в голове у девушки. – она всё это видела, в лучшем случае, на глянцевых картинках или на экране монитора, слыхала и краснела от рассказов подруг и одногруппниц, а теперь завела уже стометровку обработанных мужских органов и, похоже, останавливаться на достигнутом не собиралась. Мысль завести что-то в роде дневника или таблицы, куда она могла бы записывать свои победы, подсчитывать количество партнеров и свершенных половых актов, тоже посетила её… Но сейчас было не до этого.
Головокружение, ломота в теле, зуд между ног, не меньший зуд сзади, легкая боль от следов, оставленных ночью похотливыми самцами практически на всем теле, всё это ввергало её в состояние, когда мир вновь уходил куда-то во вне, оставляя лишь её, этот член, определённо иностранного происхождения, губы, да ощущения, которые вызывал сам процесс исполнения минета.
Пару раз, как ей казалось, хлопнула дверь – кто-то переходил из вагона в вагон. Должно быть даже отметил их единение, но не проронил ни слова, не задержался, удивился, но не сделал замечания, и Катенька продолжала, закрыв глаза, ухватив мошонку одной рукою, оперевшись о стенку тамбура второй, работая головой над задачкой, которая ей вот так чудным образом вдруг досталась. Парень слегка постанывал, её зубы время от времени слегка цеплялись за край головки, он напрягался, сжимал её голову, запускал руки в волос поглубже, и вновь отпускал.
Она не могла остановиться. Он пару раз пытался её поднять. она сопротивлялась. он не понимал. Она желала закончить всё только так. Таким образом. Не позволяя ему вторгнуться туда, где были совсем недавно, судя по количеству оставленных презервативов, не один десяток парней, и отчего те места сейчас требовали отдыха, восстановления, а то и реабилитации. Естественно, сейчас их счесть пригодными для использования было бы легкомыслием. И она настаивала, не отпускала его член, мошонку, проглатывала, задерживала его там, стимулировала, пока он и сам не сдался, не откинулся окончательно и не разрядился прямо ей в горло своими потоками, сжав голову и запустив руки в волос ещё сильней.
Он ещё дергался, возможно даже выстреливал последнее, а возбуждение уже оставило Катеньку. Выпустив опадающий член из своих губ, она рукою вытерла губы, улыбнулась парню и с ощущением завершенности содеянного, развернулась да покинула тамбур, оставив там удовлетворенного и недоумевающего парня наедине со своим вываленным на божий свет агрегатом.
- Ну всё, всё, - оттолкнула от себя Ваську Катенька, вырываясь из его объятий, и тут же убежала в сторону выхода из общежития. - Вечером, - бросила на прощание не оборачиваясь.
Душ оказал двоякое воздействие. С одной стороны, вода смыла всю грязь и пот, прилипшие к ней за последние сутки, освежая и душу и тело, с иной стороны после горячий расслабляющей воды ноги вообще отказывались слушаться, грозя подломиться при каждом шаге.
В поезде, да и до общежития добралась благополучно. Арабчонок поначалу не сводил с неё своих темных глаз, потом предложил сожительство, дальше вообще взять на содержание, но расстались лишь обменявшись телефонами, который Катенька куда-то тут же запихнула и напрочь о том забыла.
Быстрый сбор, душ, жжение едва ли не по всему, покрывшемуся уже изрядным количеством легких синяков-засосов, неуверенная походка, и тут на тебе - на самом выходе Васька, тот самый Васька, который, похоже, и уезжать то летом ни куда не собирался, оставаясь в общаге. Объятия, руки под блузкой, желание проникнуть дальше, попытки затащить сначала в комнату, потом, Катенька ни сколько не сомневалась, и в постель, но не ради этого она проделала этот утомительный путь, потому пообещав нечто вечером, она и ускакала на своих негнущихся ногах в университет.
Лето в тот год выдалось солнечным, сухим и жутко жарким. Поэтому переступив порог родного заведения, Катенька вся изнывала от жары, пот катился по ней градом, а желание выпить чего-то прохладительного, подавляло какие-либо иные желания и потребности.
- Что ж вы так, Катенька? - встретил её появление улыбкой Виктор Петрович. - Уклоняетесь. Все ваши одногруппники уже решили вопрос с отработкой, а вы не спешите?
Катя не нашлась что ответить, лишь пожав плечами. Бутылка минеральной воды на столе Виктора Петровича сейчас её интересовала куда больше, чем какая-то отработка.
- Воды, - простонала она и опустилась тут же, прямо у двери.
Виктор Петрович, мужчина ещё молодой, не достигший ещё и сорока, подтянутый и ироничный, не сразу разобрался в происходящем...
- Всё хорошо, всё хорошо, - повторял он обрызгивая катенькино лицо водой прямо из бутылки. - Ну же, откройте глаза...
Влага, упавшая ей на лицо, пробудила её, придала сил и грубо выхватив бутылку с остатками воды из рук преподавателя, Катенька бесцеремонно, за пару длинных глотков, влила весь остаток в себя. Бутылка опустела. Потрясая ту в руке, Катенька отбросила тут же её в сторону и поддавшись первому порыву, пришедшему на смену жажде, впилась губами в уста опешившего Виктора Петровича. Тот попытался извернуться, отстраниться, даже что-то там произнес об этике и недопустимости, но решимость Катеньки брала верх над какими-то неуместными сомнениями. Виктор Петрович пытался опомниться, взять ситуацию в руки и в его руках, как ни странно, оказалась Катенька - горячая, страстная, навязчивая и неотвратимо доступная.
- А, была не была! - мысленно махнул рукой Виктор Петрович и сразу же запустил руки, где им быть не место. Грудь и промежность тут же отозвались диким спазмом, лишь усилившим желание.
- Это завтра, - аккуратно отстранила его руки Катенька. - Сегодня у нас только
Порно библиотека 3iks.Me
47714
02.10.2019
|
|