стеклянный шарик! Один из моих любимых. В детстве, я их столько перебила, что отлично помню, как они лопаются.
В чемодане со старыми ёлочными украшениями осталось только два красных шарика и один синий. Обязательно, разбился синий, — не красный, потому что именно он, синий, последний, что вешала на ёлку моя мама вместе с папой. Ещё на прошлый Новый Год был желтый, и два красных, один синий, я уронила именно его — желтенький! Теперь разбился синий, со снежинками, точно. Остались только красные.
Я откинула одеяло, соскочила с кровати и, босяком, понеслась в зал. Мне так хотелось удостовериться, что вдребезги разлетелся синий, а не красный.
Какие глупости, скажете вы? Да, вам-то что! Вас же не связывали с детством именно эти незатейливые новогодние украшения! Лопнул не просто шарик, порвалась ещё одна ниточка, по которой я, канатоходкой в новогоднюю ночь, возвращалась в незабываемые детские впечатления.
— Простите, Татьяна Сергеевна! — подбирая с пола осколки, и поднимая на меня свои распахнутые глаза, сказала Настя. — Я нечаянно задела его. Нитка оборвалась.
Разбился красный шарик. Я так обрадовалась. Не представляете!
Лёша кинулся помогать Насте, собирать мелкие, блесками, осколки, но почему-то остановился, замер.
— Что? Что-то не так?! — спросила я обоих.
— Всё так, Тань, — услышала я голос выходящей из кухни Сони. — Просто, ты обнажена.
Лаская, она пропустила ладонь по моей талии, животу и прикрыла «огонёк».
— И ослепительно красива. Да, Настя?
— Конечно, Софья Павловна...
— А ты, Лёша? — прижимая меня к себе, спросила Соня.
— Что, я?
— Разве ты не согласен со мной, Настей?
— Согласен...
— Это надо пылесосом... — проговорила я словно речь шла о ком-то другом. — Настя... не порежься...
Мне было приятно. Комплименты, комплементы... Стыд? Да что вы! Ведь разбился красный шарик! Теперь у меня хоть их всего два осталось, но зато разные. Я повернула голову к Соне и легким чмоком поцеловала в теплые губы.
Настя у меня в гостях! Интересно с вечера или утром пришла? Да, ладно... Из кухни пахло чем-то соблазнительно вкусным. Давно я не просыпалась в таком прекрасном настроении...
— Лёш, ну, чего стоим? Пылесос в маленьком коридоре...
В зале, макушкой под самый верх, стояла пышная, нарядная ёлка! Шторы
Порно библиотека 3iks.Me
28413
02.03.2019
|
|