Замужняя проститутка. Соседка Тамара - 2.- Читать онлайн

Тамара

И спала всего ничего, а такое впечатление, что отдыхала не меньше, чем часов двенадцать. Проснулась, потянулась и почудилось, что заново родилась. В теле лёгкость необычайная, на душе светло и такое впечатление, будто проснулась в детстве, в канун праздника, который ждала невесть сколько, гадая, какими подарками одарят родители и родственники. Даже воздух, вливающийся в квартиру сквозь открытое окно, не сырой, не прохладный, а вкусный, свежий, будто глоток лимонада, от которого становится прохладно во рту, уходит прочь рвущая грудь жажда, приятно щиплют язык пузырьки. Такой хочется пить и пить, захлёбываясь, давясь, боясь, что кто-то или что-то помешает напиться.Ещё раз потянулась, закинув сомкнутые руки за голову, вытягиваясь всем телом и становясь почти что на мостик, упираясь в кровать лишь лопатками да пятками напружиненных ног. И кто бы сказал, не поверила бы, что можно себя чувствовать такой счастливой лишь от того, что тебя проебли как следует. Серёженька, счастье моё! Где же ты? Лежал бы рядом, погладил бы, смял грубой и одновременно нежной ладонью титьку, прищемил сосок, впился бы в губы поцелуем, скомкал бы мокрую пизду, а потом, задрав ноги и прижав их к груди, так, чтобы могла лишь ойкать, всадил бы с размаха до самой матки, растягивая пизду, заполняя её, насаживая на твёрдый хуй. Ох, блядь, от одной мысли потекла. И за что мне такое счастье? Не то, которое сейчас на диване спит. Этому счастью даже по утрам не добиться такого стояка, как у Серёженьки. Вон, как с вечера раздела, так и спит нагишом, в одной рубахе. Клоун! И жалко его, и в то же время я ещё достаточно молода, чтобы становится монашкой и ебать саму себя свечкой, когда есть сосед с нормальным хуем. Если Коля не будет вякать, то пусть себе живёт и пьёт тихонечко. А нет, так к маме мигом направлю, пусть у неё поживёт. Не думаю, что станет противиться. Наглеть, конечно, не надо, но и против Коля точно не будет. Когда встанет выбор между пиздой и бутылкой, даже гадать не буду, что мой Коля выберет.

Сколько не тянись, сколько не валяйся, а вставать надо. Погладила титьки - поработали вчера, милые, постарались, - потискала пизду, сунув внутрь палец. Хоть так себя побаловать. Всё, встаю. Голяком прошла к зеркалу, полюбоваться на себя, красну девицу, оценить, кого же вчера Сергунька ебал: бабу Ягу или Василису Прекрасную. Ох, паразит, все титьки и шея в засосах. И пузико. Ой, а жопу он когда успел засосами наградить? Не помню. Вот же пизда, напилась, что ли? Да нет же, не пила. Точнее, пила в меру.

Накинула халат, в ванну пошла. Утренние дела - святое. Куда деваться от такого зова организма. Управилась. На кухне не ходила, порхала и всё в руках делалось само по себе. Правду говорят: Чем громче баба кричит ночью, тем тише себя ведёт днём. И мотивчик привязался какой-то, напеваю. Ой, а вот и счастье моё явилось! И кто это там идёт, за стеночку придерживается? И кто там глазками-щелочками на белый свет щурится? У кого это там голенький корешок морщинистым хоботком болтается? Ой, ой, ой! Доплёлся до стула, плюхнулся на него голой задницей, головушку свою тяжёлую ручонками подпёр, то ли мычит, то ли стонет.

— Тоооом, Томочка...- Голос дохлого окуня. - У нас там есть хоть чуток?

И столько надежды, столько веры в спасение.И в то же время готовность умереть, если надежды не оправдаются. Хотела помучать подольше, да не стану. Помрёт ещё, а хоронить мне. Да и зачем совсем уж морить мужика. Как говорила моя бабушка: Хреновый мужичишка, а всё от дождя покрышка. Ладно уж, полечу, не особо издеваясь.

— Коля, милый, да откуда взять-то, коли ты всё вчера на радостях выглаздал?

— Что, совсем-совсем ничего?

— Совсем-совсем.

И всё, вся скорбь еврейского народа в Колиных глазах, всё вековое блуждание по пустыне, по пескам, когда кроме миража и нет ничего. Как там в песне: В горячей пустыне не видно следа. Скажи караванщик, когда же вода? Бедная головушка. Коля пока не начал стенать, рвать на голове волосы и посыпать себя пеплом. Да и где его взять, пепел-то? Печки нет, центральное отопление, не хухры-мухры. Но вот прощаться с жизнью уже начал, чуя скорую кончину от невозможности похмелиться. Пора успокаивать.

— Ну, паразит, а что мне будет, если найлу тебе стопарик?

— Тома! - Колиному воплю мог бы позавидовать легендарный Тарзан. - Всё что хочешь! Жопу целовать буду! Ноги целовать. Томочка, спасительница!

— Смотри, сучок, сулился, с живого не слезу.

Коленька мой аж привстал со стула, выглядывая, где же я могла спрятать капельку живительной жидкости. Жестом фокусника достала заранее налитый стопарик. Не полный, ещё чего не хватало. Говорит народ, и не зря говорит, что пьянка начинается с похмелья. Облезет. Пусть вначале стопочку примет, хотя бы хлебушком занюхает, потом горячего ему налью, тогда уж и второй стопарик выдам. Только вначале пусть ещё раз подтвердит свои обещания. Держа перед Колиным носом стаканчик, от чего он свёл в пучок глаза, боясь оторвать их от вожделенного сосуда, спросила

— Коль, повтори, что ты готово сделать ради похмелья.

— Том, - Коля судорожно сглотнул. - Всё, что угодно.

И руки тянет к стаканчику.

— Обещал в зад целовать.

— Да хоть в перед.

— И ноги.

— Да. Том, не издевайся, сейчас помру!

— И меж ног.

— Том, да хоть

Порно библиотека 3iks.Me