Лена и не помнила, когда просыпалась в таком приподнятом настроении. Таким утром надо или бежать купаться на море или слушать джаз. Или делать и то и другое вместе. Ещё и с чашечкой кофе.
Всё вокруг выглядело необычным. В комнату заглядывало солнце, такое весёлое, какое дома увидишь не каждое лето. На стене шевелились какие-то тени, словно звали к себе, в сказочный лес, дорога в который была позабыта ещё в детстве. Снаружи раздавались неясные звуки просыпающегося райского сада.
Даже похрапывающий рядом Павлик смахивал немного на принца. Может быть из-за того, что на губах его плавала бесформенная, но, тем не менее, загадочная улыбка. Ему явно снилось что-то очень приятное.
«ЖМЖ наверное,» — подумала Лена, улыбнувшись.
Иногда становилось слышно, как двигаются стрелки на висящих на стене часах, иногда с улицы доносился крик павлина. Парусник, изображённый на часах, смело нёсся сквозь бешеные волны. Павлин на улице, похоже, просто радовался.
Лена лишь ненадолго позволила себе нырнуть в воспоминания о вчерашнем, буквально на минуту, пару раз потянулась в постели, как тигра, и всё. Сразу же почувствовала возбуждение там, внизу. Показалось, что возбуждение не покидало её и во сне.
Пришлось проявить волевое усилие и выскользнуть из постели. Не стоило бояться разбудить мужа — он тоже был после вчерашнего, только по-своему. Лена всё равно осторожничала и не хотела хоть как-то шуметь.
Минут через пятнадцать она была уже внизу, у ворот. Двор гостиницы был пуст, только у фонтана грелась на солнце черепаха. Черепаху звали Мачете.
Лене вдруг стало ясно, почему Виктор назвал черепаху именно так — Уолтера Вайта смотрит. Самого Виктора нигде видно не было.
Ещё раз оглядев двор, Лена вышла на улицу.
Ноги сами несли её вниз, к морю. Она, как только проснулась сегодня, уже знала, что пойдёт на пирс, к Железному человеку.
Вчера так хорошо поговорили с Павлом возле Железного... Вообще, там всё было так классно — море, никого нет, чайки...
Павлу она не изменяла никогда. До вчерашнего вечера. Разумеется, у неё были ещё мужчины, но — это свинг. Он изменой не считался и ею ни с какой стороны не был. Павел всегда был рядом, смотрел или участвовал.
А вот что произошло вчера?
Рассказать об этом мужу или нет?
И как, интересно, он отнёсся бы к подобной новости?
К тому, что его жену ебали вчера в рот считай в десяти шагах у него за спиной?
И, главное, с каким бесстыдным наслаждением она это делала — опустилась на колени перед первым, можно сказать, встречным и сосала ему хуй?
Впрочем, этот первый встречный, конечно, не такой простой... И бензин... Это всё из-за него. Этот запах... Откуда он взялся вообще?..
Сейчас полагались бы укоры совести и страх, наверное, за будущую супружескую жизнь, но, странно, ничего подобного Лена не чувствовала. Наоборот, она получала удовольствие от мыслей о присшедшем.
Она наслаждалась.
Причём наслаждалась так, что спускаясь в парк поймала себя на том, что ищет туалет — в рюкзачке лежала маленькая симпатичная анальная пробка и её очень хотелось вставить туда, где ей сейчас будет самое место. Самое-самое... От этого можно будет насладиться так, как хочется, сильно, до спазмов, до безумия, такого же, что нашло на неё от этого бензина.
В парке пахло соснами и морем, но Лена всё равно чувствовала запах бензина для зажигалки. Этот запах был её маленькой Большой тайной.
Как и вкус члена во рту. Тоже тайна. Даже так — Тайна. Тайна с большой буквы. И дело здесь не столько в хозяйском члене, с которого вчера она ела блядский нектар, сколько в ней самой — никто не должен знать, как же он ей нравится, этот вкус, до головокружения нравится, до потери сознания.
Лена прогнала от себя мысли о том, что всё происшедшее надо будет как-то объяснить мужу. Это потом...
Прибрежный парк как нельзя лучше подходил для всяких маленьких секретов. В том числе, для анальных упражнений. Особенно в это ленивое октябрьское утро. Ласковое осеннее солнце, высовываясь из-за туч словно бы затем чтобы подсматривать, казалось, само намекало, что опасаться в этих местах совершенно нечего.
Можно было решить, что в это утро в парке все без исключения отдыхающие ходят с анальными пробками. Молодые мамы с колясками, дамы: чеховские, бальзаковские и все прочие, даже мужчины, даже пенсионеры с палочками, неторопливо прогуливающиеся по тёмным аллеям в гангстеских шляпах — и они с пробками.
Лена была возбуждена и с этим надо было что-то делать. Анальная пробка могла реально выручить. То есть это возбуждение усилить, продлить и, наконец, позволить ему вылиться в трусы, намочив их так, что дома придётся выкручивать.
Нырнув в кабинку девушка прикрыла дверь, два раза проверив замок — закрылось или нет. Улыбнулась солнцу, которое и сюда каким-то образом проникало своими лучами — точно подсмотреть хочет.
Лена почувствовала лёгкое сожаление, что сейчас на неё смотрит только солнце.
Привычным жестом девушка сунула в рот свою пробочку и немного пососала чтобы как следует наслюнявить.
В кабинке было неудобно, причём неудобно тотально, в такой кабинке невозможно занимать вообще ничем, но сейчас все эти мелочи отступили на второй план. Изогнувшись и взяв рюкзак в зубы, девушка принялась готовить попочку.
Как и следовало ожидать, готовить там было особо нечего. Киска уже давно была влажной, губки набухли и перекатывались в пальцах так мягко, словно хотели напомнить этим теребившим их пальчикам о нежности. Больше им хотелось нежности, губкам, больше. Они уже капали этой нежностью, крупными каплями.
Лена несколькими движениями рук смазала своим
Порно библиотека 3iks.Me