как того, кому суждено уничтожить наш город! Я запрещаю ему иметь дом и жену в моем городе! Выйди вон! Увести метэка с глаз моих! — раскатисто огласил зал могучий голос Кекропа.
И Алексея под конвоем из стражи вывели с территории Дворца. Даже и не подумав остановиться и отдать иномирцу купленное снаряжение. Как и он даже и не подумал напоминать суровым мускулистым мужикам об этом.
***
«Глупо», — снова пронеслось в голове, в то время как губы Алекса недовольно изогнулись.
Он злился. Не на царя и не на Ксению. На себя. За то что впервые в своей жизни, попав на глаза властям, слишком сильно перепугался. Настолько зациклился на самом факте обвинения, что совершенно проморгал настоящий заговор.
«Ответ все время был прямо перед глазами», — грустно подумал Алекс, наблюдая за тем, как небо стремительно светлело прямо на глазах, а над горизонтом появилась первые солнечные лучи. — «Но я был идиот. Столько лет кичился своей способностью подмечать, а вот когда от нее действительно был бы толк — тут же растерялся как подросток!»
И у Ксении, и у царя Кекропа не было самого важного — мотива. На кону была судьба целого города — не стал бы ни один из них выкидывать подобный фортель! Но во всей этой истории был лишь один человек, который невзлюбил Алекса с первого же взгляда.
Илларион. Какую должность он занимал при царе? Военный советник? Личный телохранитель? Начальник дворцовой стражи?
Алексей не знал. Иномирцы были нужны царю чтобы отвести угрозу от его Афин. И ни для чего более. Кекроп ясно дал это понять своим отношением.
Великий спаситель из иного мира был всего лишь инструментом. А быть может — и вовсе потенциальной угрозой. Ведь мало ли что герою придет в голову после того, как город будет спасен? Вдруг захочет трон себе?
А значит — мир спасай, но сильных мира сего — не трогай. Зачем знакомить со всеми важными шишками, если можно обойтись? А там, глядишь, под шумок бы прислали вместо рабыни натренированную убийцу с кинжальчиком — и конец ставшему ненужным герою. И город спасен, и трон под жопой остался.
Но еще когда Алексей отказался встать перед Кекропом на колени — уже тогда он чем-то умудрился наступить на ногу Иллариону. Хотя, пожалуй что, «чем-то» — весьма расплывчатый термин в данном случае.
Алекс подписал свой приговор своим собственным неуважением. Позволив себе сохранить достоинство — прогневал человека, посчитавшего это оскорблением местному правителю.
«Интересно, что у него на Ксению?» — в который уже раз за последние дни прикинул Алексей, возвращаясь в начавший оживать с рассветом ничейный двор и усевшись завтракать. — «С ее магией — вряд ли ей самой кто-то будет угрожать. Скорее всего — где-нибудь держат в заложниках кого-нибудь. Какую-нибудь младшую сестренку или братишку? Или вовсе собственную малышку — по возрасту у Ксении уже пара детишек может быть. Может, даже во Дворце? Потому Кекроп и не боится Огнеликую рядом держать? Чуть что — и хана заложнику. Это бы объяснило, как Иллариону так легко удалось добиться содействия и все устроить в первый же день.»
Алексей устало вздохнул.
«Довольно», — мелькнуло в голове и он обвел взглядом округу, пытаясь переключиться с мира внутреннего на реальную жизнь.
Алексу здорово повезло, что ему оставили хотя бы кошель. Тридцать драхм, какое-то чудо-зелье, которые, как он знал, точно можно будет при необходимости толкнуть еще за двадцать пять. И, что самое важное — сиринга.
Афины были культурным городом. Певцы, музыканты, жонглеры, шлюхи — индустрия развлечений пользовалась неплохим спросом. А законов, которые бы регулировали насыщенность тех или иных мест — не было и в помине. Иными словами — найди бесхозный уголок, доставай флейту и играй себе в удовольствие.
Более чем хватало и на проживание на ничейных дворах и на пропитание.
Хотя, Алексей и чувствовал, что источник постепенно иссякает. Судя по всему, по Афинам массово распространялся слух, что музыкант с необычным стилем исполнения — тот самый лжегерой, о котором орут глашатаи на площадях. Потому что собранных денег с каждым днем становилось все меньше, а в глазах людей все чаще мелькали гневные огоньки.
Алекс подошел к мужику в темном балахоне, завершавшему свой завтрак.
— Уговор в силе? — без спросу плюхнулся иномирец на пол напротив купца.
Тот еще раз оценивающе прошелся по фигуре Алексея взглядом и только затем кивнул.
— Сто драхм — и можешь отправляться с моим караваном в Фивы, — хриплым голосом, выдававшим немалый уже возраст, проговорил он те же условия, что были высказаны еще позавчера.
Алекс развязал кошель и высыпал на стол содержимое. Быстро отсчитав положенное караванщику и сметая жалкие остатки обратно в мешочек.
«Сто драхм чистой прибыли за два полных дня», — мелькнуло в мозгу у Алексея.
Вот во сколько в Афинах оценивали его музыку. В пятьдесят драхм за день, за вычетом расходов. Что было, скорее всего, существенно больше, чем средний заработок какого-нибудь успешного купца на рынке.
И Алекс с облегчением на душе привесил к поясу гораздо менее тяжелый кошель. А то таскать при себе подобную сумму было, мягко говоря, небезопасно. Еще вчера он начал ловить на себе жадные взоры от молодых типчиков. Местных карманников, которыми Афины, хоть и не славились, но все же кишели.
Купец еще раз пересчитал монеты и, кивнув, подозвал к себе одного из крепких ребят из-за соседнего стола. Мужчина по одному лишь взгляду караванщика все понял и быстро убрал плату
Порно библиотека 3iks.Me
47935
06.12.2020
|
|