нее. А во-вторых, господа, давайте разденемся. Без одежды будет намного приятнее, уверяю вас!
Гога быстро разделся и, пожирая девушку глазами, гладил левой рукой кудри на груди, а правой – оглаживал увесистые яйца.
— Ты – первый, Леонид. Приступай!
Леня медленно подошел к девушке, бесстыдно раскинувшейся на столе, и погладил ее дрожащей рукой. Он начал с грудок, спустился на живот, зарылся пальцами в кудрявый волос на лобке, но вдруг, присев, недоуменно спросил:
— А куда тут, господа? В щель?
— Экий ты нескладный, Леонид. Первый раз, небось?
— Ну, да...
— Ладно, покажу. Львович, свети, дорогой!
Князь присел рядом с Леней протянул руку к промежности девушки, а барчук взял свечу и принялся светить.
— Вот смотри.
Гога раздвинул мясистые губки, поросшие темными волосами.
— Вот основная дырка, влагалище, видишь? Вот туда. А вот эта маленькая дырочка -- это писка. А вот это клитор...
— Или похотник, – подсказал барич.
— Точно! Клитор – аналог нашего члена. Эх, надо бы тебе попробовать себя на овце, что ли. У нас все мальчишки начинают с этого. Ну-ка...
Он осторожно вставил мизинец в маленькое отверстие влагалища.
— Так и знал, господа. Она – девственница! Палец с трудом проходит. Придется чем-то мазать...
Он оглядел скромную обитель поварихи и ее дочери и, увидев иконостас в углу и горящую лампаду, обрадовался:
— Там, где лампадка, там и масло!
— Деревянное, – опять подсказал Васенька.
— Правильно!
Гога бесцеремонно пошарил за иконами и выхватил спрятанный пузырек с лампадным маслом.
— Вот оно! Мажь скорей!
— Что мазать?
— Член! Наливай масло в руку и мажь! И вводи скорее, а то и мне неверпеж!
Леонид открыл флакон с маслом, налил в ладонь несколько капель, понюхал масло и с сомнением посмотрел на товарищей по усладе.
— Больше лей! – посоветовал Гога. – Мы ей потом ведро масла купим. И на промежность полей, на пизду, то есть. Ну же!
Леонид послушался, быстрыми движениями натер свой жирно заблестевший, колообразно торчавший член, и раздвинув левой рукой волосатые губки, полил маслом и розовую дырочку. Его член хищно дернулся, раз, другой и закапал сверкающими в свете свечи каплями предэякулята.
— Горячий парень! – шепнул Гога Васеньке, державшему свечу. – Спорим, он сейчас кончит?
— Нет. Кончит, когда введет. Леонид, разбей!
Но Леонид не слышал сластолюбцев. Он подвел подергивавшийся член к умасленному влагалищу и медленно утопил приап в девственную плоть. Девушка застонала во сне.
— Что чувствуешь, Леонид? – спросил Гога. -- Как ТАМ?
— Странно. Мягко и плотно одновременно. И очень узко! Но хорошо!
— Ты подвигайся туда-сюда медленно и плавно. Еще лучше будет, слово дворянина!
Леонид зашевелился и задвигал тазом, ощущая, как по члену перемещается тугое девственное кольцо. Он задвигался быстрее, потом еще быстрее, чувствуя, как нарастает сладостное ощущение скорого апофеоза. И вот он уже втыкал член в сладкую дырочку с бешеной скоростью, нимало не заботясь о сохранности чьей-то девственности. И вот оно, пришло! Чувство блаженства освобождения, и его член впрыснул первые струи молодого молочка, и Леонид, навалясь на девушку и охватив руками ее податливое тело, кажется, чувствовал, как трепещет член внутри нее, отдавая последние капли.
Леонид вытащил обмякающий, но еще подергивающийся, член, и влагалище ответило ему глухим чмоканьем. Все!
— Все, господа! Я кончил. Кто следующий?
Гога не был привередлив. Попадись ему привлекательная дырка в заборе, поросшая мягким мхом, он бы и туда засунул длинный жилистый член, увитый сетью вен. Но наибольшее удовольствие ему доставляли безропотные козочки и овечки. Ну, и пастУшки тоже, разумеется. Одно время его интересовал вопрос, откуда в греческой мифологии появились сатиры, и он вовсю принялся экспериментировать, насилуя девственных козочек. Но поначалу у Гоги ничего не получалось. Он бегал за козами по лугу без штанов, но с торчащим членом, напоминая озабоченного сатира, а козы разбегались и издевательски блеяли из густых кустов. Старый пастух Васо, видя такие мучения юного князя, посоветовал сначала приманивать козу куском хлеба, затем привязывать выбранную «нимфу», накинув ей на рога веревочную петлю, и лишь потом приступать к осеменению, обильно смазав член каким-нибудь маслом. Васо с удовольствием наблюдал за Гогой, ощупывая свой вялый член, когда тот провел в жизнь свою идею первый раз. Коза отчаянно заблеяла, выронив недоеденный кусок хлеба, когда Гога воткнул ей под хвост свой длинный «нефритовый стержень».
— До половины только входит! – пожаловался тогда пастуху Гога.
А один раз к нему привязался маленький серый козленок, перепутавший мамину сиську с княжеским членом, когда Гога отдыхал после очередного осеменения, и стоял, прислонившись спиной к дереву в ожидании очередной эрекции. В результате сосунок был накормлен княжеской спермой, а Гога получил неслыханное удовольствие.
Гога излил свое семя с достоинством и выдумкой, половину -- во влагалище, половину -- на кудрявый лобок, чмокнул, крякнул и уселся отдыхать. Подошла очередь Васеньки. Му-му все еще лежала в наркотическом сне, и он не спешил войти в девушку, обойдя ее кругом и любуясь ее юными прелестями. Хорошая девушка, подумал барич, сладкая девушка. Он погладил ее гладкую кожу, проведя одной рукой по грудкам с торчавшими сосками, а другой - по животу и кудрявому лобку. Его член давно налился темной кровью и томной силой и хищно подергивался, готовясь к вторжению. Барич присел, и его глаза оказались напротив ее влагалища, развороченного двумя немаленькими членами и сочащегося спермой, как смазкой. Васенька томно вздохнул, встал и приставил член к входу во влагалище, но тут Гога, наблюдавший за дверью, яростно зашептал ему на ухо:
Сюда кто-то
Порно библиотека 3iks.Me
14666
06.01.2020
|
|