Общага..- Читать онлайн

Алик Маврин был домашним ребенком. Он не ходил в детский сад. Его пестовали и лелеяли дома мама и бабушка. В школе он учился весьма прилично, но уже с утра томился уроками и жаждал окончания занятий. После десятого класса он поехал в Москву, как многие, поступать в ВУЗ, сравнительно легко сдал экзамены, но это благодаря тому, что жил на съемной квартире, истратив на нее последние семейные деньги. Небогатая семья Алика просто не смогла обеспечивать его средствами дальше, и он, «скрипя» сердцем и прочими органами, отправился «прописываться» в общежитие.

Комендант Иванов М. С. (так было написано на дверной табличке) окутался сизым облаком табачного дыма, от которого Маврин закашлялся.

— А местов нету!

— Как это?

— А вот так! Понаехали тут. Мне студентов селить некуда, а тут еще абитура!

— Я не абитура, я студент первого курса механического факультета.

— И чего?

— Жить-то мне надо где-то?

— Надо, не спорю. Ты в другой корпус сходи, ну, где магазин.

— Был. Там тоже «местов нету».

— Ладно, – комендант громко захлопнул регистрационную книгу и хрипло выдохнул, породив новую удушливую волну. – Выбирай. Либо в красный уголок седьмым, либо с девчонками за ширмой. Есть у меня маленькая комната, там живет Елена Столярова.

Алик представил себе казарму, где железные кровати в два ряда и в три этажа, сапоги, портянки, и сказал:

— Лучше за ширмой.

— Ну и дурак, – резюмировал комендант. – Заебут! Я знаю...

Он снова открыл книгу, что-то туда записал и спрятал в сейф Аликову справку из деканата о поступлении в институт.

— Комната двести двенадцать. Все. Вали! – сказал комендант, и закурил следующую папиросу.

Комната за номером двести двенадцать оказалась в самом торце общаги у запасной лестницы. Алик деликатно постучал, услышал ответ «открыто» и вошел. В комнате на одной из двух кроватей лежала девушка и курила длинную тонкую сигарету, кажется «Яву-100».

— Тебе чего? Дверью ошибся?

Она, не торопясь, одернула короткий халат и, поплевав на горящий конец, затушила сигарету в пепельнице.

— Нет. Жить.

— Со мной?

— С Вами. Комендант сказал, можно.

Не сказать, что она была особо привлекательной. Широкое лопатообразное лицо, скулы, узкие накрашенные глаза, кривые ноги выдавали в ней одну из представительниц малых народов Поволжья или вообще бурятских степей.

Она села на постели, на мгновение показав Маврину белые трусы, и протянула узкую ладонь с накрашенными красным лаком длинными ногтями.

— Лена.

— Алик. Маврин.

— Ты как со мной жить собрался, тайно или явно?

— За ширмой.

— Это важно! А где ширма?

Она поправила очки.

— Я ее что-то не вижу.

— И я, – пожал плечами Маврин. – Комендант так сказал.

И тотчас входная дверь широко распахнулась, и в проеме показался комендант, дымящий, как паровоз, очередной папиросой. Он, кряхтя, нес тяжелую ширму. Вошел, поставил сложенную ширму в угол и, отдуваясь, сказал:

— Живи. Но помни, я тебя предупреждал.

И исчез, как призрачный поезд, без гудка. Лена опять поправила очки и встала.

— Давай ставить. А о чем он тебя предупреждал?

— Что Вы храпите, – нашелся Алик.

— И он знает. Откуда?

Маврин снова пожал плечами.

— Понятия не имею.

Он взялся за ширму, и они с Леной раздвинули ширму из черного шелка с большим драконом с выпученными глазами.

Ленка отошла на шаг и насмешливо прищурилась на дракона.

— Ох, красота-то какая! Проснусь ночью покурить, а он смотрит!

— Ночью его не видно, потому что темно, – вяло возразил Алик. – Здесь столовая есть?

— Какая тебе столовая! – засмеялась Лена. – Каждый себе готовит сам!

— Из чего? У меня ничего нет, – грустно сказал Маврин.

— А давай в складчину, – предложила Лена. – Ты платишь, а мы ходим по магазинам, варим, жарим...

— И едим?

— И это тоже! Только нам, девушкам, фигуру блюсти надо. А то растолстеем, как Ирка Сеничева.

Лена оправила на себе халатик, выпятив вперед острые груди. Нет, она ничего, подумал Алик, если ноги побрить, очки снять, а на лицо не смотреть совсем, а сиськи я бы потрогал, вдруг это у нее лифчик такой.

— Ты куда смотришь? – вдруг спросила Леня, проследив за его взглядом. – На сиськи? Хочешь потрогать? Или пожрем лучше?

— Лучше поедим.

— Правильно! А сиськи от нас никуда не уйдут.

Она открыла тумбочку и присела, снова мелькнув белыми трусами.

— Есть макароны. Если их поджарить с растительным маслом, то выйдет очень ничего.

Она сняла крышку с кастрюльки и, смешно сморщив короткий нос, понюхала.

— Вроде нет, не прокисли.

Нет, она ничего, даже симпатичная местами, подумал Маврин.

— Я сейчас!

Она вывалила макароны из кастрюльки в сковородку, щедро полила подсолнечным маслом и исчезла за дверью. Алик присел на свободную койку и загрустил. Общага была совсем не похожей ни на дом, ни на съемную квартиру, и это его выводило из душевного равновесия. Но тут дробно топоча шлепанцами, влетела Ленка со сковородой, полной дымящихся макарон. Она поставила на стол сковородку, кинула в нее две вилки и воскликнула:

— Я у девчонок еще и колбаски «Одесской» выпросила, так что навались!

Ленка уселась на койку, схватила одну вилку, нацепляла на нее макаронин и стала их жадно есть, забавно причмокивая масляными губами.

— Хлебушка бы, – грустно сказал Маврин. – Хоть кусочек.

— Так макароны и есть хлеб, – торопливо проглотив прожеванное, ответила Ленка. – Так что ешь, что дают.

Алик кивнул и повеселел, ибо узрел не только Ленкины трусики, но и то, что они скрывали. Нижняя пуговица ситцевого халатика от суеты расстегнулась, а узкие трусы сдвинулись и

Порно библиотека 3iks.Me