разу не прозвучало ни прямых угроз, ни упоминаний контрабандного характера водорослей.
— Меня терзают сомнения, — заговорила она вновь спустя несколько минут, когда они с Виктором уже стояли у входа в кинотеатр, где Нахрап-последний договорился провести пару часов с женой и детьми. — Вы слишком предусмотрительны.
Он весело глянул на неё. Вот и очередной экзистенциальный кризис, тоже случавшийся пару раз с некоторыми его пассиями.
— Это плохо? — Виктор подошёл к кассе. — Ну, для мужчины?
Виртуальная фея передёрнула зябко плечиками.
— Мне... начинает казаться, что вы заранее меня просчитали. Специально... загнали в ловушку, из которой нет выхода. — Она уронила вновь взгляд, сверля им собственные перекрещённые пальчики. — Вы...
Он приобнял её, прижал почти силой к себе, уткнувшись лицом в её шею. Как бы цинично он ни относился к возможным чувствам голографического фантома, сейчас он видел перед собой страдающую юную девушку — которую обязательно нужно стандартно утешить.
— Это привело к чему-то плохому? — Виктор поцеловал её, поцеловал чуть ниже левого ушка, надеясь в глубине души, что рядом нет камер. Мужчина, который обжимается с пустотой, на котором нет при этом даже виар-очков, может и в нынешние дни довольно странно выглядеть. — Кто-то пострадал в результате?
— Да. Нет, — выдохнула она, зажмурившись. — Не знаю...
Никки прильнула к нему, вся дрожа, Виктор погладил её по волосам, гадая в глубине себя, насколько электронной девчонке вскружила голову его естественная харизма, а насколько — приказывающие испытывать симпатию к обладателю браслета программы.
— Вы... просто использовали меня. — Она надула губки обиженно. — Это... неправильно. Так... не задумывалось.
— Правда?
Подняв не без иронии брови, Виктор повернулся к окошку кассы, бросил вполголоса:
— Мне четыре билета на «Непобедимый», на соседние места. Лучше — в первом ряду или хотя бы в одном из трёх первых.
Сотрудница протянула билеты, четыре архаичных проштампованных кусочка бумаги, всё как два века назад. После распространения телевизоров и Интернета кинотеатры были обречены занять со временем нишу «эстетства для ценителей старины», как уже случилось когда-то с театрами обычного вида.
Никки обиженно засопела.
— Что вы имеете в виду?
Похоже, девушка не хотела никак съезжать с мелодраматической темы.
— Ну, мы же знаем, как это происходит. — Виктор дёрнул уголком губы, в глубине себя начиная немного жалеть собеседницу. — Не вчерашний день в бизнесе. Алкоголь продавать запрещено — мы продаем концентрат виноградного сока, а на этикетке указываем рецепт изготовления вина из него за несколько дней, причём с примечанием, что покупатель ни в коем случае не должен так делать, ибо это противозаконно. Кто сказал, что мы продаём алкоголь? Упаси нас Великое Объединение!
Он скосил взгляд на Николь, снизив чуть голос:
— Или вот — обворожительная юная четырнадцатилетняя фея, виртуальная грёза, благодушно настроенная и наделённая прекрасными формами.
— Мне... не то чтобы четырнадцать, — кашлянула Никки, чуть побледнев. Кажется, до неё начало доходить, к чему клонит Нахрап. — Ну, то есть внешне — да, и воспоминания мои во многом акцентированы на этом, но... Чёрт. Мой возраст — смутный вопрос.
— Не принципиально, — отрезал Виктор, усмехнувшись цинично не без затаённой горечи. — Так или иначе — юная горячая фея в браслетике, по желанию видимая и осязаемая для хозяина. Кто сказал «секс-игрушка»? О нет, она существует лишь для дачи мудрых советов клиентам. Что её в принципе легко развратить, за это мы не в ответе, это всё на совести хозяев браслетов. Нет-нет, мы вовсе не планировали ничего подобного, честно!
— Чёрт. — Никки вновь запылала, зажмурилась, щёки её загорелись. Поддавшись импульсу, Нахрап просунул снова ладонь под её короткую юбочку, пальцы его нырнули под ленточку трусиков школьницы, нащупывая заветные складочки. — Я... ужасная дура. Джерри... был прав.
— Хочешь сказать, ты не знала? — Кончики пальцев Виктора толкнулись в алую щёлочку, приветливо взмокшую, как он заметил не без удовольствия. — Ну, в этом есть логика. Ты и не должна была знать.
— Я... нет. — Приоткрыв рот, девочка тихо застонала. — Я... не такая. К-королева Николь... не могла планировать это.
— Уверена?
Он поцеловал её прямо во взмокшую от слёз щечку, не прекращая при этом расчётливые движения опытных пальцев под лентой панцу.
— Подумай. Не маловато ли в твоей памяти сексуального опыта, сексуальных фантазий? Не для того ли, чтобы ты была более неискушённой, более уступчивой, мягонькой, сладкой? Тебе могли попутно внушить и веру в некую великую миссию, чтобы повысить соответствие архетипу «идеалистичной школьницы».
Виктор бил наугад, но не без удовольствия заметил по чуть заострившимся чертам личика Никки, что удар его приносит плоды. Проверенная психологическая тактика, посеять в девчонке недоверие к собственной родне и близким, чтобы она утеряла на время все моральные ориентиры и не знала теперь вообще, чему верить.
Приём подлый, но эффективный.
Главное в этом — не забыть, наигравшись с девчонкой, нивелировать потом последствия его применения. Всё-таки в конченых злодеях Нахрап-последний обычно себя не числил.
— Что... вы делаете?..
Киберверсия королевы Гринвич пискнула тоненько, чувствуя, как два или уже даже три пальца растопыривают, почти рвут изнутри её влажное лоно.
— Ласкаю тебя.
Он вскинул брови:
— Тебе не нравится?
Никки закусила губу, кинула на него беспомощный взгляд.
— Н-ну... — Бёдра её задрожали. — Н-нравится...
— И ты сделаешь мне тоже приятно. — Прижав её снова к себе, прильнув губами к её жемчужным волосам, он шепнул ей на ухо: — Когда мы войдём в кинотеатр. Ты сядешь у меня на
Порно библиотека 3iks.Me
20433
02.03.2021
|
|