песен — а там и за разговоры! И аккуратно, песня в обмен на продолжение темы, начну вытягивать!»
Алексей ненадолго задумался над тем, что именно исполнить и начал с той же самой вещи, которую сыграл в этом мире самой первой. Просто чтобы убедить архонта, что он — тот самый человек, что сидел за столом царя на приеме.
Теперь, как следует походив по городу и послушав местных музыкантов, Алекс мог бы абсолютно четко сказать, в чем было различие между ним и этими ребятами.
Иномирец попросту привык играть композиции. Цельное музыкальное произведение, в котором каждая нота — на своем месте. Выглаженное до идеала множеством повторений.
В то время как местные в большинстве своем попросту, как говориться, лабали. То есть просто извлекали ноты из своего инструмента, на ходу составляя их в нечто цельное. И вряд ли бы сумели повторить получившееся при всем желании.
Были, конечно, и те, кто исполнял именно композиции, но с учетом что до того, чтобы записать ноты на дворе еще не додумались — в итоге все решал исключительно талант и память исполнителя. У кого он был — тот играл во Дворце самому правителю. А все остальные по мере убывания способностей скатывались по карьерной лестнице вплоть до уличных музыкантов.
Но в целом, особого таланта, как Алексей понял еще годы назад — у него попросту не было. Иномирец играл для души, а не из-за способностей. А значит единственное, чем он брал свое в античном мире — это непривычность композиций для местных ушей.
Вот и сейчас Алекс в очередной раз заметил, как его немногочисленная публика замерла, не решаясь издавать ни звука. Будто ребятам, привыкшим к русским народным частушкам вдруг врубили панк-рок. И они попросту старались не отвлекать исполнителя ни единым жестом, не решаясь прерывать исполнение.
— Чудесная музыка, — глубоко вздохнула Мелания, одаривая Алексея совершенно новым, откровенным взглядом. Выдающим прожорливую кошку, готовую сожрать абсолютно все что только дадут и даже не икнуть при этом.
— Крайне восхитительно! — громко заявил Диметрий, сверкая восторженными глазами. — Не могу поверить, что наш царь мог с вами так поступить! Такой талант! Такая музыка! И так выбросить за порог!
— Вот об этом я и хотел с вами поговорить, — с грустной полуулыбкой уцепился за возможность Алексей, напоказ откладывая сирингу чуть в сторону, но не убирая ее из виду своих собеседников. Невзначай пытаясь намекнуть, что концерт еще не окончен. — Вы, уважаемый, знакомы с теми обвинениями, что царь в меня бросил?
— К сожалению — да, — еле заметно кивнул архонт.
«Плохо. Улыбка тут же стала какой-то неестественной», — резануло глаз почти неуловимо изменившееся выражение. — «Будто приклеенная! Ну — политик он и в древние времена — политик. Сохраняй лицо или получи пинка под зад. Ладно, посмотрим, что получится сказать.»
— В таком случае, — как ни в чем ни бывало продолжил Алекс, — позвольте вас уверить — я невиновен! Уж не знаю зачем, но Ксения соврала царю!
— Огнеликая? Соврала? — звонко рассмеялась Мелания. — Прости, одаренный Аполлоном, но в это сложно поверить!
— Почему? — быстрее чем сработала мысль поинтересовался Алексей. — Почему все так уверены, что она не врет!?
— Она — Огнеликая, — недовольно скривившись ответил Диметрий.
— И? Она сжигает людей и еще что — и это обязывает ее все время говорить правду!? — несколько более раздраженно, чем следовало бы, спросил иномирец.
«Успокойся, мать твою!» — тут же заявил он сам себе. И мгновенно себе же возразил. — «Сам успокойся! Какого черта все так вцепились в слова этой лгуньи!? Если я хотя бы на это ответ получу — уже не зря сюда пришел!»
Но Алексей понимал, что на деле все гораздо прозаичнее и проще.
Впервые с тех пор как он получил пинка из Дворца нашлись люди, готовые с ним поговорить. Уж если не дать ответы или помочь, то хотя бы просто выслушать.
— Ей просто незачем, — видя что ее муж не жаждет давать ответ, вмешалась Мелания. — У Огнеликой нет семьи. Нет друзей или родни, чтобы лгать ради них. Нет семейного состояния, чтобы преследовать жажду наживы. Нет репутации среди знати, чтобы лгать ради нее. Огнеликая — совершенно никто, даже с Богами у нее туго! Она не поклоняется ни одному из них! Даже Аресу, которому столь усердно служит в последние годы!
«Вот оно как — в глазах общественности, у Ксении просто нет причины врать... « — неспешно думал Алексей, тем временем влезая в местные вопросы о праве и юриспруденции. — «Нет семьи или чести. Нет богатства и желания его преумножить. Даже репутация настолько отвратительная, что врать в попытке выправить ее бесполезно! С таким аргументом... сложно поспорить. Хотя какая-то причина соврать у магессы все же должна быть! Но докопаться до нее, судя по всему, удастся только пытками. Что, с учетом ее способности сжигать все вокруг, будет сложновато устроить.»
Разговор тем временем соскользнул на само обвинение — изнасилование.
Местная система законов была простой до безумия — слово царя. Что он скажет — то и закон. Но в целом в представлении местных изнасилованием было когда существо более низкого сословья без спросу зарилось на кого-нибудь повыше.
В целом в городе были четыре касты — горожане любого сорта, над которыми стояли все до единого аристократы. Патриции и их семьи, осудить которых могли только в более высоких кругах. И
Порно библиотека 3iks.Me
47936
06.12.2020
|
|