Тетрадь по завещанию. Глава двадцатая.- Читать онлайн

Что делали с женщинами в советской военной форме фашисты, я знал — насиловали и расстреливали.

Я подошел к ней, обнял, она положила голову мне на плечо.

— Не оставлю — твердо ответил. Она вжалась в меня как в броню и заплакала.

Из леса послышался шорох, кто-то к нам шел. Я даже не испугался, гораздо страшней для меня было продолжать разговор с Алисой о войне, фашистах, дальнейшей нашей судьбе. Да и что я мог ей сказать, что видел плывшую по реке лодку, мимо сгоревшей деревни, с ее бездыханным телом. Когда из леса вышли Аглая и Василий, на лицах которых было написано, что они-то времени зря не теряли, я выдохнул.

— Надевайся, наши товарищи обратно идут.

Щеки Алисы вспыхнули алым цветом, забыв обо всем плохом, она стремительно бросилась надевать гимнастерку. Когда Аглая с танкистом подошли, она уже застегивала верхнюю пуговицу.

— Говори, Вася, — на ходу произнесла Аглая, — докладывай старшему лейтенанту диспозицию.

Танкист раскрыл планшет, достал и развернул карту.

— Здесь проходят две дороги, большая, по которой могут проследовать колона фа

шистских танков, и не очень, но пехота и конная тяга пройдет, стало быть, просочится на восток и немец. Основные вражеские силы ушли вглубь страны, за отступающей Красной Армией. Нам ее не догнать, горючего в танке только выехать на шоссе и прицельно бить мимо проезжающего противника, пока есть снаряды и патроны к пулеметам. На второй дороге, грунтовой, мы с Аглаей обнаружили малый пулеметный ДОТ, вспомогательный, общей, проходящей здесь, оборонительной линии. Не знаю почему, но он совершено целый, не разорен и не поврежден. Без воинского состава, но при полном должном вооружении и боезапасе, так же имеются сухари, сахар, чай и пищевые концентраты, керосинка. Одну сумку с гранатами, и немного харчей перекусить, я прихватил с собой. Гранаты пригодятся, когда снаряды в танке закончатся. Так что командуй, старший лейтенант, как старший по званию, военврач третьего ранга человек хоть и военный, но больше по медицине.

Я почувствовал себя старшиной Васьковым, отдающим приказ держать фронт всеми силами, имеющимися в наличии. Выпрямил спину струной и произнес:

— Сержанту, вместе с танком КВ-2 занять оборону на шоссе и стоять на смерть пока есть силы. Себе и военврачу третьего ранга Сполоховой приказываю занять оборону в ДОТе и бить фашиста до подхода основных сил Красной Армии. Аглая, поскольку, как гражданскому лицу, приказывать я вам не могу, предоставляю самой решить, куда и с кем пойти.

— С Васей, из пулемета он меня стрелять обучил, с ним и неразлучно буду до смерти, — произнесла Аглая, смотря ему в глаза, поцеловала.

Этим чисто бабьим жестом, она показала мне, что находиться здесь, а не дурит голову танкисту своим отражением, находясь незнамо где. Вселила и в меня, бабника, циника и эгоиста дух героизма. Ведьма, погибшая в войне с фашизмом — новость была бы сенсацией в мое время, но сейчас думать об этом мне, журналисту, не хотелось.

Я продолжил:

— Товарищи бойцы, противник, вооруженный до зубов, движется в нашем направлении. Соседей нет у нас, ни справа, ни слева и помощи нам ждать неоткуда. Поэтому, приказываю всем бойцам и себе лично: держать фронт — держать. Даже когда сил не будет, все равно держать. На этой стороне немцам земли нет, потому что за спиной у нас Россия. Родина значит, проще говоря.

Произнес я слова из фильма, который видел еще в детстве, и сейчас эти слова отпечатались в моем сознании огненными буквами. Я обнял танкиста, и, прощаясь, дружески пожал ему руку. Аглая обняла Алису, они без лишних слов залезли в танк, в лесу пахнуло гарью выхлопа двигателя, танк зарычал, дернулся с места и поехал в сторону шассе. Алиса приблизилась ко мне.

— Пошли... — произнес я и направился в сторону ДОТа.

— Мы же не спросили куда!

— Я знаю...

— Откуда?

— Еще до войны бывал здесь.

— Летчик?! Тут и аэродрома нет, — не успокаивалась Алиса.

Всеобщая подозрительность тридцатых годов отложила свои плоды, в политически подкованном сознании военврача третьего ранга, но сказать ей правду, что я из времени, когда война давно закончилась, что перед ней вовсе не командир Красной Армии, а бабник циник и эгоист из расчетливого двадцать первого века, я не мог. Что свою речь, красивые слова о войне и Родине, я спер из художественного фильма снятого через тридцать лет после того, как мы, вероятней всего, погибнем. И мне очень хотелось поделиться с ней своим знанием даты праздника Победы, 9 мая 1945 года. С этим знанием помирать ей было бы легче. Но, и этого я не сказал, пошутил о бетонном гнездышке двух голубков, она рассмеялась, временно забыв о войне и смерти, показался замаскированный Дот, в котором был я и Тина.

— Тут недалеко ручей протекает, искупаемся? Пока немцев нет.

— Успеем?

— Успеем! — потащил я ее от ДОТа.

Добежав до ручья, мы остановились, прятаться от меня Алиса, не решилась, на глазах у меня ей было спокойней. Поэтому, скинув с себя буквально все, что на ней было, полностью обнаженной она вошла в ручей, стала омываться.

— Холодный — фыркала девушка, но было видно, что она испытывает удовольствие от долгожданной встречи с водой.

Я тоже снял с себя форму, остался в армейских темно-синих трусах, встал выше нее по течению, стал умываться.

— Так не честно, старший лейтенант, я перед тобой голая, а ты... Сними... — Проговорила она, ополаскивая свой огненный треугольник волос

Порно библиотека 3iks.Me