— Ни хрена себе! Анна Викторовна, да вы настоящая колдунья, — с задумчивой улыбкой прокомментировал события Ольховский. — Или жрица... В нашем случае это одно и то же!
Сказать, что он был изумлён — всё равно, что ничего не сказать! Президент инновационной компании натуральным образом охренел.
— Угадал, Димочка! Моя прапрабабка была ведуньей, несколько деревень пользовала. У её дома вечно толпились хворые и недужные.
— И рецепты от неё?
— Нет. Здесь другая история, — возразила Деева. — Слушай, давай, наконец, кофе выпьем, и я всё расскажу.
Она сдёрнула с шеи надоевшее платье-шарфик и отправилась, элегантно покачивая сдобной попой, к кухонной стойке.
— Дело было так, — начала Анна рассказ, когда умопомрачительно пахнущий кофе был разлит по чашечкам. — У первого мужа умерла в Питере то ли бабка, то ли целая прабабка, оставив бесценное наследство — квартиру на Васильевском острове. Муж хотел её продать со всем содержимым. Удалось уговорить хотя бы провести ревизию. И вот что я нашла!
Ольховский принял из её рук стопку листов.
— Здесь по-гречески написано. Что это? — спросил он.
— То, что я нашла... И не греческий там язык, а древнегреческий.
— Ты хочешь сказать, что прабабка твоего мужа свободно изъяснялась на древнегреческом, и у неё был лазерный принтер?
— Не прикидывайтесь глупее, чем вы есть, Ольховский! Думаете, я не сообразила, почему вы так долго не могли спихнуть мне зачёт? Экзамен-то сдали на отлично!
Дима напустил на себя виноватый вид:
— Прошу прощения, Анна Викторовна, я больше не буду... Ну, рассказывай, Ань, не томи! Заинтриговала!
По словам Деевой, она нашла старую-престарую тетрадь с пожелтевшими, хрупкими страницами и выцветшими чернильными строчками. Сначала — полстранички на русском в дореформенной орфографии, с ятями и ерами. Вроде аннотации. Эти строчки и привлекли внимание. Там говорилось, что в тетради скопирован перевод древнеегипетского папируса, найденного в Долине Царей во времена Птолемея Первого*. На следующем листе начинался рукописный греческий текст...
— Сама тетрадь где? — поинтересовался Дмитрий.
— Покажу... Строчки выцветали на глазах, стоило раскрыть страницу! Мне пришлось срочно переснять всё на смартфон. Кое-что вышло нерезко, но фотографировать по-новой было уже нечего...
— Мы ж химики, неужели не сможем восстановить цвет чернил?
— Думаешь, я не пыталась? Увы! Целый доктор наук, и такое фиаско...
— А фотки где?
— Нет их. Украли телефон. Прямо из аудитории! А скопировать файлы в ноутбук я не сообразила, курица... Переписывала с айфона от руки, ломая глаза.
— А перевод? Кто с древнегреческого может перевести?
— Ну, во-первых, он не так уж сильно отличается от нынешнего, а во-вторых, интернет на что? Сама перевела потихоньку то, что удалось с фотографий списать. Кое-какие места пропали безвозвратно. Ты до конца-то пролистай, — взбодрила Деева сидящего с открытым ртом шефа. — Там мой перевод.
Ольховский кивнул и погрузился в чтение. Всё ж в первую очередь он был химик-авантюрист, а бизнесмен — только во вторую...
— Я так понимаю, у тебя кое-что ещё получилось по этим рецептам, кроме «эллинского» зелья, — после чтения вид у Дмитрия был озабоченно-обалделый. — Куда нас занесёт в следующий раз? Ты была уверена, что метаморфозы происходят исключительно в сознании, а вышло... вышло всё куда серьёзней! Если с видео не шутка...
— Дим... Ну что ты говоришь? Я сама в шоке!
— Действительно, что это я... Сперма в твоей «невинной» попке абсолютно реальна, — Ольховский хотел съязвить, но вышло равнодушно, обыденно даже. От его былой ксеноспермофобии не осталось и следа... Ну да, Анна же говорила, что её зелье повышает толерантность. — Где там твои снадобья, жрица страны Та-Кем**?
Хозяйка махнула рукой:
— Всё в шкатулке... Димочка, давай спать, а? Я без сил совершенно. Завтра, то есть уже сегодня, попробуем. У нас впереди два выходных!
В самом деле, шёл третий час ночи...
..Радостное утреннее солнце ударило в закрытые веки.
Первое, что почувствовал разбуженный ярким светом Ольховский, была могучая, до боли в коренных зубах, эрекция. Привычное, вроде бы, дело — утренний стояк... Но, блин, не настолько же ломовой!
Дима открыл глаза: вот на чёрном шёлке подушки — затылок, увитый рыжими волосами, вот его собственная рука на женском плече... Одеяло собралось где-то в ногах. Анечка прижимается к его фасаду пышной попой. А каменной твёрдости член — ну не чудеса ли! — глубоко в гостях у Анечкиной «барыни». Дима хорошо помнил, что улеглись они без всяких пошлых мыслей. Отрубились мгновенно. И когда только он успел Анечке «заправить»?
Но... Не пропадать же утренней эрекции!
Зря, что ли, миллионолетняя эволюция хомо сапиенсов даровала мужчинам этот физиологический феномен, наверняка способствовавший выживанию человеческого рода?
Вот проснулся ни свет ни заря пещерный человек со стоячим членом, без раздумий поставил раком и оприходовал пещерную женщину, после чего налегке отправился с сопещерниками, совершившими аналогичный ритуал, в полную неожиданностей экспедицию за вкусной и питательной мамонтятиной. На охоте его поджидают опасности, и шанс вернуться живым, да ещё с добычей, весьма далёк от ста процентов. Саблезубый ли тигр откусит голову, медведище ли пещерный переломает кости, а то и просто под тяжёлую ногу мамонта охотник попадёт. Или конкуренты из соседнего племени окажутся проворней в вооружённой делёжке добычи. Пропустил удар дубиной по черепу — и нет больше того хомо сапиенса!.. Но в женщине, которую он, рыча от наслаждения, инстинктивно отымел с утра, уже зародилась новая жизнь! А если отымел не одну? Дело-то молодое...
Но если бы тот хомо сапиенс отложил секс на потом, на после
Порно библиотека 3iks.Me