глаза.
Я села, подоткнула подмышку край ослабшего полотенца, зажмурилась.
— Не подглядываешь?
— Нет... Ты скоро?
— Ещё минуту... Открывай!
Я открыла, — и рот, за одним.
Соня надела сиреневое платье, с подолом пышной юбки чуть выше колен. Талию, широкими алыми лентами, стягивал корсет. От корсета шла бритель-петля, облегая шею высоким красным воротником, эффектно выделись обнаженные плечи Сони, ложбинка грудей, большая часть которой, поверх корсета, прикрывала белоснежная сорочка. На голове Сони был маленький-премаленький сиреневый цилиндр, вуаль кокетливо прикрывало лицо. Ноги в прозрачных чулках с сиреневым швом, сиреневые туфли. Перчатки без пальцев, на них летучие мыши, из бархата, пришпиленными брильянтовыми заколками выше локотков.
— Сонька, ты просто женщина вамп! Дай померить!..
— Костюм так и называется. Ладно, я разрешу тебе его с меня снять. Но не сегодня, оставим это удовольствие на после-после...
— Ну, хоть цилиндрик, надеть можно!
— Без полотенца?..
— Конечно, без! Видишь?!
Одним жестом я обнажилась, за что в награду получила маленький цилиндр с вуалью, на время. Подбежала к зеркалу. Соня приладила его к моим волосам шпильками.
— Красиво, Сонь?
— Обнаженная с вуалью. Мне нравиться...
— А я знаю, о чём ты сейчас подумала! Но нет, Соня, давай позже...
— Свой подарок смотреть будешь?
— А где?!
— Выдвини у шкафа с одеждой среднюю стойку.
— Эту?
— Да...
— Это мне?!
— Да... Наряжайся...
— Наряд «Миледи»! Ты меня такой видишь?
— Настя. Она так захотела. Я думала подарить тебе костюм Снегурочки, но Настя заупрямилась. Выбрала этот.
— Настя?
Я осмотрела шикарную атласную шляпу, в кружевах и бантах, со сверкающими брильянтами брошью, пышное перо страуса. К ней, да, пожалуй, именно к шляпе, в черно-розовых тонах прилагались зубчатая мини-юбка с поясом, дополненная корсетным топом и мини топом, который завязывается спереди, перчатки.
Рассмотрела, ощупала, огладила, обернулась к Соне.
— Надену, но после...
Соня вкинула бровь.
— Не понравился?
— Очень даже!
— А надевать не хочется!
— Мне хочется... Хочется раздеть тебя, обласкать... В цилиндрике, под вуалью...
— Согласная я, Тань. Начинай...
Вуаль пришлось откинуть. Мы жадно слились губами, я подобрала на Соне платье и наша свою любимую игрушку, последних двух недель, — её большой теплый и влажный клитор. Долго искать мне его не пришлось, она была без трусиков. Чуть раздвинула ноги, и он сам лег в мои пальцы, как только я проникла ими в её естество.
До дивана пытались дойти, но настолько плотно слились телами, что это у нас получилось лишь на половину, — обессиленные, упали на него уже после. Мы кончили стоя, проникая друг в друга языками, в неутомимом лобзании губ, и руками, — лаская раскрывшиеся влажные желания.
Я прошла по грани блаженства первой, отдышалась и, пропуская клитор Сони меж средним и безымянным, ввела пальцы глубже, прижимая бугорок ладонью. Соня присела, я поймала её вскрик поцелуем.
Не размыкая объятий, уснули. Нас разбудил сотовый.
— Где он...
Вопросительный, восклицательный. Дальше Соня ругнулась.
Я уже привыкла, что она вечно его теряет. Встала, вильнув ягодицами, нагнулась. Нашла телефон в сброшенной на пол её норковой шубе.
— Да...— проговорила она, быстренько чмокнув меня в благодарность и огладив попу, с проникновением пальчика в тепло промежности.
— Мам! Лёша просто красавец! Ты бы его видела! — раздалось в телефоне. Соня дала понять мне, — это Настя!
Я пристроилась с другой стороны телефона, она ответила:
— Увижу вечером...
— А вы где? Мам, уже вечер!..
Мы дружно посмотрели на настенные часы — полседьмого...
— Через час будем, Насть...
Соня отключила телефон.
— Тань! Чуть Новый год не проспали! Ещё нужно к новогоднему столу накупить! Побежали... В душ... краситься, запаковываться...
В холодильнике у меня была только колбаса, сыр, мандарины. Ещё хлеб! — на бутерброды. Я согласилась с Соней, нужно спешить. Понеслись в душ, наперегонки.
Девчонки! Любовь — это что-то с чем-то... Или нет — это кто-то с кем-то. А вообще-то, любовь это когда и что-то с чем-то и кто-то с кем-то, вот!..
Глава сорок вторая.
Наверное, нет ничего смешнее, чем мечущиеся по комнате две обнаженные бабы, в поисках одежды. Даже не верится, как мы с Соней, при заполоненном сумбуре, уложились всего-то в двадцать минут, при этом макияж — всё, что сопутствует вечернему променаду истинных леди по супермаркету, было соблюдено до маленьких парфюмерных изысков.
Я по достоинству оценила норковую шубу, набросив её на легкое котельное платье. Не нужно было натягивать на себя кучу свитеров, надевать, подевать, теплый ласковый мех на плечи и ты уже элегантная женщина, не только по-зимнему упакована, но и красиво.
Подчеркнуть помадой губы и можно покорять. А если ты ещё и желанна! Твои глаза прыскают счастьем, в них читается удовлетворение, ты ароматишь духами от «Диор» и любовью, то не только подчинять, но и покорять. Хотя, как раз, в такие минуты почему-то этого тебе и не хочется.
Коробки с маскарадными костюмами, мы закинули на заднее сидение «Пежо». В супермаркете, тележкой, Соня управляла так же профессионально, как и автомобилем, по затихшим в ожидании полуночи, ярко освещенным улицам города. Набрала столько! И не почти готовые полуфабрикаты, продукты из которых нужно ещё было приготовить нечто съедобное, а времени оставалось чуть больше трех часов.
— Сонь, давай, лучше, возьмем что-нибудь быстренькое.
— На бутерброды?
— Ну почему, сразу... — смутилась я.
Соня подметила моё не желание и не умение готовить, я сама уже не знала, чего во мне больше из этих «не».
Восемь лет я жила одна, — после того как мой гражданский ушел искать смысл жизни в другой женщине, дальнобойщика, — любовь наездами, можно не считать. Одиночество убило во мне кулинара, для себя
Порно библиотека 3iks.Me
13976
05.03.2019
|
|