Тёплый июньский вечер опьянял слабым тёплым ветерком, разноцветными дорожками на чёрной глади воды, которые тянулись к нам, идущим по каменным плитам набережной. Они привлекали взгляд, они ослепляли нас, уже который час бродивших под жёлтыми солнцами ночных фонарей. Я обнимал Иринку за плечи, и чувствовал как её тело вздрагивает. Нет, не от ветерка, который становился прохладным, а от прикосновения моей ладони, охватившей её плечико.
Параллельно набережной тянулся узкий ухоженный парк из лиственниц, почти не пропускающий свет окружающих фонарей и зданий.
— Подожди меня, пожалуйста! – шепнула она тихо и застенчиво, и исчезла за покровом ближайших деревьев.
Так и не дождавшись её, я шагнул за границу искусственного света и природной тени. Она стояла здесь, прижавшись к стволу дерева, с руками, сложенными за спиной. Я приблизился к ней, мы молча стояли друг против друга, а потом я поймал её дрожащие губы своими губами, почувствовав её нервное учащённое дыхание. Она так и не научилась как следует целоваться, поскольку вообще была застенчивой девушкой. Если девушка не даёт тебе ни на первом свидании, ни на втором, ни на всех последующих, то становится понятным, почему даже простая прогулка по ночному бульвару с мимолётными прикосновениями так опьяняет тебя. Но я искал именно такую девушку, и я её нашёл. Вот что значит воспитание! Посмотреть бы на её маму, которая подготовила такую правильную девочку.
Целовать себя в губы на людях она не позволяла, но здесь, под сенью деревьев, я дал волю своим чувствам, насколько это было возможно. Я обнял её, привлёк к себе её ставшее покорным тело, А мои руки уже гладили её по спинке, ощупывая ленточки её лифчика, тонкую талию, тонкую резиночку трусиков ниже талии. Она вся трепетала от моих прикосновений, становившихся всё более активными и настойчивыми. В моих тесных джинсах томился в безнадёжных усилиях изнывающий от страсти мой своенравный спутник, начинающий доставлять мне боль, в отместку за мою нерешительность. Хотелось здесь, прямо сейчас, развернуть мою целомудренную Ирочку спиной к себе, прижать к дереву, зажать ей рот, смять тонкое платьице, услышать, как рвётся тонкая кружевная материя, услышать торопливый визг молнии на джинсах, услышать, как моя Ирочка в ужасе пытается кричать через нос, её крик, переходящий в горловой визг, когда я, преодолев сопротивление девственной плоти, овладею ею, услышать её судорожные выдохи в такт грубым и сильным ударам моих бёдер, ощутить рукой, как дрожат её ноги и подламываются колени, почувствовать тёплую влагу слёз, стекающую на мою руку, зажимающую ей рот. Почувствовать другой рукой стекающую по внутренней стороне бёдер горячую влагу из её растерзанного лона...
Она оторвалась от моих губ.
— Пожалуйста, не надо! – попросила она шёпотом, как будто услышав мои мысли.
***
Я вспоминал всё это, машинально пропуская перед собой женщину средних лет, входящую в лифт.
— Вам какой этаж? – спросил я, не глядя на неё.
— Двенадцатый, - ответила она как-то нервозно.
Ну что ж, мне тоже на двенадцатый. С неприятным скрипом, отвратительно медленно закрылась тяжёлая дверь грузового лифта. Моргнул свет, и лифт тронулся. Я мельком и краем глаз рассматривал свою спутницу. Симпатичная, в общем. Очень даже ничего, впрочем, в моём состоянии любая юбка воспринимается с непреходящим интересом. Я грустно ухмыльнулся, когда вдруг заметил странность во внешности женщины. Она стояла, закрыв глаза, и очень бледная. Может быть, ей плохо? Ну да ладно, не моё это дело. В этот момент свет опять мигнул, лифт дёрнулся и резко остановился. И свет погас. Стало темно, только тускло светилась какая-то лампочка на табло.
— Похоже, застряли, - констатировал я положение вещей – Замуровали, демоны.
— О, господи, произнесла женщина с отчаянием – Вот только этого не хватало!
Я потыкал в кнопку вызова диспетчера, но никто не отозвался.
— Вы знаете номер аварийной службы? – спросил я – А то я не местный.
— Да, да – отозвалась женщина нервно.
Она поставила на пол пакет, достала телефон. В темноте её лицо озарилось ярким светом экрана. Я слышал гудки в её трубке, а она ждала, закрыв глаза.
— Когда вы приедете? Через сорок минут?! Вы там с ума сошли! Я умру за это время, я задохнусь здесь, вы понимаете?! У меня клаустрофобия!
— Хорошо, хорошо! – услышал я спокойный мужской голос в трубке – Мы выезжаем немедленно. Держитесь.
Женщина со стоном опустилась на корточки и закрыла лицо руками.
— Мы, наверное, сейчас разобьёмся, всхлипывала она – О, Господи, я не могу больше!
Я достал свой тяжёлый как пистолет, мобильник и зажёг фонарик. Подумав, включил и камеру. Если разобьёмся, то пусть хотя бы наши последние минуты будут доступны нашим близким. Между тем, с женщиной творилось неладное, в её глазах стоял ужас, и у меня было ощущение, что она сейчас вскочит в истерике и начнёт биться о стены лифта, как ночная бабочка о стекло освещённого окна. Я опустился на корточки рядом с ней. Я понятия не имел, как успокаивать людей, охваченных фобией. Подумал, что самое правильное – это отвлечь её внимание от ситуации. Присел рядом с ней и взглянул в её охваченные ужасом и паникой глаза.
— Меня зовут Миша, - представился я – А вас?
— Елена Дмитриевна, - ответила она, судорожно дыша.
Я повозился, прислоняя свой телефон к стене на полу.
— Елена Дмитриевна, всё будет хорошо, - успокаивающе сказал я – Посмотрите на меня, пожалуйста. Смотрите на меня, я буду говорить с вами.
Она сидела
Порно библиотека 3iks.Me
7427
28.06.2020
|
|