огрызалась по всякому поводу. Больше всё задумчиво молчала. Повзрослела.
— Сегодня я Мэри отвезу, - решила Яна. И пошла в спальню одеваться.
А Женька спросил дожёвывающую тост дочку:
— Машенька, о чем ты всё время думаешь?
Мария посмотрела на него тяжким взглядом, как на неразумное дитя. Вздохнула:
— О жизни, пап. О жизни.
— И что ты о ней думаешь?
— Это сложно... Я ещё не до конца додумала...
— Доченька, если тебе надо в чём-то помочь, то...
Мария перебила:
— Я сначала должна сама разобраться.
Мда... Гусаков подумал, что одиннадцатилетнему ребёнку рановато задаваться философскими вопросами. Ей бы прыгать, играть в куклы и читать сказки...
И снова пришла ненависть. Те суки, что сломали жизнь не только ему и Яне, но и их ребёнку... Они сдохнут. Но перед смертью они свою маму проклянут, за то, что она их родила...
Вышла уже экипированная жена.
— Ну, что, дочь? Поехали?
Уже на выходе она обернулась к мужу:
— Жень, я съезжу на работу. Пощупаю слухи и сплетни... Да-да. Я знаю. Я буду максимально осторожна.
— Не демонстрируй машину. Слышишь меня? Поставь где-нибудь подальше. Метрах в ста.
— Поняла. Я у госпиталя припаркуюсь. К одиннадцати вернусь... Я тебе ещё позвоню. Обними меня.
Обнял. По-дружески, без былой нежности.
* * *
Гусаков постоял в задумчивости перед закрытой дверью. Потом пошел на кухню и начал планировать подходы к Кузнецову. Через полтора часа и после десятка исписанных листов, картина сложилась во вполне приемлемый план. Вроде бы всё предусмотрел. Надо было купить кое-какие вещи и отрепетировать с женой последовательность действий.
После, Женька залез в интернет, нашёл сайт «экскорт-услуг», выбрал девочку помоложе. «Диана», блин, английская принцесса. Ага. В объявлении написано: - «Ненасытная нимфетка». За пару тысяч. Позвонил и договорился подъехать забрать.
Девочка - так себе. Не красавица. Но ему с ней в постель не ложиться.
Привёз домой это сокровище и объяснил задачу. После поил даму чаем с заварными пирожными.
Позвонила жена.
— Всё, Жень, выезжаю домой...
— Жду.
Оделся сам, галантно подал пальто девушке и уселся с ней в его внедорожник, стоящий у подъезда. На заднее сиденье.
Когда показался белый Янкин «Jazz», Гусаков обнял экскортницу, сделав вид, что они целуются. Всё готово...
Янка подрулила на свободное место, рядом с Хондой мужа, вышла из машины и пошла к входу.
Она заметила движение в салоне внедорожника и вернулась. Распахнув дверь - замерла. Гусаков обнимался с какой-то девкой...
Янка, в шоке, медленно отступала от этой картины, пока не упёрлась спиной в свою машинку.
Женька вылез на улицу и внимательно наблюдал за женой. Та вдруг очнулась, громко всхлипнула и метнулась бежать по дорожке от дома.
Муж в два прыжка догнал супругу, привычно сгрёб её за шевелюру, развернул к себе. Шапка слетела. Лицо у Яны искаженное мукой, было залито слезами.
— Что ты должна делать? - прорычал мужик.
Янка рыдала и не могла вымолвить ни слова.
— Что ты должна делать? - злобно допытывался муж.
Не получив ответа он сердито объяснял:
— Ты должна идти ко мне! Ты понимаешь, что я говорю?
Янка мычала сквозь плач и мелко кивала.
— Вот сейчас - тяжёлая и непонятная ситуация... Ты должна идти ко мне. Не бежать куда попало, задрав голову и выпучив глаза, а идти ко мне. И мы садимся и разговариваем... Поняла?
— П-п-поня... ла.
— Что ты сейчас должна сделать?
— Идти... К тебе... - трясущимися губами выдавливала Яна.
— И?...
— Мы.. Садимся... И разговариваем...
— Ещё раз.
— Идти к тебе... Мы садимся и разговариваем...
— Молодец. Иди домой. Я с человеком рассчитаюсь.
Девочка, стоящая за его спиной ухмыльнулась:
— Круто ты с ней...
— Вот, пятёрка, - он протянул пять тысяч, - и пятьсот на такси.
— Спасибо, милый. Если...
Женька тут же окоротил:
— Я тебе не милый... Сейчас, такси вызову. Садись пока в машину, я тебя вывезу к шлагбауму.
Янка сидела на кухне, не раздеваясь, подперев рукой голову. Горько смотрела на Гусакова. Слёзы ещё стояли в глазах.
— Женя, зачем ты так?
Женька, не ответил, тяжело уселся напротив.
— Что ты почувствовала?
— Не знаю. У меня просто мозги отказали от горя... Шок.
— Но ты поняла, как в этих случаях поступать?
— Всё я поняла, Женя.
— Это больно, но это надо...
— Я поняла... Надо...
— Теперь ты понимаешь, что я чувствовал в той грёбаной сауне?
Жена опустила глаза. Ничего не ответила.
— Так вот, дорогая... Моя боль была в тысячу раз сильнее. Потому, что там у тебя были вовсе не обнимашки. Там у тебя был натуральный, пошлый и гадкий перепихон...
Яна открыла рот, но муж её перебил:
— Не вздумай просить прощения! Я больше не хочу этого слышать.
* * *
Надо было ехать за ребенком в школу. Только Янку потряхивало, поэтому Гусаков сам привёз дочку.
Пока Маша переодевалась, Евгений нашёл жену в спальне. Она, прямо в одежде, лежала на кровати, свернувшись калачикам, и глаза её были пусты.
Он сел на стул перед ней. Долго молчали. Наконец спросил:
— Что делать будем?
— Не знаю...
— Отказываемся от всего, что наметили?
Яна, тихим, спокойным голосом спросила:
— Ты уйдёшь?
Женька вздохнул.
— Да. Уйду.
— Женя... Я устала... Внутри...
— Я знаю.
— Может не надо ничего... Будем просто жить...
— Нет, Яна. Так не получится.
Тут зашла Маша. И Гусаков пошёл кормить ребёнка.
Жена отошла только вечеру. Она вышла из спальни, как привидение. Лохматая и с застывшим взглядом. Налила себе чаю и сидела над полной остывающей кружкой, не делая ничего.
Женя присоединился к её одиночеству. Посидел напротив.
Сердце рвалось на куски. Но он ничего не мог поделать. Он знал, как утешить и успокоить супругу. Но сейчас таких вещей
Порно библиотека 3iks.Me
20142
02.03.2021
|
|