разговаривать о чём угодно, без стеснения делиться секретами, быть раскрепощённой и открытой настолько, насколько этого хотелось. Аньке, казалось, доставляло особое удовольствие обострять дремлющую в Оксане сексуальность не только откровенными журнальчиками, но и рассказами о своих любовных похождениях. Когда она заводила речь о том, что «они делали с Лёшей в салоне его тачки» или «как не вылезала два из постели с Толей», возбуждение, охватывающее Оксану, переходило прямо-таки в физическое давление. Появлялась стыдная и сладкая тяжесть в низу живота, было неудобно сидеть — хотелось ёрзать. Осведомлённость и глубина сексуальных знаний одноклассницы вызывали восхищение у Оксаны и она впитывала всё, чем с ней делились, как губка.
Постепенно строгий надзиратель по имени Здравый Смысл уходил куда-то вдаль, зато фривольная распутница по имени Бескомплексность заполняла все клеточки, рождая в голове нечто необыкновенное. В самом деле — ну сколько же можно оставаться глупышкой, которая по ночам испытывают зуд между ног и мечтает о мужском члене, плохо представляя себе, что это такое; сколько можно томно вздыхать, собирая фотографии актёров и постеры с Шатуновым и «Нанайцами», витать в облаках наивных детских фантазий?! Это ж надо: ей уже девятнадцать лет, а она только пару раз целовалась с мальчиком, да и поцелуями-то это не назовёшь — так, лёгкие мазки губами, несмелые и мимолетные, на вечеринке по случаю окончания школы. Девственность и раньше терзала её душу, а сейчас, после подпитки энергией свободы, вызывала в теле такое беспокойство и сладостное томление, что в пору было завыть от горя.
Переступив через бетонную преграду стыда, Оксана открыла для себя правду. Правду о том, что она живая. Что ей требуется секс. Да в её годы вообще каждому требуется секс! И что она уже взрослая и имеет право, если не встречаться с парнем (такового ещё, правда, требовалось завести), то хотя бы спокойно мастурбировать! Это простая истина, была понятна, как дважды два, но, между тем, она казалась настолько сакральной, что от понимания её захватывало дух.
Едва за Анькой закрывалась дверь, у Оксаны где-то там, пониже живота, начинала вспыхивать противная дрожь, которая постепенно поднималась по утробе, через кровеносные сосуды передавалась по рукам, ногам, поднималась всё выше и выше. Она подползала к сердцу, ударяя её током, от него по всему телу передавался непонятный пульсирующий огонь, раздуваемый всколыхнувшими в жилах многочисленными искорками.
Она назвала эту силу, волнующую ее плоть, демоном искусителем. Это существо все эти годы неотступно вело наблюдение за своей жертвой, ждало своего часа, удобного случая, чтобы напасть и впиться в её плоть, обездвижить и насладиться своей победой.
«Нет! Зараза! Опять эти глупые мысли! — начинал вопить в гневном протесте голос разума. — Нужно думать о насущном. Работа... Семья... Это куда более важно, чем вся эта мерзкая пошлятина!»
Но как бы Оксана себя ни истязала, как бы ни вытравливала из себя природные инстинкты, юная женственность брала своё. Каждое утро начиналось борьбой с демоном, а потом, проиграв ему, она поудобнее располагалась на диване с кипой порнушных журнальчиков и всем своим существом отдавалась тёмному, горячему и похотливому наваждению, которое пробуждали в ней все эти картинки с голыми телами, сценами совокупления, и уже ничего не могла с собой поделать.
О, как мучительно сладко было, листая Анькины журналы, окунаться в атмосферу разврата. В теле, истомлённом в муках ужасного, всеубивающего воздержания, возникала настоящую цепная реакция. И энергия, освобождающаяся в результате этой реакции, обрушивалась на девушку, как поток вулканической лавы.
Проклиная всё на свете, она приспускала трусики и медленно погружала руку в промежность, ощущая там невыносимый зуд. Но, поддаваясь искусителю, вознаграждалась красотой магического сюрреализма, которую он дарил, — она чувствовала её каждой клеткой своего бытия.
Мастурбируя, девушка смачивала пальчик во рту, затем спускалась к розовой жемчужине. Гладко выбритый цветок любви принимал в себя пальчик, как хоботок, отдавал нектар по капельке. Оксана будто становилась цветком, кормящим бабочку. По мере того, как тёплые волны прокатывались по всему организму, демон рисовал картины, которые она с упоением рассматривала с закрытыми глазами, уже не помышляя ему сопротивляться.
А пальчик-хоботок не переставал совершать движение вверх, потом вниз. Потом снова и снова. Медленно, размеренно. Влажно и ласково.
«О да-а-а!.. Как приятно...Как хорошо...» — пульсировало в голове у девушки.
Каждое прикосновение к писечке приносило невероятный фонтан эмоций. Да, вот так. Так просто шикарно. Сладкий зуд там — между ножек. И приятное томление в области сосков. Что может быть лучше? Что может быть приятнее в этом проклятом, бездушном мире?
Потом — разрыв мозга! Звонкий вскрик... Короткий судорожный вдох и шумный выдох. Пульсирующая тёплая волна проходит по жилам, тело выгибается дугой. И демон, довольно урча, куда-то уползает. Вместо него приходит Здравый смысл, недовольный, гневный. Он заставляет натянуть трусики, чтобы скрыть её позор. Выжатая, словно лимон, девушка лежит на диване, заливаясь краской стыда, после чего, придя в себя, идёт заниматься повседневными делами — готовить, вытирать пыль, смотреть в окно, вспоминать прошлое.
Так проходил день, наступал вечер. Наконец с работы возвращалась Анька. Они болтали, ужинали, смотрели телик, ложились спать. Утром подруга уходила на работу и можно было ещё поспать часок-другой, но демон был тут как тут. Он стучал в висках и не давал сладко поваляться в тёплой кроватке, он подстёгивал невидимой плёткой, гнал вперёд, заставлял бессмысленно передвигаться по комнате и задумчиво покусывать кончики ногтей. Он выползал из потаенных глубин сознания, властно обволакивал разум, требую новую дань
Порно библиотека 3iks.Me
11293
06.11.2019
|
|