определил время «Х» - завтрашний вечер, не позднее!
Стоит ли говорить, каким был для меня тот день, в ожидании вечера.
И до вечерних сумерек я еще мог все отменить, а сам завороженно смотрел на стрелки часов.
Марчелло сказал, что сам выйдет со мной на связь, и сдержал обещание...
Я приехал на место, которое он оговорил, и мы даже пожали друг другу руки, хотя мне стоило бы держаться от него по дальше...
Марчелло показал мне телефон, который казался несколько несуразным с его внешним видом – вещь, оплаченная особыми услугами!
Он включил воспроизведение записи.
— Гляди, вот, выносят из подъезда этого «оленя»... Доставили в больничку... Это что бы ты не подумал, что я типа цену себе набиваю...
Запись была не четкая, сделана из далека, но я не сомневался в словах Марчелло.
— Все... исполнили? – уточнил я, сам удивляясь своему некому равнодушию, как если бы Сергей был для меня посторонним, совсем чужим человеком.
— Как и было оговорено... - вновь пожал плечами Марчелло.
Я передал ему остаток денег, и пожелал больше не пересекаться!
Вернувшись домой, я не мог перейти порог квартиры, и долго курил, сидя в салоне машины, чего ранее себе не позволял.
Я удивлялся собственной черствости и мысль о том, что будет далее меня как-то не тяготила.
Сергей поступил со мной жестоко и подло, но я взыскал с него за это с избытком...
Моя задержка в салоне машины пошло мне только на пользу. Неожиданно прозвонил телефон, и я аж вздрогнул, увидев на мониторе номер и авку Сергея!
Неужели Марчелло подвел. Гад!
Но звонила мать Сергея, с его телефона...
Захлебываясь слезами и шамкая слова, она поведала, что Сережку «забили отморози»! И что ей делать теперь, не знает...
Я тут же помчал в больницу, не уточнив даже, в какую именно...
Об этом мне ранее говорил Марчелло, чем я мог бы себя выдать!
Но хотел ли я играть роль ничего не знающего, готового броситься на помощь по первому зову друга или его родных?
Нет, я хотел убедиться, что дело обстояло именно так, как мне говорил Марчелло и мать Сереги...
Лишь переступая порог больничного отделения я успел еще подумать: кем же я становлюсь? Серега бездушно уводил от меня любимую женщину, а я столь же бесчувственно отдал приказ о том, чтобы его покалечили!
В реанимацию к нему не пустили, и я лишь повидался с матерью Сергея. Та, сбиваясь на слезы, рассказывала мне, что нашла сына в подъезде дома всего в крови, что какие-то отморози его избли не понять за что, а я сижу, и гадаю о чем-то ином: думал ли Сергей, что подводит меня, когда использовал мою жену, что предает меня и годы нашей с ним дружбы?
И если, допустим, я готов был раскаяться в свершенном, то был бы он откровенен со мной в обратном?
Кратко пробегаю глазами по заключению врача: «черепно-мозговая», «переломы ребер... под счет...», вывих плечевого сустава...переломы костей лучезапястного сустава, множественные гематомы головы и тела...
Но одну фразу я искал внимательней и тщательней остальных, и прочел несколько раз, когда нашел: «размозжение обоих тестикул...».
По своей похоти и капризам Сергей сделал из моей жены свою любовницу, а по моей прихоти я сделал из него бесполого инвалида!
Ор мамаши Сергея, ставшего вдруг для меня совершенно чужим человеком, доходил до меня точно из небытия:
— Костя, Костя... Скажи, за что? Кто это с ним такое сделал?
Мне стоило больших трудов, чтобы сдержать язык за зубами, и не обмолвить, что это – я!
Муки совести? Ничуть...
Скорее, мучился бы я, если бы извлек иную тайну: о связи Наталии и Сергея! Знаю, что не будучи понятым, я лишь хотел мести!
Я отправился домой и во всю проклинал... Сергея!
— Ты во всем виноват, Сергей! Из-за тебя же самого все это вышло!
Этими словами я заговаривал собственный внутренний голос, который указывал, что моя месть не соразмерна содеянному им!
Гнилой поступок против кровавого преступления!
Придя домой, я даже удивился тому, что не испытываю особых эмоций, разве что злорадство!
А Наталия, увидав меня, сразу поняла, что произошло что экстра и даже замерла в коридоре. Кажется, даже если бы я предъявил бы ей ту запись, эмоции захлестнули бы ею меньше.
— Серегу – избили! – говорил я ровным голосом, наблюдая за тем, как меняется выражение лица и глаз Наталии. – Череп проломили, ребра поломали, избили всего...
Наталия побледнела от новости, и черные волосы стали особо черными на фарфоровом цвете кожи.
Но самый шок ее ждал еще впереди.
— Без яиц оставили!
— Что-о-о? – обомлела Наталия, и чуть не выдала себя: - Сережа-а-а-а...
Так переживать за человека может не просто друг!
И я сказал слова, которые можно было трактовать как поддержку друга, если только не знать, зачем они были произнесены:
— Врачи делают все, чтобы он выжил...
А про себя добавил: «И страдал...»
Еще бы, ведь моя месть не оставляла ему шансов на то, чтобы оставаться полноценным мужчиной и любовником моей жены.
А у меня хватит выдержки, чтобы умолчать о том, что мне известно!
И все же когда несколькими днями позже из больницы поступили благонадежные новости, мы с Наталией приехали в больницу, чтобы навестить Сергея.
Как и следовало ожидать, нашли мы его в одной из палат. Всего перебинтованного.
Заныла Наталия, но это было лишь отражением нахлынувшх чувств.
Но я видел, как сковало жалостью к самому себе глаза Сергея, который понимал, что им уже не суждено быть вместе.
Измена Наталии не изменило мое к ней отношение: я все же любил ее, да и она
Порно библиотека 3iks.Me
13260
29.01.2020
|
|