матери, но жаждал ее настолько сильно, что инстинктивные порывы одолевали осознанные нравственные запреты.
Перед ним Лилия обтирала собственное роскошное тело, махровые ворсинки впитывали с кожи капельки влаги, сама поза не оставляла загадок, а налитые свинцовой тяжестью груди свисали при наклоне, когда женщина вытирала ножки. Лиля нескромно смотрела на сына, когда намеренно прижала мохру полотенца к ложбинке между аппетитных бедер. Молчаливый свидетель ее невеселых раздумий теперь испытывал на себе всю силу женских чар. Игра становилась опасной, инстинкты грозили вырваться наружу и смести неуклюжее нагромождение запретов и табу.
— Халат забыла, - рассеянно сказала Лиля, накрыв плечи полотенцем, - сходишь в комнату?
Максим кивнул и выглянул в коридор, ревниво оберегая нагую мать от чужих случайных взглядов.
— Макс, никого в коридоре?
— Нет, пусто, - ответил мальчишка и попытался было прокрасться в комнату, будто это он был укрыт одним только полотенцем.
Неожиданно для него Лиля толкнула дверь, протиснулась между его плечом и косяком и как пигалица просеменила в спадающих тапочках в сторону комнаты. Макс смотрел на бегущую по коридору раздетую женщину, край полотенца доходил до поясницы и пухлые ягодицы колыхались от мелких шажков. Вода в сливе ванной звучно заклокотала и смолкла.
Максим собрал мамино платье и прошел в комнату, когда дверь захлопнулась за его спиной, наконец они были в безопасности. Неожиданное приключение заставило сердца стучать и в тишине убежища и казалось, что их биение отчетливо разносилось по комнате. Взгляды встретились, установился немой диалог глазами и вдруг раздался неудержимый смех - от миновавшей опасности сделалось так легко. Макс не отводил взгляда, но молчал, не решаясь нарушать хрупкого единения с матерью.
Лилия все не одевалась, единственным ее укрытием было влажное полотенце, что не прятало и половины груди. Она присела на кровать, обняла согнутые ноги и смотрела на паренька, без слов, без ожиданий, просто радуясь его существованию. Максим неловко переминался с ноги на ногу, уйти в свои книжки сейчас было немыслимо, а бороться с похотливым желанием доступного женского тела становилось все труднее. Воспитание и представление многих сотен поколений о семье не позволяли ему вот так просто, как не связанному кровными узами любовнику, взять женщину, которая возбуждала его аппетит.
— Подойди ближе, - попросила ласкающим голосом Лилия.
С шаловливой грацией она скинула полотенец и предстала перед сыном неглиже, она устроилась на краю кровати, подогнув ножки под себя, и потянула его за руку.
— А что, если мне немножко поозорничать? - сказала женщина, совещаясь сам с собой.
Лиля взглянула снизу в глаза юноши и подцепила край резинки его спортивных штанов, оттянула ее вниз и напряженный фаллос обрел свободу. Природа отметила Макса достоинством выше среднего даже по меркам взрослого мужчины и этот дар не остался незамеченным. Теперь, когда Лиля видела крупный пенис сына при свете дня, трепет разливался в ее груди, сам вид и величие мужского органа внушали почтение к себе. Снизу у основания была тяжелая мошонка, в которой вырисовывались крупные яйца. Лилия утвердилась в решении - борьба с настойчивым возбуждением, преследовавшим ее несколько последних дней больше не имела смысла и приносила только страдания.
Не способная больше прислушиваться к голосу разума, Лилия приблизила лицо к напряженному члену, закрыла в предвкушении глаза и прижала губы к головке. Макс вздрогнул, их взгляды снова встретились, легким движением век соблазнительная Лилия позволила мальчишке отбросить предрассудки. Эта молодая, упругая плоть казалась неиспробованным лакомством. Женщина развела губы и впустила сочную, фиолетовую от напряжения головку в жаркое, влажное пространство.
Несмотря на обуявшую обоих страсть, состоявшие в кровном родстве любовники, не спешили удовлетворять животные желания, они наслаждались другим, возвышенным чувством. Само прикосновение рта к члену сына позволяло Лилии чувствовать эмоциональный всплеск. С ее внешностью она могла менять партнеров, как перчатки, позволять им вытворять со своим телом все, что только вздумается, она могла ежемесячно расплачиваться с хозяином квартиры своей попкой, но такого удовлетворения, как сейчас она бы не способна была получить.
С точки зрения внешних приличий теперь она могла сохранять непререкаемую репутацию - никто не имел бы оснований подозревать ее в связи с собственным отпрыском. Новые горизонты, что она с таким усердием отвергала, теперь захватывали всю ее. Составив себе предвзятое убеждение, Лилия слишком долго терзала себя тщетной борьбой, не приносившей ничего, кроме страданий.
Не довольствуясь малым, она провела языком вокруг крупной головки, потом высосала из нее сочащийся солоноватый секрет, отчего щеки впали. Лилия не хотела выпускать лакомство изо рта, не хотела грязных ласк, просто наслаждалась удерживанием шаровидного окончания члена между своих пухлых губ. Неспешное удовлетворение приносило куда больше наслаждения, чем животный секс. Обворожительное создание, она торжествовала, уступив своему собственному соблазну, зато теперь безраздельно пользовалась его дарами. Лилия выпустила головку, сопроводив влажными губами очертания сливовидной головки, не прикасаясь руками, она опустила голову под торчащий пенис и вобрала губами одно тяжелое, безволосое яичко.
Максим изнывал от сильнейшего ощущения, его пенис от возбуждения покачивался в такт пульсации крови, а ноги с трудом держали. Пока Лилия втягивала в ротик мошонку, он смотрел на ее лицо и оно не казалось развратным или похотливым, наоборот, оно было чистым и девственным. Как она увлечена своим занятием, сосредоточена на тщетных попытках всосать сразу всю мошонку - крупные яйца не вмещались между ее губ. Второе яичко не помещалось и на половину, эластичная кожа мошонки не пускала его. Как одержимая, Лилия предавалась бесплодным попыткам удержать во рту мужские яйца.
Когда
Порно библиотека 3iks.Me
22018
06.12.2020
|
|