Зима и два лета
Лето без Ромы тянулось бесконечно долго. За всё время он прислал мне лишь пару писем в несколько строчек, где описывал своё житьё-бытьё, самоволки в ближайшие сёла и прочую солдатскую фигню. О моём приезде к нему не написал ни строчки. Да я и сам понимал, что в замкнутом пространстве полигона, где все на виду друг у друга, лучше не рисковать. Поэтому и не задавал лишних вопросов. Хотя скучал по нему со страшной силой. В августе я взял отпуск и поехал к родителям в другой город, где немного отвлёкся от своих невесёлых мыслей.
Рома объявился в середине сентября. Он пришёл ко мне в воскресенье к обеду. В нынешнем Роме с трудом угадывался тот тщедушный солдатик, которого я отогревал от холода в своей квартире девять месяцев тому назад. За лето он возмужал, загорел, лицо его округлилось. Форма сидела на нём как влитая, а на каждом погоне красовались по две сержантские «сопли». И был он какой-то чужой. Я это сразу почувствовал, лишь только Рома переступил мой порог.
Мы пожали друг другу руки, как-то неуклюже обнялись, и он тут же от меня отстранился. Я не стал навязываться со своими нежностями, хотя раньше мы уже в прихожей начинали раздеваться, целоваться, обниматься и тому подобное. Теперь он держал меня на расстоянии, и меня это больно укололо. Я не понимал, в чём причина такой разительной перемены. Тем не менее, был с ним по-прежнему ласков.
Мы пообедали, поговорили о том, о сём, и Рома спросил, можно ли ему в следующий раз прийти с армейским другом и переодеться у меня в «гражданку». Ну, мог ли я ему отказать?
Вскоре он засобирался в часть, так как теперь у него было много новых обязанностей по службе. Я решил было проводить его до маршрутки, но он не захотел. Когда за ним закрылись двери лифта, я как заторможенный вернулся на свою кухню и просидел там дотемна в одном положении. Я ничего не понимал и ничего не мог себе объяснить.
Всю неделю я был в раздумьях, домыслах и догадках о случившемся. Но подходили выходные, а с ними приближался и визит Ромы со своим другом. Не зная, чего ждать от него, я всё же стал готовиться к приёму, как в прежние времена. Сам себя успокаивал, что я неправильно понял Рому, что мне кое-что могло показаться или я мог это не так истолковать. А вдруг и друг у Ромы такой же, как и мы, и тогда втроём... В общем, фантазёр я был отменный.
Но действительность в который раз расставила все точки над нужными буквами. Друг Ромы оказался самым настоящим примитивом, грубым и неотёсанным. Говорил он односложными предложениями, в основном, междометиями и матом. Все мысли его вращались вокруг одной темы – «тёлочки» и «трах». Внешность его соответствовала интеллекту: он был невысокого роста, кривоногий, как будто чем-то надутый изнутри. И рядом с Ромой он смотрелся, примерно, как блохастая дворняга рядом с домашним ухоженным «Лабрадором».
Они страшно спешили в какую-то общагу всё к тем же «тёлочкам». Обедать не захотели, а стали хватать что-то со стола руками. Пока друг сидел на унитазе, я позвал Рому покурить на лоджию а, заодно, и расспросить. Но он после двух-трёх затяжек ушёл в комнату, оставив меня одного. Вскоре они ушли, и Рома предупредил, что завтра они снова придут переодеваться в обратном порядке.
Я часа три простоял на лоджии в каком-то ступоре, куря сигарету за сигаретой. Слёзы нахально текли по щекам, и было мне ужасно обидно и противно. Как я ненавидел китель, брюки и вонючие ботинки этого армейского друга Ромы, моего Ромы. Я готов был растерзать их на клочки, потому что именно они были виновниками нашего разрыва. Я подошёл к вещам Ромы и уловил до боли знакомый запах. Я прижимал их к себе, целовал и гладил. Они пахли моим солдатом, моим любимым солдатом.
Ну, за что мне это всё? Опять я влюбился в парня, а он оказался натуралом. В который уже раз! Вот и Рома оказался не тем, кем бы мне хотелось. Природа взяла своё. Побаловался со мной, пока молодой, а потом увидел то, для чего он предназначен в этом мире. Но ведь мне от этого ничуть не легче. Как же жить дальше?..
Они приходили ещё несколько раз, но ночевать не оставались. Я был этому несказанно рад, иначе бы просто рёхнулся от ревности. Но в середине ноября они как-то забрали свои вещи и сказали, что теперь нет необходимости так далеко ездить, потому что могут переодеваться в части. Понятно, они ж теперь «деды».
Рома перестал бывать у меня вовсе. Лишь пара малозначащих звонков мне на работу – и всё. Я не находил себе места. Особенно жестоким оказался для меня день 24 декабря. Год назад именно в этот день Рома впервые оказался у меня дома. Я сидел у себя на кухне, стоял у окна, курил и вспоминал, вспоминал, вспоминал... Интересно, что делает сейчас Рома? Помнит ли обо мне и о первой нашей встрече?
Вся зима и весна прошли в ожидании звонка от Ромы или его прихода ко мне. Я всё ещё на что-то надеялся, хотя умом и понимал, что этого не будет никогда, потому что никогда не будет. Я похудел килограммов на семь, и одежда на мне стала болтаться, как на вешалке.
Порно библиотека 3iks.Me