свержения москальского ига. Все знакомые ей картинки — Людмила Львовна, брошенная замерзать, сотник Тымкыв. И всё так быстро-быстро. Чёткие картинки прострелянных спин сыновей, мужей... Дежа-вю до того натуральное, что появление девушек с косами является для неё последней каплей. С криками: «Не убивай! Заклинаю! Не убивай!», падает на землю. Тело её ещё бьётся в эпилептически-шаманском припадке, но душа вылетает из него. Все — мужчины, женщины, девочки, пытаются оказать помощь женщине. Она вскоре успокоилась, просто лежала в пыли обочины. Один из мужчин, положил её голову себе на бедро, расстегнул пару пуговиц блузы.
Екатерина Николаевна.
Она ещё не знала толком, зло ли это приближалось к Гнезду или некая таинственная сила решила наконец решить вопрос с её душой. Но она волновалась до тех пор, пока не начала общаться с душой Марфы. Она даже поначалу обрадовалась появлению племянницы у стен родного дома, но быстрое знакомство с прошлым Марфы, разочаровало тётушку. Два абсолютно противоположных характера сошлись в эфире мироздания. Злобная, жадная, ненавидящая русских, душа Марфы и добрая во всём, душа Екатерины Николаевны.
Даже любовь к соитиям у них находилась в конфронтации. Марфа любила только себя, мужчины ей нужны были только для ублажения собственного жирного тела. Катя же в свои молодые годы согревала парней своим горячим дыханием в мёрзлом
блиндаже, давала стимул жить раненым в палате, заставляла сельчанок ревновать своих мужей и тем самым ярче отдаваться им в постели.
Она увидела, как душа Марфы, психически не способная держаться в теле, вышла из него. Вот тогда-то ей пригодился опыт вмещаться в тела оргазмирующих людей. Екатерина вошла в живое тело Марфы, увидела, как за душой племянницы явились черти.
— Здравствуйте, мои родные. — Первые слова, которые она произнесла губами нового тела.
Ей помогли встать, отряхнуться и дойти до дома. С каждым шагом она шла уверенней, дышала ровнее. Сделала первый глоток воды. Пережевала первый кусочек бездрожживого хлеба, отхлебнула супа с клёцками из ложки.
Покушав, она принялась рассказывать о своей жизни, о том, что помогала Зине с Павлом, Вере с Николаем и Никой. Ей не верили, она приводила примеры, рассказывая о таких случаях, которые были известны либо двоим совокупляющимся, либо всей компании родичей в момент оргий. О сундуке и квадрацикле, о переписке Верочек. О ночи в доме Вашакидзе.
Ей поверили. Ради хохмы она сказала:
— Верный, сходи омочи левое заднее колесо зелёной машины.
Все вышли посмотреть, как пёс поднял ногу и побрызгал на колесо УАЗа.
— Это я его научила понимать нашу речь. Паша и Вера, у вас у обоих хочу вымолить особое прощение... В том, что происходило в Верой, виновна я. Это частичка моей души, любящая разнообразия, нашёптывала похабные желания. Верочка, миленькая, я уже покинула твоё сознание... Мир, да? Паш, она больше никогда не будет даже думать об этом.
Вера тихо заплакала, понимая, что её вина только в том, что её сознание оказалось слабым, Павел поднял её лицо, поцеловал в губы и сказал:
— Я люблю тебя, ангел мой. Как же болели мои руки, отламывающие твои крылья.
— И как нам теперь вас называть? — Поинтересовалась Зина.
— Катей. Просто Катей. Я ведь вновь рождённая. Гриша, Андрей и Александр. Вы вольны. Больше нет вашей мегеры.
— Мне тяжело... Я не знаю, что делать с этой свободой. — Григорий говорит и проливает слёзы. — Разреши мне остаться с тобой... Ты... Андрей, подтверди, что я люблю трудиться, создавать уют в доме. И сынок мой такой же трудяга и мастер. Не прогоняй нас, Мар... Катя.
— А я, пожалуй, вернусь в Москву. — Сказал Александр. — Когда автобус в обратную сторону?
— Сегодня больше не будет, если дальнобойщик какой-нибудь подвезёт. — Сказала Ника. — Останьтесь, переночуете, а утром...
— Тебе, наверное, деньги нужны. — Катя раскрыла свою сумочку. Достала портмоне. — Сколько стоит добраться до Москвы и там месяц пожить?
— Не нужно, Кать, я всё равно пропью. К тому же везде нужны документы, которые у меня украли... Я привык жить сиюминутным, спасибо тебе, Екатерина Николаевна, герой войны. — Мужчина встал, поклонился в ноги.
Он не уехал на следующее утро. Александр Иванов живёт там до сих пор, до июля 2017 года.
Ника в первый вечер пригрела его. Ведь это у неё любви в избытке. Один раз вкусив такую любовь, Александр попросил руки женщины, когда она была на шестом месяце... Катя и Григорий играют роль супружеской пары староверов в музее.
Небольшой пенис Андрея, подмеченный Павлом, натолкнул его на мысль объединить его с Настей. К этому времени Настя уже беременна вторым.
Мотель, кафе, прекрасно функционируют согласно задумке проживающих.
Остался всего лишь один житель Гнезда, который до этого молчал.
Верный. Август 2015 года.
Моя жена Дана, ощенилась на днях. Четыре маленьких комочка, пищат, скулят. И так прекрасно пахнут. Я конечно раньше нюхал своих детей, но то были щенки от собак, а это мои дети от волчицы. Сейчас Дана огрызается, кусает меня за плечо, если я лезу к щенкам. Ну что ж, она мать, имеет право.
Данка первородка, в которую я излил семя, потом, когда расцепились, упала на землю и долго вылизывала свою кровь и остатки моего семени со своей аппетитно пахнущей дырочки. Второй и третий разы она уже не убегала, спокойно отодвигала хвост, открывала для моего органа вход в утробу. Потом она перестала призывно пахнуть.
А у меня есть другая самка. Ника. Она первая человеческая самка, накормившая меня, после моего длительного
Порно библиотека 3iks.Me
113395
16.05.2019
|
|