Ступени возмужания. Ступень девятнадцатая.- Читать онлайн

стула, на котором вчера стояла лампа, висели отглаженные брюки с накинутой сверху рубашкой и на сидушке лежали новые трусы, носки. Около стула стояли начищенные до блеска туфли.

«Дед еще не приехал, но пока и не вечер. То бы тетя парадный наряд уже прибрала», — грустно вздохнул я.

Пахло чем-то сдобным, и было тепло. Даже жарко от затопленной печи.

В комнату заглянула тетя, раскачивая большой начиненный горячими углями утюг, она проговорила:

— Проснулся? Дуй в туалет — сапоги на крыльце, с раннего утра моросит, развезло. Умывайся и одевайся...

Тетя была в халате мелкими васильками по ситцевой ткани. Праздник обнаженного тела закончился, сменился обычными буднями за одну ночь, как и погода на дворе.

— А Наташка где? — потягиваясь, спросил я.

— Красится. Я ей свою тушь, помаду дала...

Я соскочил и, по привычке, голым, побежал на двор. На крыльце нашел сапоги и заскользил по грязи в деревянный домик с вырезанным сердечком.

Умываться не пришлось. Вернулся я весь мокрый.

— Горе ты мое! — всплеснула руками тетя, — там же плащ-палатка висит! У входа на вешалке!

Тетя уже погладила выходное платье — шелковое, красного цвета, надела, но увидев меня, мокрого, дрожащего, быстро его сняла, чтобы не замочить. В беленьких трусиках без бюстгальтера, она подхватила большое банное полотенце и стала меня обтирать насухо, уделив моему скукожившемуся от холода «отличию» особое внимание. Растерла, разогрела.

— Ладно, хоть не оделся, — присев и вытирая мне ноги, проворчала она. — Вторых брюк-то, глаженных, нет.

«Отличие» дернулось, выросло и поднялось. Тетя посмотрела на него. Пауза. Медленно подняла глаза к моему лицу с вопросом. Ее рука, еще раз огладила «отличие» полотенцем...

— Тетя, а где иголки лежат? Ресницы раздели...— спросила Наташка, но, увидев нас, не договорила.

— В комоде возьми, Наташ, — ответила тетя, не поворачиваясь к ней.

— Пусть сам себе подрочит...— найдя шкатулку в верхнем ящике комода, бросила Наташка, удаляясь обратно в комнату тети.

Видно в данный момент, процесс нанесения макияжа, для Наташки был куда важнее моего возбужденного «отличия» и тетиного взгляда, обращенного ко мне с вопросом. В момент нанесения почти ритуального окраса на глаза, щеки, губы, женщины забывают обо всем на свете, в том числе и о мужчинах. В самом деле, не могут же они думать о нас всегда!

Мы остались с тетей наедине.

— Скоро уже приедут, Горюшко — проговорила она. — Иди в свою комнату и сам. Если что, я тебя прикрою, ты не бойся, не прислушивайся... иди хороший...

Я покачал головой в знак того, что не хочу — сам.

Так ответить, наверное, мне позволила та маленькая капелька, что пробилась влажным пятнышком на тетиных белоснежных трусиках. Женщины не зря называю вульву предательницей. Она беззастенчиво их выдает, так и случилось с тетей. Ее взгляд говорил мне одно, а пятнышко нашептывало совсем другое.

Тетя опустила глаза, проследив, куда же я смотрю, и увидела. Улыбнулась.

— Совсем мужчиной стал. Не скроишь от тебя. Пошли...

Тетя потянула меня в мою комнату, прихватив с собой и платье.

— Вы куда? — выглянула из-за штор в комнату тети Наташка.

Желание побыть наедине — это я погорячился. Вот, Наташка! Неймется ей! Подумал я тогда.

— Мы сейчас, Наташ, — обернувшись, ответила тетя.

— Как будто дел у нас больше нет! — снова фыркнула она.

— Наташ, я обижусь...— ответила тетя. — Это в последний раз...

Наташка присмирела, тетя имела на нее влияние, о котором я и не мечтал. Она как-то помялась и неожиданно произнесла:

— Я здесь посижу, у окна. Если отец ехать будет — крикну. Только вы быстрее.

В ее глазах была ревность, но она ее пересилила, пересилила любовью. Да, многому нам еще нужно учиться у женщин, даже если они девушки и им шестнадцать лет.

Тетя откинула тюль и глазами повелела мне ложиться и подождать. Через проем, я видел, как она подошла к Наташке, обняла и поцеловала в губы.

Наташка помогла ей снять трусики. Это было так возбуждающе. Наташка присела, ее музыкальные пальчики проникли за резинку и, медленно оголяя тетины ягодицы, потянули трусики вниз. Тетя приподняла одну ногу, вторую, и они остались в ее руках.

— Ты не сердишься? — спросила Наташка.

— Что ты, Наташ!..

— Иди...

Тетя вошла в комнату и, огибая меня, закинула ногу на кровать.

Набухшие, влажные половые губы раскрылись и она села ими на мое отличие от девчонок. «Отличие» прижалось к животу, половые губы обхватили головку, и тетя начала водить ими по стволу, словно это была ее ладонь.

Нет, это было куда лучше даже ее ладони! Большими половыми губами, тетя играла с «отличием», от лобка доходя до головки, окунала ее в себя глубже, терлась об нее клитором. Головка выпрыгивала на свободу, и она снова проходила вульвой к лобку, ее набухший бугорок скользил по «отличию». Тетя двигалась ритмично, ее ягодицы были плотно прижаты к моим ногам, спина выгнута, голова закинута вверх. Пальцы играли с набухшими сосками на вскинутой груди.

— Тетя, едут! — услышал я.

Наташка не протяжно заверещала, как Фимка из небезызвестного фильма «Формула любви». Сказала спокойно, даже тихо. В ней уже проснулась женщина, понимающая, что кричать в такой момент не следует.

Тетя посмотрела в мои глаза, ее зрачки расширились, одним движением она впустила меня в себя. От обхватившего меня жара плотного кольца, «отличие» стало изливаться. Неторопливо дождавшись, когда я, пульсируя в сладости, перестану толкать в нее свое желание, она прижалась, ко мне грудью и шепнула:

— Спасибо тебе, Горюшко. За все, все

Порно библиотека 3iks.Me