Осенние каникулы. Родители на работе, я дома один, видео крутил 18+ без помех.
Вспомнил, что мать просила мусор вынести. Взял пакет с мусором, пошел к мусоропроводу. А там соседка наша новая (недавно квартиру снимает) в длинном белом атласном халате без пуговиц, с поясом. Я поздоровался, она тоже. Я, пока жду, когда она свой пакет в мусоропровод спустит, замечаю, что она вроде как не в себе, вялая какая-то, вот-вот в обморок грохнется. Спрашиваю:
– Приболели, Кира Сергеевна?
По отчеству потому, что ей лет 25-27 и на учительницу нашу, химичку похожа.
– А что, очень заметно?
– Нет, – беззастенчиво вру я, чтобы ее не огорчать, что она плохо выглядит, – Просто сегодня будний день, а вы не на работе.
– Ты добрый мальчик, Коля.
Догадалась, значит, что вру. А она продолжает:
– Ты мне не поможешь?
– Помогу, конечно. Сейчас только квартиру запру, а то у меня дома нет никого, и зайду к вам.
– Заходи, у меня открыто будет.
Я зашел к ней, стараясь не топать, и дверь постарался запирать потише, больной человек в доме все-таки. Я нашел ее в зале. Она лежала на диване в халате, накрытая по грудь тонким одеялом. У головы, рядом с подушкой, полотенце. Рядом с диваном на тумбочке пузыречки какие-то, по виду – лекарства.
Я предложил в аптеку сходить, в магазин или врача вызвать. Она сказала, что не надо ничего, только попросила посидеть с ней немного, а мне неудобно было как-то отказывать. Я хотел взять стул, но она попросила сесть рядом с ней на диван. Я сел. А у нее лицо красное такое, пятнами. Некоторые люди так краснеют – пятнами.
– Ох, Коля, – говорит, – Как же мне нехорошо. Болит.
– Что болит-то? – спрашиваю.
– Низ живота, – отвечает, а потом говорит: Дай руку.
Я дал. Она мою руку потащила под одеяло и там положила мою ладонь себе на голый низ живота. Странно мне показалось, я – не доктор, и мы с ней – не родственники, не близкие знакомые даже. Значит, думаю, совсем ей плохо.
– Вот здесь подержи, – говорит.
Держу, хоть рука у меня и не очень удобно вывернута. Вскоре вроде полегчало ей, лицо побледнее стало, и дышит она ровнее.
– Легче? – спрашиваю.
– Да, – говорит, – Спасибо, боль меньше стала и ниже опустилась.
Я ладонь пониже опустил. – Здесь? – спрашиваю.
– Нет, – говорит, – Ниже.
Еще опустил.
– Здесь, – говорит.
Через минуту еще ниже попросила, потом еще. Я когда на резинку трусов рукой наткнулся, чуть руку от неожиданности из-под одеяла не выдернул, а она все свое гнет – «ниже».
Была-не-была, кладу ей руку на лобок, она: «Здесь», – говорит. Какой же, думаю, это «живот»? А самому уже интересно стало, и писюн у меня вскочил. И стал я на лобок ладонью надавливать слегка, чуть-чуть кругами водить. А она опять пятнами зарделась и задышала глубоко.
– Что, хуже стало? – спрашиваю, а сам думаю – все, доигрался. А в ответ услышал неожиданно:
– Нет, лучше.
И голос у нее такой, как у выздоровевшей. А потом говорит:
– Коля, там, в холодильнике сок апельсиновый, принеси попить.
Эх, думаю, жалко. Так здорово было, до лобка добрался, а теперь заново все начинать. Но пока за соком ходил, придумал хитрость, как поскорей до лобка добраться: я руку сразу вниз опущу до резинки трусов, а когда скажет «ниже», сразу – на лобок.
Напоил ее соком, сел рядом. Она край одеяла чуть приподняла, руку, мол, давай. Я руку просунул в районе пупка и ладонью пошел по телу вниз, резинку жду нащупать, а ее все нет и нет. И вдруг... меня как кипятком ошпарило, вместо резинки я на курчавые волосы наткнулся. Она – ни гу-гу. Ладно, думаю, может, резинка сползла ниже. Какое там, ладонь моя уже заехала на волосатый лобок, а трусов нет. И тут только до меня доходит, что пока я за соком ходил, она трусы сняла! Что-то я растерялся, замер, а она вдруг говорит так, умоляюще: «Ниже» и сама выше поддернулась, И еще я ниже руку двинул, вот ладонь моя и провалилась совсем низко, туда, где горячо и влажно.
Стал я ее гладить там. У меня стоит, как Останкинская башня. Она дышит, как насос. Спрашиваю: «Плохо?». – Нет, хорошо, – отвечает. Я и перестал спрашивать.
Сначала просто гладил, а потом решил ее раздрочить. Раз трусы сама сняла, раздрочу – вдруг даст? Стал не ладонью, а пальцами шуровать. Она – как-будто так и надо. Нашел дырочку внизу, там мокрей всего, начал пальцем ее дрочить на глубину полпальца всего. И тут она в первый раз проявила несогласие – взяла меня за руку, я уже подумал – выгоняет, но нет, она только из дырки руку вынула и к верху расщелины прижала. Ладно, тереблю пальцами там. Она вся затряслась даже, стонет. Что ей там, вверху, так нравиться может, не пойму. Только залез опять в дырочку, а она меня, нетерпеливо так, даже раздраженно, к верху вернула, где уплотнение какое-то. Я подумал, может, она и вправду больная, если ей в дырочку не нравится. Откуда мне тогда было знать, что это уплотнение вверху – клитор, и что его-то и надо было дрочить?
Хоть я и не знал нечего такого, но решил: буду теребить верх, пока ей не надоест, и, может быть, тогда она не будет возражать, если я потом
Порно библиотека 3iks.Me
6342
30.09.2020
|
|