Барин, или водная феерия- Читать онлайн

прошло и минуты, как они с Трифоном вошли в залу, с трудом волоча плетеный сундук с провизией.

— Как говорил мой покойный отец, едешь на день – бери на неделю! –сказал барин и принялся вынимать из сундука и ставить на стол различные яства, закуски и напитки. Часы пробили четверть, а он все доставал и откровенно хвастался. Наконец он достал штоф темного стекла и поставил особо, в стороне от остального.

— А это настойка по рецепту моего покойного батюшки, крайне живительная для женщины любого возраста! Бодрит, знаете ли, несказанно!

— Вот с нее и начнем! – обрадовалась барыня, протягивая руки к штофу.

— На пустой желудок нельзя-с! Верно, Трифон!

— Верно, Ваша милость, нельзя, пронесет!

Барыня рассмеялась, прикрыв малозубый рот кружевным платочком, а Аглая Сергеевна покраснела.

— А посему, откушаем, чем Бог послал! – начал угощать Василий Львович. – Грибочки, грузди соленые, рыбка красная семга, рыбка белая севрюжка, расстегаи и еще много чего! Угощайтесь, не стесняйтесь!

Насилу уговорил откушать-отведать. А потом и наливочка особая пошла в ход. Правда, подозрительная Серафима Ивановна приказала испробовать наливку на девушке Фенечке, которая после полустопки держалась молодцом, хотя и окосела. Выждав несколько времени, «причастились» и барыня с дочкой. И все сразу засобирались спать. А Фенечке со свечкой было велено показать ему свободную комнату...

Она шла впереди, иногда поднимая свечу высоко, чтобы посветить барину, а он оценивающе посматривал на ее аппетитный задок. «Ничего-ничего!», – подбадривал сам себя Василий Львович. – «Недолго тебе, милая, в девках ходить, если тебя уже не оприходовал какой-нибудь Ванька-приказчик!». Когда же она распахнула дверь в комнату и замерла, он просто подтолкнул ее внутрь и захлопнул дверь. Затем облапил растерявшуюся девушку и потянул ее к постели.

— Твоя барыня разве тебе не говорила, что ты должна меня раздеть, уложить и ублажать всю ночь? Нет?

Он отобрал у Фенечки подсвечник и поставил его на столик.

— А теперь я хочу посмотреть на тебя и пощупать.

Он стояла неподвижно, покусывая платочек, и не двигалась.

— Ты робеешь предо мной? Ты ни разу не была... с мужчиной?

Фенечка покачала головой.

— Не робею, но не была...

— Ладно, – согласился Василий Львович. - Я – приличный человек, и насиловать тебя не буду. Но посмотреть-то на тебя можно?

Она заколебалась.

— Ты сарафанчик-то сними! Или тебе помочь?

— Ой, я лучше сама!

Она стащила тяжелый расшитый жемчугом сарафан и сняла тонкую батистовую рубашку. потом расставила ноги, раскинула руки и сказала обреченно:

— Смотрите...

— Бедная ты, бедная! – помолвил барин. – Где ж твои волосики?

— А их и не было. Не выросли. А себе она их каждый день велит брить.

— Зачем?

— Чтобы она была, как я.

— А что, она какая-то особенная?

— Да. Она не любит мужчин.

— Ха! Я их тоже не люблю! А кого же она любит? Не коней же?

— Она любит девушек.

— А вот как! Прямо, как я. Сколько она лет прожила в Смольном институте?

— Я не знаю. Долго.

— Все ясно! Она страдает лесбийской любовью!

— А что это?

— Ты рубаху-то одень, а то стоишь как распятая. Вот так. Теперь садись рядышком. Хорошо...

Он сел на постель, усадил Фенечку рядом, приобнял ее правой рукой и начал рассказ:

— Когда-то очень давно в теплом море на острове Лесбос жила поэтесса Сафо. Она писала стихи, сочиняла песни и. ..

— Как наш Ванька-балалаечник. Он частушки сочиняет и страдания.

— Вот-вот. Она пела их всем, но любила только молоденьких девушек вроде тебя, Фенечка, у которых еще сисечки не выросли, и волосиков совсем нет, а есть одни сосочки остренькие. А любила она их наособицу. Юные девушки надевали себе искусственные члены и ими ее пронзали с утра до вечера и с вечера до утра.

— Ваша милость! Так и у нас, как у этой Сафы! Аглая Сергеевна лежит пластом, а я ее пронзаю, пронзаю, пронзаю...

— В общем, много пронзаешь?

— Да. А научилась она этому всему у себя в институте. Там была у нее начальница. Так она приглашала девушек к себе в комнату, и она их пронзала, а потом они ее. Те девушки, которые делали это хорошо, получали награды в виде сластей и иных благ.

— А у твоей Аглаи Сергеевны эти штуки и сейчас есть?

— А как же! В спальне, в шкафчике. И деревянные, и серебряные, и даже один золотой!

— А как ты думаешь, они похожи на настоящий приап?

— Не знаю. Я и не видела его ни разу, с измальства то при барыне, то при Аглае Сергеевне.

Барин аж загорелся весь. Первый раз он встретил девушку, пусть из простых, которая не видела обычного мужского живого горячего члена!

— А хочешь, покажу? – горячечным шепотом произнес Василий Львович.

— Д-да, – еле слышно сказала Фенечка.

— Так раздень меня и смотри, сколько хочешь. А он интересный, мой приап!

Странно, думал барин, пока Фенечка дрожащими руками его раздевала, когда же наливка с зельем начнет действовать. Или Трифон что перепутал?

Когда могучий член Василия Львовича вырвался на свободу, Фенечка аж присела.

— Что, красавец? То-то! Эта тебе не деревяшка на веревочках!

Не вставая, девушка жадно рассматривала темные кудрявые волоски, и синие толстые вены, и темный редковолосый мешок, и тонкую кожицу, собравшуюся забавным свистком на самом конце.

— А теперь небольшой фокус! – заявил барин и резким движением руки обнажил головку. – Это называется бахчисарайский фонтан!

— Фонтан? Почему?

— Если я прилягу, а ты произведешь некоторые движения руками, то забьет фонтан!

Он

Порно библиотека 3iks.Me