к восьми утра народу прибавилось, пассажиры направлялись на работу, хлынули доставщики пиццы, со смены прошла группа пожарных в синей форме. Олег стоял у колонны, скрестив руки на груди, и исполненный важности наблюдал за своей подопечной. Вероника, обворожительное создание, особенно симпатична в черной полицейской форме, брюнетка с собранными в хвост волосами, она принадлежала к той редкой разновидности женщин, что способны сохранить свою грациозность даже в робе тракториста. Если под кителем еще нельзя было уверенно что-то заявлять, то черные брюки с тонким алым лампасом от пышных округлостей грозили с треском разойтись.
— Ну как? - спросил он вернувшуюся напарницу, - пропуска есть?
Женщина улыбнулась и кивнула. В вестибюле еще прибавилось людей, стало почти так же многолюдно, как и в обычный день, но поток скоро схлынул и снова воцарилась тишина.
— Ебаные крестьяне, так и прутся в вагон, будто не успеют, бараны, - Олег отпустил грубость, не делавшую чести его выдержке.
Он обладал удивительной способностью испортить впечатление о себе сказанной точно и своевременно неуместной фразой. Сомнительное достоинство. Люди, давно знакомые с ним, старались не иметь общих дел и не дежурить в одной смене. Вероника печально опустила глаза, а тот огонек, что был порожден страстью и интересом к мужчине, заметно потускнел. Даже у чересчур пылких девиц случаются неприятные моменты относительно избранника.
Олег оглянулся и как только зашли за колонну, положил руку на талию напарницы. Дальше можно было ничего не говорить - Вероника знала - это верный сигнал и ответ был заранее положительный.
– Может уединимся на несколько минут? - по-шпионски сквозь зубы проговорил Олег.
– А работа?
Вопрос женщины прозвучал не достаточно убедительно, она была слишком страстной, чтобы колебаться, тем более, что в этот час работа уже занимает ее меньше всего. Трудно сразу понять, играла ли она на слабостях наставника или сама питала не меньшую слабость, но к радости обоих, предложение было взаимовыгодным. От этих слов, произнесенных мужчиной так запросто, Вероника ощутила в груди приятный трепет и позволила делу идти своим чередом.
Патрульные с беспристрастными взглядами блюстителей правопорядка прошли вдоль пустынного вестибюля, возле эскалатора они резко развернулись и скрылись на платформе. Пришлось дождаться ухода пустого поезда, пройти мимо табло на уровне головы, чтобы достичь заветной дверцы.
– Осторожно, - предупредил Олег.
Дверца была рассчитана на человека очень стройного сложения, к каким Олег себя не относил. Он медленно прошел по краю над рельсами и подал руку даме. Здесь площадка заканчивалась дверью в технические помещения. Одно из них, самое маленькое и чистое, неотразимый прапорщик и облюбовал для своих уединений с подопечной. Здесь можно наконец стянуть маску с лица.
Вероника трепетала от нетерпения, она даже не сняла меховую шапку и сразу опустилась на колени перед мужчиной. Олег наслаждался благосклонностью своей напарницы, в такие моменты он даже забывал, кто ее муж и какие высокие звезды на его плечах. Могло показаться, что прапорщик в большей мере наслаждался готовностью женщины к спонтанному страстному сексу и ее принадлежностью другому, более авторитетному самцу, а не ее великолепной игрой губ и языка.
Беспечность, не сдерживаемая иными соображениями, кроме удовлетворения собственных прихотей могла доставить обоим массу неприятностей, от того их уединения носили характер еще более жгучий и желанный. С удивительным простодушием Вероника соглашалась при первом же намеке наставника, хотя сама не предлагала. Не роняя своего достоинства, она смотрела снизу вверх и в этой игре взглядов не было место превосходству или подхалимству.
Эта женщина предназначена самой природой для удовлетворения самых ярких мужских фантазий, она так отдается делу, так возбуждается, что иному, не самому выносливому кавалеру, пришлось бы не легко - джин из бутылки выполняет каждую прихоть с исключительным упоением и наслаждается своей ролью, даже если обладатель лампы давно пожалел о неосмотрительной просьбе. Пределы дозволенных фантазий Вероники были так широки, что вмещали в себя все те действия, что состоят в справочниках извращений и перверций.
Утоляя собственную страсть, она нетерпеливо, рискуя маникюром, расстегнула пряжку офицерского ремня и добралась до ширинки. Больше не существовало ни мужа, ни московского метро, ни подсобки - только она и этот великолепный фаллос. Да еще мошонка, в которой вырисовывались крупные яйца. Длинный, ровный, обрезанный, пронизанный сетью набухших вен и мелких темно-синих артерий, он упруго покачивался прямо перед лицом Вероники.
– Олежка, только на воротник не попади, как в прошлый раз, - в голосе уже безошибочно выделялась томная дрожь, - изо рта не вытаскивай, когда кончишь. Хорошо?
Она даже не посмотрела вверх, теперь контакт глаз ей был ни к чему, это не тот случай, когда девушка, стоя на коленях, не сводит глаз с лица мужчины - Веронику не интересовали эмоции напарника. Она пока дразнит мужчину и саму себя, проводит языком, оставляя длинный влажный след на стволе и грибовидной головке. Потом она проводит языком по морщинистой мошонке, глубоким поцелуем прилипает губами к каждому тяжелому яичку.
Вдруг, без объявления войны она медленно выпускает яйца и вбирает губами головку, только к изумлению Олега, Вероника не останавливается, пока не вбирает по самое горло всю длину его твердого, ровного члена. Одним медленным движением она насаживает свою голову на штырь и упирается лицом в бритый пах мужчины. Приходится приспособиться, изогнуть шею, чтобы головка прошла в горло, а еще нужно высунуть язык, уложив его под стволом. Еще несколько секунд, женщина справляется с удушьем, терпит, наслаждается заполненностью своего рта.
Четыре, три, два, голова пошла назад, освобождая
Порно библиотека 3iks.Me
22065
06.12.2020
|
|