плоть пениса, кажется, в какой-то момент он не выдержит и лопнет. В эти моменты ствол шевелится, вычерчивая головкой в воздухе круговые движения. Внезапно ключ в скважине издал характерный лязг. О нет, только не сейчас! Дядя Эдик? К счастью, я одет и маминых трусов не трогал.
Я в спешке собрал фотографии, не позаботившись о порядке очередности, трясущимися руками запихал в кулечек и чуть не помял верхнюю. Это была бы трагедия - залом на фотографии трудно было бы не заметить. Сердце заколотилось. Время замедлилось. Дверь открылась и первым, что я услышал, был голос тети Эвелины, маминой подруги. Секретный пакет я сунул под подушку, вернул книжку на колени, точнее прикрыл ей стояк, и натянул дежурную шпионскую улыбку, чтобы скрыть близкий провал операции. Я на краю обнаружения.
Задача невыполнимая - вернуть кулек со снимками за шкаф маминой комнаты, особенно если мама с подругой находятся в этой комнате. Нужно думать... можно подловить момент, когда мама выйдет в туалет. Но что делать с Эвелиной? Выманить, отвлечь? Думай, разведчик, думай. Я прислушался - сидят в гостиной и говорят. Приложил ухо к стене - среди гула бетона можно разобрать их голоса, ровный тембр, отдельные слова. Ничего интересного. Надо ждать.
Позиция меняется, мама с тетей Эвелиной вышли из комнаты, прошли мимо моей двери, мама мимоходом заглянула. Я читаю, точнее, делаю вид - буквы плывут, строки качаются на волнах - ничего не разобрать. Женщины сели на кухне, послышался щелчок плиты и сразу - факел газа под чайником. Сейчас или никогда. Я рванул в гостиную, благо днем это не является нарушением границы. Никого, голоса доносятся с кухни. Закидываю кулечек за шкаф и назад. Сердце сжалось - в дверях моей комнаты натыкаюсь на маму. Провал.
— Костя, бросай книжку, пойдем чай пить, тетя Эвелина торт принесла.
Я молча подчинился, обрадованный внезапным разворотом событий. На кухне, маленькой, но очень светлой, я взял из-под стола табуретку и сел спиной к печке. Справа у окна - мама, слева, ближе к двери - тетя Эвелина. Не люблю ее. Крупная женщина, рост выше среднего, блондинка с ровными волосами ниже плеч. Терпеть ее не могу - она так вульгарно смеется, а еще она очень толстая. Всегда ходит в платье, облегающем ее необъятную талию и еще более необъятный зад. На руках выше локтей как холодец болтается при каждом движении кожа, зато на щеках здоровый румянец.
Но есть и у нее одно бесспорное достоинство. Точнее два, самых бесспорных достоинства из тех, что мне пришлось повидать за всю мою карьеру разведчика. Эти достоинства как нельзя лучше подчеркиваются ее неизменным глубоким декольте. Скажем так, видимая часть айсберга существенно превосходит по объему даже мамины дыньки, будь они запрятаны в лифчик или свисали бы наружу. Хотелось бы увидеть маму со свисающими наружу...
Снова я близок к провалу - засмотрелся на тетины прелести и забыл об осторожности. Мама с подругой переглянулись и заулыбались. Торт не лезет в рот, но положенный кусок надо доесть, а чай допить, чтобы не вызывать подозрений. Я смущенно уткнулся в блюдце, чувствуя как подруги знаками обсуждают меня. Резко поднимаю голову - обе сложили руки на столе и с трудом подавили язвительные улыбочки. И все же у нее огромные, восхитительные сиськи. Вот бы их увидеть целиком. Даже можно не увидеть целиком, а запустить руку в ущелье между мясистыми бидонами. Как там, должно быть, мягко и тепло.
Я прикончил торт, залпом допил чай и рванул в свою комнату. Любимая книжка все еще не поддавалась - строчки плыли по волнам и размывались в моих глазах. Слишком много испытаний для одного дня. Эвелина еще долго сидела. После ее ухода торта почти не осталось, а жаль, я люблю киевский торт. Вот, если бы она осталась у нас ночевать и позволила увидеть свои буфера, я был бы на седьмом небе от счастья. Мама проводила гостью и вскоре вернулась, а мне хватило ума больше не брать фотографии этим вечером.
* * * * *
Эвелина смотрела на меня призывно, я встал с табуретки. Она разорвала на себе платье и тяжелые сиськи вырвались наружу. Наконец-то я их увидел! Белые, крупные шары. Как воздушные шарики на новый год, даже больше. Только в отличие от шариков, вместо перевязанных нитками отверстий - большие нежно-розовые соски посреди огромных ореолов. Я кладу ладони на сиськи, как мягко и тепло. Мама справа раскрыла рот и простонала. Каждый раз, когда я стискиваю сиськи Эвелине, мама громко стонет.
Чувствую, как сперма продавливает себе путь наружу. Я сопротивляюсь, сжимаюсь, напрягаю свое тело, но волна сокрушает все мои попытки сопротивления. Еще секунда и я не удержу, плотина теряет своих защитников... В холодном поту я открываю глаза. В комнате темно, я в своей кровати. Ночь. Вдруг сперма с мощью нефтяной скважины выстреливает в трусы. Бли-и-и-н, как хорошо-о-о-о, как липко, как мокро, фууууу. Хоть не шевелись, при каждом движении мокрота касается моей кожи. Ощущаю, как остатки вытекают из писюна, все больше пополняя лужу в трусах. Я теперь не усну до утра в этом болоте.
Вдруг из соседней комнаты раздался мамин стон. Это точно мамин голос, хоть я и ни разу не слушал от нее таких страстных стонов. Любопытство разобрало меня. Она не одна? Нет, вероятно, она достала тот ненатуральный пенис и смотрит фотографии. Нет, определенно, шпионская жилка во
Порно библиотека 3iks.Me
10762
27.09.2020
|
|