руки тряслись.
— Расскажу и покажу. Только давайте на обмен. И Вы мне тоже покажете. А чтобы не запачкать одежду предлагаю, э, обнажиться.
— Как, совсем?
— Совсем. Впрочем, это можно сделать постепенно. Что на Вас надето?
— Платье, рубашка, трусики и лифчик.
— А на мне – штаны, трусы, майка и рубашка. Поехали?
— Поехали! – воскликнула Майя.
Макаров снял штаны. Майя немедленно стянула трусы, не задирая подола. Вовка снял клетчатую рубаху. Майя – серое платье. На пол полетела Вовкина майка и Майкина рубашка. Макаров остался при трусах, а девушка в лифчике, прикрываясь ладонями. Тогда Вовка выкинул трусы в угол, а Майя рассталась с бюстгальтером. Они стояли голые напротив друг друга.
— Дальше что? – нетерпеливо спросила Майя. – Так и будем стоять?
— Можно лечь, – предложил Макаров.
Желание обладать Майей, ее юным гибким телом стало почти нестерпимым, но Вовка сделал по-другому. Он уложил Майю, и сам лег валетом. Затем он взял ее руку и положил на раскаленный член, а свою погрузил в ее ласковую шестку...
Макаров кончил чуть раньше, немного забрызгал Майю, а она ощутив на теле капли, затряслась в оргазме немного позже. Вовкин член обмяк, и девушка потеряла к нему интерес. Натянула серое платье и, не надевая остального, тихо ушла.
Но в прихожей снова раздались шаги. Это явилась разгневанная Татьяна, ее мать. Пришла и накинулась на расслабленного после рукоблудия Вовку. Она грозила ему всяческими карами за то, что он якобы изнасиловал ее дочь и т. д. и т. п. А когда Татьяна прооралась и устала, Макаров взял ее за руку и с чувством сказал:
— Таня! Я приличный человек, но если ты сомневаешься, пойди в ментовку и напиши на меня заяву. А заодно напиши про своего муженька-сутенера, который сам прислал ее ко мне и обещал прислать тебя.
К утру Макарову стало казаться, что все Татьяны одинаковы: и Танька Дудина, одноклассница, и Таня Угарова с работы и нетерпеливая Татьяна-соседка. Все они назначали Вовку себе в удовлетворители, ведь «татто» по-гречески и означало «определять и назначать», но выходило немного по-другому. По-другому вышло и в этот раз, когда Макаров собрался в аптеку при заводе имени Карпова за спиртом для технических (а как же иначе) нужд.
Эти фанфурики продавались на каждом шагу, но в один прекрасный день исчезли то ли по мановению волшебной палочки, то ли по приказу мэра, что в общем-то, одно и тоже. И только (по слухам) продавались теперь только возле завода. Туда Вовка и рванул. Видите ли захотелось ему вспомнить молодость и попаять с жидким флюсом.
Эта аптека пользовалась дурной славой, потому что возле нее стояли, сидели и лежали бомжи и всякие другие деклассированные элементы. Не очень-то приятно было стоять в благоухающей толпе. Как сказал сатирик, «в вагон вошел бомж, и все стали пахнуть одинаково». Макаров все-таки купил себе пузырек и собрался, было, уходить, но тут в зал вынесли столик, и за него уселась дородная женщина в белом халате. И ее, судя по бейджику, тоже звали Татьяной. Она громко объявила, что сейчас будет записывать на экскурсию по заводу, и бомжи, было, заинтересовавшиеся столиком и Татьяной, хлынули прочь. Макаров остался один.
— Вы, товарищ, ой, господин, хотите записаться на экскурсию?
— Хочу. А там интересно?
— Обещаю Вам, там будет очень интересно.
Эта Татьяна сразу к себе располагала. Она была немолода, слишком накрашена, но ее длинное англо-саксонское лицо украшала благородной платины седина и, как, ни странно, короткая стрижка «под мальчика». На ее алых губах застыла легкая улыбка, когда она рассматривала коренастую фигуру Макарова сквозь тонкие линзы модных очков.
— Тогда пошли, – сказал Макаров.
— Пошли! – сказала Татьяна.
И они двинулись в глубину аптеки...
Иногда Вовку тянуло к таким женщинам, крупным, изысканно вежливым, и прохладным, как тянет отдохнуть в тени после жаркого июльского дня. И ласковыми они тоже бывали, но их нежность напоминала ласку снежной королевы.
— Я Вам покажу наши новые цеха, лаборатории, оборудование и представлю кое-какие достижения, – пообещала она, снова скупо улыбаясь. – Только надо пройти дезинфекцию и облачиться в специальные костюмы.
— А это не опасно?
— Совсем нет. Я делаю это каждый день.
Они вошли в небольшую комнату, вдоль стен которой стояли шкафы с ячейками, как в бане. «Снимайте всю одежду, положите ее в свободную ячейку, возьмите номерок и наденьте его на шею», – сказала Татьяна и принялась разоблачаться.
Она была сложена очень гармонично. Полновата, но не толста, высока, но не длинна, но на лобке не было ни волосинки, а прорезь была высока, в общем, женщина мечты для немолодого человека в возрасте Макарова. «Вы красивы!», – сказал Вовка. – «Вы это знаете?».
Татьяна встала перед высоким зеркалом, повертелась в разные стороны, погладила полные, но не обвисшие груди, и сказала: «Идите сюда!». Они, оба голые, встали перед зеркалом.
— Мне кажется, что мы созданы друг для друга, – сказала Татьяна, рассматривая Макарова в зеркале.
— Это вряд ли! – уверенно сказал Макаров. – Вы выше меня.
— Я просто забыла снять туфли! – ответила Татьяна.
Она сняла красные туфли на высоких каблуках и удовлетворенно вздохнула: «Теперь мы сравнялись».
— Мы как Адам и Ева, – заметил Вовка. – Вот только райских садов не видно.
— Теперь на дезинфекцию!
Они прошли в другую комнату, узкую и длинную, на полу которой были нарисованы человеческие ступни. «Встаньте на них, как я», – сказала Татьяна. – «Поднимите руки, закройте глаза
Порно библиотека 3iks.Me
6417
10.12.2020
|
|