годы ленточка явно потеряла внешний вид, а концы были слегка подраны, однако это было для него самое дорогое богатство из тех, которые он вез со Святой земли.
Лишь заскочив в поместье и выслушав отчет наместника, Джон помчал в город, оставив своих немногочисленных ополченцев с семьями. Радости их жен не было предела, ведь мужья вернулись живыми и практически богачами, по крайней мере, по меркам крестьянина. При этом радостные вскрики, заглушали жалобные вопли вдов, чьи мужья так и остались на поле брани.
Джон мчал на всех порах до города, совершенно не жалея коня. Конечно, в первую очередь он должен был отчитаться перед бароном, вручив тому увесистый мешок с золотыми монетами. Но больше всего он мечтал увидеть свою ненаглядную Сесилию.
Барон Ральф по-доброму встретил своего вассала, хотя больше всего его заинтересовал размер привезенного мешка. За бокалом вина, Джон рассказывал о своих приключениях, о неимоверной жаре, об арабах, о величии Иерусалима. И все же Джон был как на иголках. Он стремился как можно быстрее покинуть барона. Однако рамки приличия всё никак не давали ему этого сделать.
И все же, спустя пару часов пустой болтовни, они распрощались. Джон, как только оказался за порогом приемной, практически побежал на кухню, где трудилась Сесилия. По дороге он встретил старую кухарку Эмму, которая всегда была так добра к Сесилии и отпускала её пораньше, когда девушка стремилась на свидание к сэру Джону.
— Сэр Джон, вы вернулись, - как-то озабоченно сказала Эмма.
— Да, моя хорошая тетушка, а где же Сесилия.
Эмма немного загрустила.
— Сэр Джон, ждите через два часа в таверне, той, что рядом с городским рынком. А пока уходите.
Джон не совсем понял то, что хотела сказать ему кухарка, однако противиться просьбе не стал.
Только находясь в трактире, Джон понял, как он проголодался. Заказав жирный кусок свинины и кувшин вина, он принялся за ужин. Ему казалось, что время просто остановилось. Однако когда с жирным куском мяса и вином было покончено, на пороге таверны появилась Эмма. Что-то острое, казалось, вонзилось в сердце рыцаря, предвещая беду.
— Сэр Джон, когда вы уехали, ни дня не проходило, чтобы Сесилия не вспоминала о вас. Она так сладко рассказывала о ваших вечерних прогулках, нам самим стало казаться, что влюбляемся в вас. Каждый вечер Сесилия молилась за вас, чтобы вы не сгинули на чужой земле.
Джон слушал как завороженный, однако внутри все больше утверждалось чувство, что случилось что-то ужасное.
— Время шло, - продолжила кухарка: - И наша милая Сесилия все больше расцветала, превращаясь в прекрасного лебедя. Однако она все так же продолжала вас любить. Вы даже не представляете, как часто она всматривалась в окно замка, желая увидеть пыль от копыт вашего коня. Однако случилось непоправимое.
— Что? Что случилось, Эмма, говори! – уже явно заволновался Джон, переходя на крик, что другие посетители таверны невольно обернулись в его сторону.
— Сесилия действительно превратилась в настоящую красавицу. К своим девятнадцати годам, она стала самой красивой девушкой города. Да что там города, думаю, всего королевства. Старый барон всё больше стал заглядываться на девушку, пытался её шлепнуть по заду или ущипнуть. Да, я не раз была свидетельницей наглых домогательств со стороны барона, поэтому старалась вообще не выпускать девушку из кухни, чтобы барон не видел её.
— Однажды ночью, по приказу барона, слуги насильно привели Сесилию в его опочивальню. Мы все видели, однако перечить барону, никто не смел. Ещё долго мы слышали дикие девичьи крики, доносящиеся со спальни барона. Этот бугай грубо насиловал милое создание, налегая на неё своим жирным животом. А затем... затем эти крики утихли. Видимо девушка смирилась со своей участью. Лишь утром её обессиленную в изорванной одежде отнесли в подсобку. Девчонка была в синяках и остатках белесого семени. Я как могла, ухаживала за бедняжкой. Она же за несколько дней, после изнасилования, не проронила ни слова. Всегда веселая и озорная, в те дни она напоминала лишь тень себя прежней. Я старалась не отходить от девчушки. А потом...
— Что? Что потом?! – негодовал рыцарь.
— Каюсь, я заснула прямо у ложа бедняжки. Когда очнулась, девочки в комнатушке уже не было. Я выбежала в коридор и увидела, как Сесилия стоит у распахнутого окна. Белая ночнушка, словно призрак развивалось на её обнаженном теле. Я пыталась кричать, но девушка меня не слышала. Сделав шаг вперед, она вступила в вечность. Хоронили её быстро, а всей прислуге было строго настрого запрещено распространяться о том, что произошло. Старый барон знал, что вы с Сесилией любите друг друга. Зная ваш буйный нрав, он, может быть, где-то и испугался вашей возможной мести.
Джон сидел бел как сама смерть, а перед глазами его была сплошная пелена. В тот миг он был пьян. Но не вино вскружило ему голову. Гнев, ярость, месть – вот и все то, о чем способен был думать сэр. Казалось, он просто сходил с ума. Его маленькая нежная Сесилия! Та, которая каждую ночь приходила к нему во сне, гладила по щетинистым щекам, целовала в шероховатые обветренные губы, а затем укладывалась к нему на грудь и нежно засыпала...
— Убью его! – с силой вогнав кончик кинжала в столешницу, пробасил Джон, заставив в очередной раз обернуться других гостей.
— Нет, мой дорогой Джон. Барон собрал отряд солдат и направил их в ваше поместье. Я случайно это подслушала, когда
Порно библиотека 3iks.Me
9584
28.01.2021
|
|