посоветовала, сказав, что так будет лучше - не следует мешать врачам делать своё дело.
Мари, конечно же, и сама это прекрасно понимала - графиня Уортон хорошо выучила её, как расставлять приоритеты. Но, даже понимая это, девушка не хотела расставаться с раненой подругой. Пускай это было для её же блага.
В конце концов, лишь нежные пальцы Колайн на животе Марибелл, сдавившие упругий вал плоти под одеждой, помогли мисс Уортон побороть свой воинственный порыв усилием воли.
В это время к девушкам подошла Жоселин, одетая, как и все прочие пилоты, в нелепую «пижаму» из грубого льна, позволявшего телу «дышать» в горячих недрах машин. Сдернув с головы кожаный шлем и взъерошив волосы руками, она, не говоря и слова, заключила в объятия Колайн, и принялась осыпать лицо девушки поцелуями.
— Доченька, ты цела? – то и дело шептала женщина, совершенно не смущаясь случайных посторонних взглядов.
Впрочем, Мари уже почти без удивления отметила, что на этом судне пуританским заветам «Бабушки всей Европы» уделяли довольно мало внимания. На подобные проявления материнской любви, неуместные в обществе, никто попросту не обращал внимания. Люди смеялись, открыто общались и занимались своим делом, и на этом фоне объятия двух женщин казались совсем неприметными.
Жоселин оказалась весьма необычной особой, и это даже без учёта того, что она руководила ударным отрядом паровых рыцарей. Её совсем не показная холодность внизу, у развалин пансионата, в эти мгновения с лихвой компенсировалась бескрайней нежностью на борту дирижабля. Смущенная Колайн покорно стояла в объятиях приёмной матери, будучи не в силах вырваться из родительского захвата. А по округе разносилось непрерывное «чмок-чмок-чмок!», словно миссис Тейт собиралась перевыполнить некую норму по поцелуям.
Марибелл невольно даже позавидовала таким отношениям. Графиня Уортон без сомнения любила свою приёмную дочь, но никогда не проявляла своих чувства настолько открыто. А, глядя на Жоселин и Колайн, и в голову не могло прийти, что они не родные мать и дочь.
Наконец, поток нежностей, подобно скоротечному летнему ливню, начал иссякать и юная Тейт сумела вырваться-таки из объятий. А затем, пылая от смущения, уже официально представила свою спутницу, «добрую подругу» и объект интереса её семьи - Марибелл Уортон.
На лице Жоселин отобразилась странная смесь грусти, понимания и чего-то ещё, чего-то неясного. Она просто кивнула и велела дочери позаботиться об их дорогой гостье. Предстоящий путь пролегал на север, в гористую местность Шотландии, и должен был занять около восьми часов, поэтому времени, чтобы отдохнуть и привести себя в порядок, было достаточно.
Когда женщина отправилась к своим подчиненным, то Мари вновь поразилась ее преображению. Бывалый воин, что недавно стал ласковой матерью, теперь вновь обернулся суровым командиром. Девушка подумала, что если бы Жоселин Тейт связала свою жизнь с театром, то, без сомнения, имела бы успех в лицедействе.
. .
Необходимости в больших запасах воды на Тобимару не было. Несмотря на то, что и Пластроны, и Карапакс, и сам дирижабль работали на пару, технические открытия, новейшие разработки и зауберит позволили значительно повысить экономичность этих машин. Освободившееся же на воздушном судне пространство, избавленное от чрезмерных запасов технической воды, можно было заполнить медикаментами, боеприпасами и продовольствием. Поэтому всё, на что могли рассчитывать девушки - два кувшина горячей воды на человека.
Впрочем, и это было прекрасно. Обе они умели обходиться малым. В своё время графиня Уортон обожала смотреть, как её приёмная дочь нежится в тёплой ванне, но, между тем, никогда излишне не баловала Марибелл. Да и Колайн, в виду её «шпионской» деятельности, была готова к отсутствию всяческих житейских удобств. Поэтому девушки, умело и ловко орудуя влажными полотенцами, начисто оттирали друг дружку, смывая пыль и грязь с молодых тел.
Если бы в сей пикантный момент омовения их мог заметить кто-либо посторонний, то, сумев за собственной похотью рассмотреть истину, этот случайный соглядатай без сомнения признал бы, что девушек тянуло друг к другу. И это было не сексуальное влечение. В ту секунду, когда обе девушки были обнажены, а член Марибелл тяжёлым валом горячей плоти лежал на плече Колайн, Уортон младшая беззаботно оттирала пятнышко грязи со щеки своей подруги. И для обеих девушек это было совершенно нормально. Их голоса лишь едва слышно перешептывались и подшучивали друг над другом, стараясь отогнать грустные мысли о раненой Эмили.
Мыслей о сексе не возникло ни у одной из них.
. .
Приведя себя в порядок и переодевшись в чистую одежду, Мари немного смутилась. В замену испорченным нарядам девушкам выдали какие-то неказистые платья, похожие на одежду женщин из нижних слоёв общества. Хотя привередничать было бы неуместно, но, всё же, появилось лёгкое недовольство.
Впрочем, быстро выяснилась – Колайн подсказала - что подобное носят все члены экипажа дирижабля, меняются лишь знаки различия.
Устыдившись собственных мыслей, Мари молча глянула на подругу и они отправились проведать учениц пансионата – у Марибелл было предчувствие, что её подруги по невзгодам нуждаются в помощи.
Предположение оказалось верным. Сгрудившись в кают-компании и заняв все диваны и стулья, могучие «волшебницы» походили скорее на бедных сирот, чем на учениц магической академии.
Неподалёку от них, у дверей в каюту, находилось два человека, явно приставленных для охраны. И Марибелл с горечью поняла, что охраняют не дирижабль от магов, а защищают самих учениц, чтобы они по недомыслию не навредили себе.
— Мисс Тейт! – окликнул один из охранников влюблённую парочку, направлявшуюся в кают-компанию. – Рад, что вы вернулись.
То, что подчинённый Жоселин знал Колайн лично, Марибелл нисколько
Порно библиотека 3iks.Me
10760
02.12.2019
|
|