он продвинулся на 10 сантиметров. Был не большой дискомфорт но сильной боли не было. Он очень медленно по миллиметру, погружался в меня. Он начал медленные фрикции, всё глубже и глубже натягивая меня на себя. До первой, очень резкой боли у меня, было 4 оргазма. Постоянно увеличивающихся, по времени. Чего ни разу не было с Борисом. Резкая, сильная боль, член начал упираться в матку. Я закричала от боли, и зарыдала на взрыв. Пётр остановился, начал медленно, вытягивать член из меня. Боль сразу ушла, её заменило чувство блаженства. Во мне оставалось 8—10 см. Член подёргивался во мне. Мы просто лежали и целовались.
— Почему мне стало так больно? — спросила я.
— В матку упёрся, прости меня за боль, — ответил Пётр.
— Это значит всё? — отстраняясь от его поцелуев, я посмотрела в его счастливые за последнее время глаза.
— Это значит, только начало! Если ты не против?, — прошептал мне, на ухо Пётр, целуя меня, начал снова вводить, в меня свой член.
— Я твоя на трое суток — напомнила я, ему приговор моего мужа. Промучился он со мной ещё часа два, делая перерывы, не мог войти под матку. Он очень осторожничал. Я подумала — «слава Богу, у моего придурка не такой хер!». Он бы меня, им давно убил. Меня сильно удивило, что Пётр ни разу не кончил, делая, наверное, для этого перерывы. Борис был очень вынослив в этом деле, но кончил бы раз десять за всё это время, если не больше. Внутри всё горело, пульсирующую слабую и тупую боль, с покалываниями ощущала я в себе. Наконец-то он вошел полностью. Его огромные яйца оказались, на дырочке моей попы. Стенки влагалища, плотно обволакивающий член, сокращались волнообразно к началу и назад. Пётр не двигался, мыча от удовольствия, минуты две. Он не выдержал. В меня ударил фонтан, обжигающий всё в нутрии, спермы. Мы были вместе с 19 часов до 21 часа.
— Катя о предохранении мы с тобой не подумали, — заметил Пётр.
— Не беспокойся, Борис заливает меня уже белее двух лет. С утра до вечера и ничего! Говорит, что я бесплодная! — успокаивала я Петра.
— Ты бесплодна? Это твой Борис бесплодный на всю голову! Тварь, поганая, а не мужик! — разозлился на мои слова Пётр. Сделав перерыв, где-то, на час. Пётр повторил со мной всё тоже-самое ещё два раза. В полночь, сжалившись надо мной, я полностью обессилила, смазав какой то, мазью опухший, чуть ли не вывернутый вход во влагалище, мы уснули. Утром я ели передвигалась. Пётр, покормив тёщу завтраком в доме, меня на месте нашего с ним развлечения, занялся домашними делами. Я была в состоянии дрёмы после ночи. Ближе к обеду Пётр пошел проведать моего суженого, из-за гробовой тишины воцарившейся после криков и непонятного шума в нашем доме.
— Свинья нажралась до беспамятства, перебила почти всё посуду, сломала стол, стулья, полностью голая спит у порога! — с горечью и усмешкой объявил Пётр. Я заплакала, что там заплакала, зарыдала на взрыв!
— Господи! — взмолилась я, — Как мне жить с эти существом! Что мне делать! Я так больше не могу! Покарай его, Господи! Что мне делать, как мне быть? Пётр прижал меня к себе, пытаясь успокоить, покрывая моё лицо частыми, нежными поцелуями. Я ответила ему. Когда через минут двадцать, он оказался полностью во мне и начал медленные аккуратные движения. Послышались тупые, но громкие удары в ворота. Пётр усилил движения и через пару минут обильно кончил. Облив себя холодной водой вышел во двор. Я приводила себя в порядок... Вернувшись Пётр рассказал, что, открыв дверь в воротах, он увидел корову Зорьку и бычка Хомку, которые вернувшись домой бились рогами в ворота, вызывая хозяев. Не выдержав без еды и воды, они вынесли, чахлые ворота сарая, в который Борис поместил коров с овцами, ударом рогами открыли входную дверь и выскочили на улицу. Соседи, смеясь рассказывали, что Боря пытался загнать их обратно, но Зорька во гневе чуть не проткнула его рогами, сбила на землю. Бычок Хомка взбесившись пытался ударить Бориса передними ногами, затем лягнуть. Не удалось, отогнали от горе-хозяина, соседи. Пётр открыл ворота. Коровы вбежали во двор радостно мыча, вслед за ними блея овцы. Хохот соседей разносился по улице. Любовью мы занимались до полуночи, приведя себя в порядок, уснули в объятиях друг друга как любящие муж и жена. На утро нас разбудила баба Маша, гремя и звеня, налетев на входе прихожей в сруб на бытовые предметы.
— Вставайте, бесовы дети! Айда в хату завтракать! Я всё уже справила! Не задерживайтесь всё остынет! — постучала в приоткрытую дверь она. К столу мы подо-шли как провинившиеся дети. Я не знала, куда себя деть, как себя вести.
— Пошто прячетесь, и от кого?... — Мама! — прервал, прикрикнув, на тёщу Пётр, — Ну, что мама Петя, что мама? Я почти не вижу, выплакав все глаза по Клаве, но слышу я, пока ещё, Слава Богу — хорошо! Прошу вас, за юродивую и убогую меня не считайте, хоть мне и не долго осталось! Кушай дочка, кушай, пирожки с картошкой, с капустой только с печки, — обратилась, она ко мне, подвигая чашку с пирожками.
******
Баба Катя расплакалась, закрыв лицо руками, а я так проникся её рассказом, что казалось я,
Порно библиотека 3iks.Me
63524
06.12.2020
|
|