ожидания не оправдались, и я была этому чрезвычайно рада, но, как я уже сказала, сама мадам была этим разочарована.
У госпожи де Флерѝ, была очень большая ферма, примыкавшая к замку, где находился обычный набор слуг, пахарей, возчиков, пастухов и так далее. Аннет испытывала более чем просто обычную симпатию к красивому молодому человеку, который ведал домашней скотиной. И однажды утром случилось так, что мы шли через двор, на котором не встретили никого, кроме этого самого Робера, ведущего на поводу прекрасную белую телку.
— Доброе утро, мадемуазель Аннет, — поздоровался он.
— Доброе утро, месье наглость! — ответила она. — Куда это ты собрался с этим прелестным созданием?
— Она собирается принести вам большую пользу, и это как раз то, чего хотел бы вам дать и я, — сказал он.
— Скажите на милость, что же это? — спросила Аннет.
— Пойдемте, и вы все увидите, — последовал краткий ответ.
Так как нам больше нечего было делать, а безделье — мать всех бед, мы последовали за ним в большую конюшню, располагавшуюся в дальнем углу двора, где — как я знала, но ни разу не видела, — держали крупного и ценного, но очень свирепого быка для разведения молодняка.
Робер провел нас в хорошо ухоженную конюшню, сообщив, чтобы мы не боялись, что там достаточно места, что бык всегда привязан за кольцо в носу и что в конюшне у него есть его молодой помощник по имени Жан.
Но когда мы вошли, то увидели там не только Жана, но и Марѝ. После того, как я выразила свое удивление, она извинилась, сказав, что этот вонючий грубиян, как неуважительно она отозвалась о месье Сильвиане, болен, — он или перетрахался, или перепился, — и поэтому она вышла подышать свежим воздухом и повидать Жана, своего кузена. После ее слов я попросила ее остаться и не уходить только из-за того, что я здесь оказалась.
Робер же добавил:
— О! Пожалуйста, мадемуазель, позвольте ей остаться ради Жана. Я позабочусь об Аннет, и еще мне бы очень хотелось, чтобы здесь оказался какой-нибудь красивый молодой виконт, который мог бы развлечь вашу милость!
Мне стало интересно, что он имел в виду, но мое внимание быстро переключилось на то, что проделывали они с Жаном. Первое, что сделал Жан, — это привязал телку за голову в одном из больших просторных стойл, находившихся в конюшне, и установил две или три крепких перекладины из тех, что предназначались для быка. Затем Робер вывел великолепного зверя, а Жан вытряхнул на пол в том месте, где он стоял, две охапки соломы, бормоча себе под нос что-то о чистоте и сухости там, где дамам нужно было стоять, но позже я узнала, что солома призвана была служить и иным целям, которые я не могла предвидеть. Как только величественный бык был подведен к молодой телке, Жан закрыл стойло, закрепив на нем два тяжелых деревянных бруса. Таким образом, мы в безопасности находились снаружи, а внутри с животным остался лишь один Робер, — к великому огорчению Аннет, которая умоляла его выйти, иначе бык мог убить его! Роберт хладнокровно ответил, что быку сейчас есть чем заняться и что он выйдет менее чем через минуту, как только выполнит свой долг.
К тому моменту я уже отчасти догадывалась, к чему все это приведет, а что касается Аннет, то я думаю, она знала все с самого начала.
Но я все равно пришла в изумление, когда увидела огромный детородный орган, восставший у быка, когда он взобрался на телку. Представьте себе, юные леди, если можете, крупную морковь длиной по меньшей мере в метр, с двумя огромными белыми болтающимися шарами, каждый из которых, по-видимому, был так же велик, как и те мячи, с которыми мы иногда видим маленьких мальчиков, играющих на улице. Теперь казалось, что ввести эту огромную машину в место ее назначения — это дело Роберта, хотя мне представлялось, что это совершенно ненужное дело, иначе как бы такое животное могло достичь своей природной цели в дикой природе.
Но после того, как он вставил конец бычьего жезла в открытую пещеру красивой телочки, а бедное создание совершенно съежилось и согнулось под огромным весом и ужасающими толчками чудовищного зверя, оказавшегося на ней сверху, Робер выскользнул из-под брусьев и теперь стоял, созерцая само зрелище, одной рукой обнимая Аннет за талию, и что-то нашептывая ей на ушко. Она казалась очень взволнованной и что-то говорила о мадемуазель.
— О, вы ведь извините нас, мадемуазель де Флерѝ? — повернулся ко мне Робер. — Перед вами молодые парни и девушки, которые приходят в восторг от такой красивой сцены, как эта. Аннет и я — старые возлюбленные, а Жан заботится о Марѝ.
Я сказала им, чтобы они не обращали на меня внимания, но мое замечание оказалось для Жана и Мари излишним, так как этот толстый юноша уже успел задрать нижние юбки своей кузины и спустить собственные штаны. Одной рукой он уже ощупывал ее сокровищницу, а другой подталкивал ее назад на чистую солому.
С Аннет обращались более деликатно. Она была аккуратно одета, и даже с толикой элегантности, и не могла даже представить, чтобы ее оттолкнули на солому или помяли ее аккуратное платье и нижнее белье. Попросив своего любовника немного обождать, она расстелила на соломе свою накидку, чтобы та не поцарапала ее белый нежный задок, после чего
Порно библиотека 3iks.Me
21174
29.06.2020
|
|