Деревня Услада. Часть 2- Читать онлайн

Мария играла на живой свирели без рук, как ему нравилось, с большим удивлением ощущая, что напрочь забыла свою брезгливую нелюбовь к этой забаве и всё прочее городское жеманство. Там, за лесами-полями, в царстве многоэтажек, телефонной болтовни и вечернего баюна-телевизора, со своим мужем Русланом Карповичем она вступала в близость исключительно по своему настроению, никогда не допуская его инициативы в этом деликатном вопросе.

Но здесь, как в другом космосе, отец, ведающий обо всём, полностью властвовал над нею, вызывая восторг своими затеями, преисполненными то лирической нежности, то дикого хмельного бесстыдства. А Машино безграничное доверие к нему было, наверное, даже больше любви и восхищения. Общение с отцом — и обычное, и греховное, позволяло ей, как в нежной морской волне, безмятежно расслабиться и плескаться, испытывая все грани блаженства.

Мария ощущала, как они, посредством потаённой запредельной игры, сливаются меж собой неизъяснимыми нежными ощущениями, и уже не как мужчина и женщина, а скорее подобно усталым путникам, прильнувшим друг к дружке на краю дороги. Строгие руки оставили её волосы, ибо она уже сама вошла в нужный ритм и растворилась, забыв о времени, в тихой ласке облизываний и затяжных поцелуев игривого корешка. И ей припомнилось, неясными ослепительными картинами, как сблизились они с отцом в первый раз, в тот самый первый раз…

…— Ой, папа, а что люди скажут… — Не столько с опаской, сколько с насмешкой воскликнула она, когда спустя два месяца после свадьбы, приехав в Усладу за продуктами и деньгами, в вечерней баньке мылила ему спину и внезапно, когда он повернулся и привлёк к себе её стан, ощутила в густом пару восхищение от нежданной упругости его воспрявшего шалуна.

— Не всё спросишь, не обо всём и скажут, — тихо ответил отец, отстраняя её руки от живота и грудей и ласками склоняя к мягкой лежанке, загодя устланной лепестками чабреца и шиповника. — Ну, голубушка, покажи мне, чему научилась со своим Русланом за медовое время…

— Папка, но я ведь пока… это… Не говорила ещё тебе… что хочу изменить Руслику… — запинаясь, попыталась она возражать отцовским рукам, хотя её соски уже напряглись и ласочка нетерпеливо затрепетала, упиваясь хмельными соками.

— Зачем тут слова, достаточно поглядеть, сколь вольно и размашисто ступала ты по деревне, как гарцующая кобылка. И глазки-то как горели: мол, приятен мне муж, но едят не одних груш, надо ещё и яблочек! Кого ты обмануть хочешь, хитрунья, меня или себя?

И, неторопливо распростав Марию на ароматном цветочном ложе, игриво и добродушно погрузил своего удальца в её медовую веселушку. Она удивилась, что ощущения оказались совершенно не такими, какими ожидались ею секундой раньше, вовсе не походя на отчаянный прыжок в ледяную прорубь. Нет, не взыграла дерзкая удаль, не нагрянули никакие страсти-мордасти, а вместо этого заворожили душу умиротворённые, радужные чувства, приятно согревающие своей неизведанностью. И в следующий миг она уже точно знала, что отцовы ласки ничем не повредят ей, а только сделают счастливее, сильнее, мудрее…

…«Ах, как это было давно!» — Подумала Маша. — «И банька старая снесена, и к кирпичному дому уже пристроена другая, просторнее, с купелью да электрическим водонагревателем. Но тело всё ещё помнит тот запах распаренного дерева, чабреца да шиповника…»

В юности Маша была огонь-девкой, всегда стояла на своём, никому не давала спуску за трусость, лень и неправду. Первой заходила в крещенскую воду, ликуя тому, как дивятся односельчане её красоте и силе, восторженно пуская морозный пар. И отец, герой войны Филимон Перелесов, тоже восхищался ею, до поры до времени принимая как должные все её души прекрасные порывы, даже самые отчаянные и наивные. Ей казалось, что так будет всегда: добрый папка лелеет её, потакает во всём, почти не наказывая за шалости.

Но в тот памятный день, более пятнадцати лет назад, Мария, объявив отцу, что решила выходить замуж, и представить себе не могла, что это обычное стремление к семейной городской жизни девятнадцатилетней девушки, закончившей медучилище в райцентре, завершится нежданным крушением её гордой самоуверенности.

— Стало быть, задумала с Русланом кашу варить.— Скептически сказал он. — А ведь без ума и терпения, которых у тебя пока маловато, вы и году не проживёте! Парень он неплохой, но слабохарактерный и до баб липкий. Он, дочка, покамест не нагулялся ещё.

— Что ты говоришь такое! — Рассерженно возразила она. — Мы с Русликом любим друг друга, какие ещё бабы!

— А вот какие, — сказал дед. — Давай уговор: если молодец твой при первом удобном случае загуляет, тогда ты впредь меня всегда слушаться будешь. Как миленькая, всегда и во всём, что тебе ни скажу!

— А если не загуляет?!

— Тогда, Маруська, воля твоя: делай всё, что решишь, а я обещаю тебе во всём помогать и никогда больше не перечить! Уговор? Моё слово ты знаешь.

— Уговор! — Решительно ответила она. И проиграла.
А вышло так. Рано утром дед пошёл косить с Русланом и его младшим братаном Витькой луг перед дальним лесом, а Мария сделала вид, что на попутном колхозном ЗИСе уезжает в город, с гостинцами к дядьям. Но доеха

ла только до соседней деревни, где со знакомыми девчатами пошла купаться на речку. И в сумерках незаметно вернулась к старому дому (новый в ту весну как раз только построили). Из чердачного окошка Маруся наблюдала, как при свете керосинки отец во дворе угощает парней за сенокос.

В застолье,

Порно библиотека 3iks.Me