Трудо-выебудни Сони Мармеладовой. Часть 10- Читать онлайн

Все эти 10 дней публичный дом под названием «Блудилище» и под руководством Сони Мармеладовой готовился к балу в доме Петра Петровича Лужина. И вот наконец наступил вечер 17 августа 1865 г. Великосветские особы и специально приглашённые гости неспешно съезжались во дворец Лужиных. Музыканты, повара и прочая обслуга уже заняли свои места. Воспитанники Сони Мармеладовой также были приглашены заранее, их проводили через чёрный ход, проинструктировали, после чего они были рассажены на свои рабочие места согласно распоряжениям Лужина. Со стороны всё выглядело безупречно, и никто тогда даже помыслить не мог, что весь этот скучный бал превратится в самый настоящий разгул европейской вседозволенности.

И как это водится в подобного рода светских тусовках, никто практически не говорил по-русски, предпочитая при этом французский язык. Это было обусловлено обилием приглашённых из Европы гостей и официальных лиц. Молодые девушки из тех, что на выданье, были представлены кавалерам, союз с которыми, по мнению их высокопоставленных родителей, будет удачным. По совокупности было три пары, они благополучно оттанцевали, краснея при этом, после чего разбрелись по специально отведённым ложам. Но все три девушки были иностранками, а наши русские парни из дворян, не имея опыта общения с заморскими барышнями, просто боялись к ним подступиться.

В это время мужской контингент уже разбредался по специально отведённым игорным комнатам, где их ждали карты, курло, бухло и немного свежей пиздятинки. Дамы же торжественно и чинно восседали за огромным общим столом, за которым председательствовал на правах хозяина бала Лужин. Он произносил пламенные речи, тосты, пытался шутить на французском под звон фужеров, стук вилок и скрежет ношей об немецкий фарфор. Дамочки, из тех, что уже были обременены узами брака, были усажены на приличном расстоянии друг от друга, чтобы не мешать друг другу раздвинутыми ногами. А всё потому, что как только они расселись, то каждая из них старалась развести ноги под столом как можно шире в надежде, что заранее подготовленные пиздолизы из «Блудилища» обслужат её первой.

И вот когда к характерному звону посуды добавилось ещё и чавканье под столом, одной такой особе не хватило лизуна. Она демонстративно отставила еду, слегка приподняла скатерть, а затем и ноги, после чего упёрлась коленками в столешницу. Раскольников, который курировал общий стол, тут же согнал со скамейки запасных Ерёмку и велел ему отправляться под стол, дабы великосветская особа, оставшаяся без отлиза, не вела себя столь бестактно. Тот пулей помчался к специальному входу под стол и принялся ползти. Места там было предостаточно, и он без труда добрался до той дамы, ножки которой были бесцеремонно расставлены, а коленки упирались в столешницу. Он тут же прильнул своей простолюдинской рожей в её дамские прелести и принялся высмаковывать её сочащуюся вульву с особым усердием.

Дама тут же убрала колени со всеобщего обозрения, закинула ножки на спину Ерёмке, поправила скатерть и продолжила вкушать яства. У Лужина восстановилось дыхание и сердцебиение. Он представил, какой был бы конфуз, если бы эта супруга подданного бросила вилку. Но всё обошлось. Через некоторое время подали десерт, и дамы принялись его рассматривать. На языке бального этикета это означало, что дамам пора кончать. Но поскольку за столом неприлично стонать от удовольствия, всё это маскировалось под удовольствие от поедания нереально вкусного десерта. Но поскольку работающие лизуны под столом не могли услышать объявление о перемене блюд и подаче десертов, потому что их уши были плотно сжаты ляжками величественных особ, то им подавался спецсигнал самими дамами.

Они просто начинали сжимать головы своих пиздолизов между ног ещё сильнее, и это означало, что дама готова прокончаться как следует, и что нужно работать язычком и носиком активнее прежнего. И когда всеобщий застольный оргазм наконец разразился, Лужин взял паузу, чтобы насладиться этим хором из томных мычаний. Дамы пробовали десерт и издавали звуки, которые никак не могли быть вызваны поеданием тортика, даже если бы он был очень вкусным. А после того, как дамы умолкли, он продолжил травить байки на французском. Дамочки по очереди с лёгким изнеможением вставали из-за стола и велели прислуге сопроводить их в уборную, дабы привести себя в порядок после оральных ласк. Другие же решили доесть десерт до конца и принялись стонать от удовольствия по второму разу.

Сонины лизуны по одному вылезали из-под стола. Вид у них был изнеможённый, а когда эта группа пиздолизов в полном составе отработала, то её тут же вывезли из имения Лужиных обратно в «Блудилище» потому как по бальному этикету не положено использовать одного и того же пиздолиза дважды. А тем временем молоденькие парочки пытались наладить общение. Кавалеры пригласили своих возлюбленных к фуршетному столу, который стоял на значительном удалении от общего. Его курировала Соня Мармеладова, поскольку заходить в игровые комнаты и проверять, всё ли в порядке, ей было запрещено по статусу, ей оставалось только следить, чтобы молоденьким особам на выданье не было скучно.

И как только сидящие под фуршетным столом парнишки из «Блудилища» увидели беленькие туфельки под скатертью, они тут же метнулись поднимать её, после чего принимались задирать всевозможные юбки, чтобы наконец добраться до девственного бутона и начать ублажать молоденькую особу. Их спутники были прекрасно осведомлены об этой европейской практике, когда под девушку подсовывали пиздолиза, чтобы сберечь её девственность и при этом удовлетворить её юные сексуальные порывы. По нормам бального этикета жених должен слегка поддерживать свою возлюбленную, пока она придаётся сладострастным

Порно библиотека 3iks.Me