Глава 8
После небольшого перерыва продолжаем перевод монастырские рассказов.
***
— Ну что ж, святой отец, — сказала Эмили, обращаясь к священнику, — если вы совершенно уверены, что покончили заниматься госпожой Д’Эрмонвиль и другими дамами, я вполне готова продолжить. Однако же должна напомнить, что наша чудесная компания не должна ожидать от меня ничего столь же похотливого, как то, что только что мы могли лицезреть в исполнении вас, месье Огюста и ваших прелестных жертв, — возьму на себя смелость назвать их именно так, учитывая, какому умопомрачительному надругательству были только что подвергнуты их персоны.
— Не беспокойтесь о нас, мадемуазель Эмили, — воскликнула моя мать, — мы с Агнес ничуть не пострадали от того, что нам пришлось пережить. Все мы знаем, что задняя дырочка со временем восстанавливает свою целостность и эластичность, тогда как девственность, однажды нарушенная, потеряна навсегда. А теперь, пожалуйста, продолжайте свой рассказ, который, — я не сомневаюсь! — окажется достаточно захватывающим.
— Мне помнится, — сказала Эмили, — в своем повествовании я остановилась на том месте, где ожидала увидеть свою мать. Я рассталась со своим соблазнителем и дала ему обещание впустить его в свою спальню той же ночью или в любую другую ночь, когда он пожелает. Позволив своей служанке привести в порядок мои волосы и частично раздеть меня, я затем отпустила ее, сообщив, что намерена остаться и немного почитать. Она повиновалась и ушла, обрадованная тем, что может лечь спать пораньше, и тогда я, вместо того чтобы читать, достала из кармана маленькую книжечку, которую мне оставил Виктóр и которую я стала жадно изучать. Большинство снимков я уже видела до того, как он попользовал меня, когда я была смущена и нетерпелива. Теперь же я могла рассматривать их неторопливо и обдуманно, и, должна сказать, что в тот второй раз каждая поза, которую принимали распутная женщина или похотливый мужчина, смотрелись более ярко.
Глядя на эти прекрасные картинки, я, естественно, представляла себе, какую позу выберет мой прекрасный молодой паж, когда придет навестить меня. Этот вопрос наводил на мысль о том, достойна ли я буду принять его. Несомненно, я была готова к этому, ибо, несмотря на безжалостный разрыв моей девственной преграды, я повторно начала испытывать сильное возбуждение. Хуже всего было то, что после первого раза моя киска, как, несомненно, и у наших хорошеньких юных подруг Луизы и Агнес, болела, однако теперь я знала, что нужно делать, поскольку была уверена, что если мой доблестный юный паж сумеет каким-то образом пробраться в мою спальню, то он не пощадит меня. Припомнив, что у меня есть бальзам для губ, я обильно нанесла его на совсем другие губки, чем те, для которых он предназначался, после чего, завернувшись в свой шелковый халат, я решила подождать еще час и не больше.
Когда отведенное время подходило к концу, в доме воцарилась полная тишина. Я едва успела удостовериться в этом, как дверь комнаты отворилась и вошел Виктóр. Его лицо слегка покраснело, но он выглядел таким же красивым, как и всегда. Мне показалось, что он пил какое-то вино, но я ошиблась. Бросившись передо мной на колени, он прижал меня к своей груди и впился в мои губы страстными поцелуями. Целуя меня, он просунул руку между моих бедер и начал засовывать указательный палец в мою любовную дырочку. Я же умоляла его не делать этого, пытаясь сказать, что я вполне готова уступить ему свои прелести любым способом, который ему больше по душе, но если его дружок вонзится в меня, это будет достаточно жестоко и без того, чтобы мою маленькую сокровищницу раздражать еще и пальцем. Тогда я рассказала ему, что сделала с бальзамом для губ, и он ответил, что я действовала очень благоразумно, а он сейчас едва сдерживается.
— В самом деле, — сказал Виктóр, смеясь, — ваши страсти, мадемуазель, очень легко возбудить. Ну что ж, давайте продолжим.
С этими словами я положила руку на пояс его бархатных бриджей, и он, угадав мое намерение, расстегнул пуговицы. Бриджи были опущены вниз, и вот передо мной во всей своей обнаженной красе предстал его прекрасный член, — такой напряженный и нетерпеливый, как будто он не был между бедер девушки целый месяц. На фоне его светлой кожи рельефно выделялись вены, на конце древка темной сливой выделялась головка, а у основания, под густой матовой шерстью, подобно виноградной грозди, свисали крупные шары.
Он рассказал мне, что находится в таком возбужденном состоянии последние десять минут, и я высказала мысль, что, по-моему, он на лестнице или в коридоре испытал прелести некоторых из ожидавших его служанок, и, будучи прерванным чьим-то приближением, был вынужден бежать, не утолив своей похоти. Я произнесла это в шутку, ибо вполне догадалась, что когда паж кладет глаз на свою госпожу и с успехом проникает под ее нижние юбки, то он не станет преследовать более низкопробную дичь, по крайней мере, в течение некоторого времени. Поэтому я не очень удивилась, когда мой молодой генерал решительно отверг мое предположение, но должна признаться, была изумлена, услышав от него, что не кто иная, как сама госпожа маркиза, вернувшись с маскарада, возбудила его чувственные страсти.
— Что такое? — воскликнула я, — моя матушка?
— Да, даже так, мадемуазель, — ответил Виктóр, ничуть не смущаясь. — Вы же помните тот великолепный костюм, в котором она была одета,
Порно библиотека 3iks.Me
20889
15.10.2020
|
|