Пленяясь переписанным прошлым- Читать онлайн

и кофе, после чего вызвала на экранчик часов программу для заметок, поставив там небольшую галочку на память — обидно ведь будет забыть, что первый этап Петли позади? — и поинтересовавшись текущим временем.

Одиннадцать пятьдесят восемь.

Теперь — заведём с официантом невинную неторопливую беседу, в этот раз вполне приличную и деловитую, не дразня его и не искушая.

Чтобы затем, в точно рассчитанную минуту, слегка наклониться к визави.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —
..и ладонь моя через маечку крепко обхватывает одно из мягких трепещущих полушарий.

— Что вы делаете?

Даша вдруг отстраняется, в голосе её звенит гнев — хотя и звучащий почему-то слегка наигранно. Глаза её ярко блестят, но сердит этот блеск или ироничен — поди разбери.

Она сидит передо мной во вполне благопристойном одетом виде — всё правильно, с чего бы это ей сидеть посреди ресторана полуголой? — а её нервно подрагивающая рука ещё сжимает планшет, туристические фотоснимки с которого она мне вежливо предложила просмотреть минуту назад, при этом чуть наклонившись.

Пылая, я возвращаю ладонь к себе на колено.

Что это на меня нашло? Видел ли кто-нибудь? Официант вдруг ни с того ни с сего начинает лапать интеллигентную каштановолосую девушку, которая перед этим минут пятнадцать корректно расспрашивала его о ресторанном меню и обсуждала принятые в городе нравы.

Что хуже всего, у меня никак не получается прийти в норму. Брюки мои вздуваются шатром изнутри, я не смею даже поднять на собеседницу взгляд.

— П-простите... пожалуйста.

Лучше на неё не смотреть.

Лучше и вправду не поднимать на неё взгляд, иначе она снова нарисуется в воображении полуголой во всех деталях — примерно как мгновенье назад.

— Я не знаю, что со м... что со мной случилось.

Дышу глубоко и медленно, пытаясь возобладать над собой. Такое чувство, будто мы не беседовали только что на нейтральные темы, а занимались по меньшей мере чатовым сексом.

Ну а если и впрямь?

Из памяти всплывает полученная утром от себя заметка, припоминаются вновь подозрения не такой уж и большой давности. Хотя суховатым своим разговором девчонка эта вроде как сумела благополучно усыпить их.

Несмело приподнимаю глаза.

Даша не смотрит на меня, взор её опущен в чашку кофе. Нижняя её губа слегка подрагивает, указательный палец выводит круги около ручки чашки. Выражение её лица — рассеянно-грустное.

«Я надеялась, что в новом городе и люди будут другими. Не такими навязчивыми», — вспоминается мне произнесённая ею фраза, когда она рассказывала о причинах, побудивших её родителей выбрать для переезда Интервиль. В прежнем месте обитания, возможно, за плечами её осталась не одна и не две смущающих её истории.

Лицо моё обжигает краской стыда. К чему я валю всё с больной головы на здоровую, приписывая ни в чём не повинной интеллигентной девушке собственную похоть?

— Вы не так уж и виноваты, Виктор, — меланхолично произносит она, продолжая лелеять кончиком пальца ручку кофейной чашки. — Я уже успела удостовериться, что от судьбы не уйти. У всех свои инстинкты. Почему вы должны быть лучше иных?

Кажется, это только что был шах и мат?

— Сядьте, пожалуйста, рядом, — строго добавляет она, глядя на меня через линзы своих квадратных очков. — Я бы всё же хотела показать вам свои снимки Новосибирска... при условии, что вы будете держать себя в руках.

Сглатываю вязкую слюну. Сдвигаю вбок стул, втайне чувствуя облегчение оттого, что уже могу привстать, не боясь раскрыть некоторые детали своего состояния.

— Не все знают, что в Новосибе лишь часть домов и сооружений можно отнести к условно новым, — говоря это, Даша чуть поправляет очки, выглядя в этот миг трогательно и беззащитно. — Есть своего рода Старосибирск, центральное ядро из зданий древней архитектуры, сооружённых ещё в двадцатом веке, если не раньше.

Палец её вслед за дужкой очков касается поверхности планшета, вызывая на экран один из панорамных альбомов.

— Это — развалины старой атомной электростанции, где добывали энергию с помощью деления ядер урана, — понижает голос Даша. Кончик её пальца указкой странствует по экрану. — Метод эффективный, но довольно грязный, хотя альтернатив ему до изобретения чистого термояда не было.

Колено её под столом касается моего колена. Я на миг перестаю дышать, с одной стороны — загипнотизированный глубоким голосом собеседницы, а с другой стороны — вдруг поймав себя на странной полугрёзе-полужелании о плавно поднимающемся снизу вверх к моей промежности каблучке.

— Тут располагалось здание Партисполкома, где проходили съезды высших руководителей партии, где решались некоторые из областных вопросов, где разоблачались культы личности и осуждались молодёжные субкультуры, — медовым голосом продолжает она. — Говорят, что однажды на одном из съездов тут даже видели Ленина.

Я вдруг ощущаю под столом нечто новое и незнакомое. Что это, её рука лежит на моём колене?

— А здесь, ближе к центру, располагается старинный кинотеатр, пользующийся репутацией очага фривольных знакомств и нескромных развлечений. — Даша уже почти шепчет, голос её стихает временами до мягкого шелеста, меж тем как ладонь её медленно, но верно движется в веками испытанном направлении. — Именно в нём... сразу после падения Железного Занавеса... впервые поставили «Эмманюэль-3»... и именно в нём мои дед и бабка впервые познали друг друга... на задних сидениях во тьме кинозала...

Она замолкает, тяжело дыша. Молчу и я, чувствуя, как брюки мои готовы лопнуть изнутри, хоть пальчики Даши так и не сделали

Порно библиотека 3iks.Me