обед скоро, идем, собирайся.
Я долго поправлял в штанах свое взмокшее хозяйство (интересно, а промокла ли она?) и пытался уложить его, а потом она меня вела по улице в расположение батареи. Я смотрел на ее попку, на черные волосы, на гибкую спинку, думал о завтрашнем дне. И член мой стоял у всех на виду, несмотря на все мои усилия по его укладке. По приходу зашел к Владу доложиться, он оценил мои страдания, порасспрашивал, посмеялся, что мучения продолжатся завтра.
А я думал о Марине. Она высокая и стройная (что она страшненькая на лицо, я уже забыл) и этот коротышка, что у них общего. У них разница в полторы головы, да больше! Ну допустим, они прапорщики и их тянет друг к другу по зову прапорщицкой крови, или, может, есть секретный указ прапорщицам выходить замуж за прапорщиков? Или он, как старший прапорщик, приказал, ну она и пошла. Чем он ее держит, тут ведь в части мужиков офицеров полно. Чего он делал в соседней комнате, он же, не швея и даже, блядь, не прядунья? Почему она сказала в самом начале, что мы одни? Вобщем вместе с членом еще и голова была нагружена до предела, но член конечно больше. Похотливые мысли одна за другой захлестывали меня. Что я только мысленно с ней не проделал, а обещание забрать меня завтра я вообще в пылу возбуждения воспринимал как точное обещание отдаться мне во всех позах и во все отверстия.
Наступило долгожданное утро. «Ракета быстрая и точная» донесла меня песней в столовую и обратно. Марина сама пришла за мной в батарею. Я старался быть максимально официален и соблюдать все формальности в общении. Член выбивался из этого контекста, он и до сих пор, по прошествии многих лет, меня подставляет — я с улыбкой представляю, что будет в морге, если патологоанатом окажется симпатичной женщиной, но они слава Богу, все мужики. Солнце светило уже вовсю, разливалось по плацу, начиналось настоящее лето. Я шел за Мариной, щупал ее во всех видимых и воображаемых местечках, совершал с ней интенсивный половой акт сзади. Мы прошли в ее кабинет, я остановился, но она не останавливаясь, закрыла дверь на ключ, взяла меня за руку и провела в следующую комнату. Это видимо была кухонька, неясно, как она оказалась в распоряжении швеи. В небольшой комнате в углу была раковина, шкаф, стол и несколько стульев, в другом углу мирно гудел потертый холодильник «Юрюзань». Но самое главное было в центре комнаты. На освещенной солнцем полоске пола были брошены два солдатских матраса, застеленные белым казенным бельем и три подушки. Марина на одном дыхании провела меня в комнату, обернулась и посмотрела мне в глаза. Как же она это делала, какие у нее выразительные и зовущие были глаза. У любой женщины есть какая-то фишка, у Марины это был взгляд. Прямой и тянущий на себя взгляд, когда ничего больше не видишь кроме этих глаз, не видишь недостатков ее лица, не можешь оторвать свой взгляд от этих карих окружностей с черными пульсирующими точками.
— Там раковина, приведи себя в порядок, если нужно — сказала она и стала раздеваться. Я не мог поверить своим глазам, она, не спеша, сняла и аккуратно сложила на стул всю свою одежду. Снова обернулась и посмотрела на меня с каким-то новым выражением лица. Беззащитным что ли, и покорно ждущим. Она была некрасива. Но она была красива! Стройные длинные ноги и красивое пропорцинальное им по длине худощавое туловище, маленькая аккуратная грудь с необычно длинными вставшими то ли от холода, то ли от возбуждения сосками. Нежные немного угловатые плечи, длинная тонкая шея. Чистая и светлая, не загоревшая еще кожа. Она была красавица. Она была в расцвете женских лет. Я пожирал ее взглядом, перевел его ниже, лобок был аккуратно и коротко подстрижен, а ноги она перекрестила, ожидая меня, так что святая святых видно не было. Возбуждение захлестнуло меня, сердце заработало чаще, кровь прилила и член мгновенно пришел в боевую готовность, выпирая из штанов. Она босиком подошла ко мне, и глядя мне в глаза, совращая меня своими глазами, протянула руку к члену. Аккуратно и медленно поглаживая его одной рукой, другую она положила мне на грудь. Я вышел из оцепенения и попытался привлечь ее ближе к себе, но она оттолкнула мою руку и опустилась на колени, не убирая вторую руку с члена. Я обалдевший от такого медленного но возбуждающего течения событий стоял и наблюдал, как она расстегнула пуговицы на ширинке штанов, запустила руки в кальсоны и выпустила мой член на свободу. Он стоял во всю длину, розоватый, с толстыми прожилками вен и оголенной головкой. Покачивался перед ее лицом, а она прикрыв глаза, как будто втягивала его запах ноздрями. Я подумал, что мыл его сегодня неоднократно, протирал носовым платком. Но член все равно весь взмок, и с головки свисала ниточка смазки.
— Какой большой, — прошептала она и прикоснулась к нему щекой.
Член свой я считаю вполне средним, ну может, больше среднего, но большой это, думаю, хотя бы саниметров за 20 нужно перевалить. Однако слова и возбуждение этой тридцатипятилетней женщины доставили мне наслаждение. Сам член брал ее за живое, один его вид делал ей приятно, возбуждал. Она не трогала его руками, а касалась его только своим лицом, как
Порно библиотека 3iks.Me
11922
29.04.2020
|
|