Какая же ты сволочь, Виталик! (эроповесть) книга 2 Часть 5- Читать онлайн

вскричала Мария, подхватывая старика под руки и опуская его на землю, подложив ему под голову свою косынку, – никак зашибся... – но побелевшие губы свёкра лишь приоткрылись, чтобы выпустить глоток воздуха из хрипящего горла, сгустком пенящейся крови.

– Мишку покличь, повиниться хочу наперёд. Виноватый я перед ним.

Подбежавший Михаил нагнулся над отцом, заглядывая тому в затухающие глаза.

– Грех за мной, Мишук, двойня у Марии моя, не вини бабу зазря. И сник, уронив голову.

– Курва, твою мать... – поднял глаза на жену Михаил, – звони в правление, пусть присылают врача и участкового. Ухожу я от тебя, хватит с меня, твоих выблядков кормить.

Свалив с брички злополучный мешок, он оттащил его за перегородку и сбив кепкой с колен мешочную труху, ушёл из коровника, оставив Марию, сидящую возле свёкра. Проводив его равнодушным взглядом, она поднялась и, потянув лошадь за узду, вывела подводу во двор.

На сорок дней Мария не преминула побывать на кладбище, прибраться на могилке свёкра. Недалеко от себя, она увидела одиноко сидящую на лавочке сгорбленную фигуру женщины, в накинутом на голову чёрном платке.

– Вроде, кто-то из своих... – попыталась Мария признать женщину. Собираясь уходить, прошла мимо скорбной фигуры посетительницы и только взглянув в лицо, признала Пелагею Федоровну. Седая прядь выбилась из-под платка и прикрывала припухшее от слёз лицо женщины. Слышала Мария о горе, постигшем женщину, но за своими невзгодами не нашла сил проведать соседку и посочувствовать её беде. Молча она опустилась на край скамьи и положила руку на плечо Пелагеи Федоровны.

– Прости, Поля, живём порознь, а беды те же. Навалилось, одно за другим, головы не поднять, только и утешение в детях, – но спохватившись, что сказала не ко времени о детях, замолчала.

– Что не говори, а у тебя есть для кого жить, ответила Пелагея. У меня вот, ни детей ни внуков. Вроде как и жить незачем... – и не отводя глаз от могилы сына добавила, – Михаил не запил с горя?

– Коли запьёт, так скорее с радости. – и на удивление, промелькнувшее в глазах Пелагеи Фёдоровны пояснила, – смерть отца ему руки развязала, ушёл к своей Людке.

Возмущённо качнув головой, Пелагея тяжело поднялась со скамьи.

– Знаешь, Мань, давай к вечеру зайду к тебе, поговорим обо всём. Не здесь же об мерзавцах толковать.

Женщины пошли по тропинке между могил к кладбищенскому забору, и лишь выйдя за ограду, Пелагея, испытывающее, заглянув в глаза своей попутчице поинтересовалась:

– Мария, ты по которому разу тяжёлая ходишь? Неужто от своего сподобилась?

– Не от него, врать не стану, – зардевшись, сконфужено призналась женщина, одёргивая платье под тонким пояском.

– Что же ты допустила до такого, не девчонка в самом деле, куда теперь с ними без мужика в дому? – укорила Пелагея свою соседку, – ладно вечерком потолкуем.

А вечером того же дня обе женщины, угомонив детей, сидели у Марии на кухоньке и под чаёк вели содержательную беседу о жизненных перипетиях, выпавших на их долю.

– Вот ты, Маш, скажи мне. Кто смог уболтать взрослую, многодетную бабу, живущую с пьющим мужем? Ну я понимаю, ежели была бы одинокая, как я. Так ведь твой кобель не тебя одну ублажал, голодной не ходила. Я тут всё соображала и поняла, что с местными мужиками ты не блудила, а вот с приезжими... А из приезжих, кроме студентов практикантов, у нас тут не было никого. И нежничать тебе с ним было негде, только на работе. А на вашу ферму я сама отправляла нашего парнишку при кухне, Витальку Ступинина. Что, угадала любовничка? Не красней, сама не без греха. Что говорится, мал золотник, да дорог. Не меня одну, видать, утешал. Ну да Бог ему судья, какой с парня спрос, когда бабы сами под него ложатся. Только ты вот о чём думала, когда он своим поленом в тебе шуровал? Понятное дело не головой, с таким мастером и думать будешь только о том, как бы ещё раз успеть, пока не словили свои же товарки, падкие на халяву. Чего молчишь, милая, обе мы с тобой одно яблочко кусали, и его училка от нас не отставала. Вот только зачем до беременности довела. Теперь, поди, уже поздно по врачам бегать с абортом, Не трудись считать, по животу видать. Тебе теперь только с именем определиться. И твоему благоверному справочку из городской консультации представить на алименты.

– Нет. Михаил на близнецов уже отказался платить, не его они, папаша перед своей кончиной их признал, услужил старый дурак, а уж с этим, показала женщина на свой, обозначившейся живот, – и предъявлять нечего, не побоится ославить на весь посёлок, – в растяжку произнесла Мария, – вот такие мои дела, Пелагея Федоровна.

– Ну ты и шлындра, Машка! И свёкра не обнесла!... – восхитилась Пелагея Федоровна, глядя на Марию округлившимися глазами.

– Это он на меня налёг, когда Михаил с Людкой начал крутить. А ежели курицу петух кажный раз без внимания оставляет, та и под Бобика присядет.

– Тьфу на тебя, дура ебливая! – Воскликнула подруга, качая головой, – жаль, что от сыночка моего не родила, сейчас бы ноги тебе целовала.

– Родить не родила, а пару раз у меня бывал перед призывом. Даже признался как-то, что к тебе у него интерес был основательный, но побоялся, что обломаешь своего сынка.

– Мне Виталька тоже говорил, чтобы не

Порно библиотека 3iks.Me