Медовый месяц. Незваный гость- Читать онлайн

острова.

Отсмеявшись, Макаров спросил:

— А может, зря мы его так напугали? Паренек-то неплох! Мошонка емкая, да и член большой. Ты бы хотела пробовать молоденького?

— Ты думаешь, я не пробовала? Пробовала и не раз, когда моему Илюшке жизнь облегчала.

— Ну-ка, ну-ка! Инцест, значит?

— Звучит-то как! Инцест! А всего-то подрочила сынку да дала пару раз. Если хочешь, вечерком расскажу. А пока давай яичницу сделаем.

Из яичного порошка и сухого молока вышел славный омлет. Наташа посыпала жарево сухим укропом, а Вовка налил себе томатного сока. А там и вечер подоспел, прохладный, туманный. Самое время развлечь друг друга разговорами и воспоминаниями.

Они лежали на надувных матрасах поверх спальных мешков в палатке на берегу озерка, смотрели на гаснувший костер и вели высококультурные разговоры на не менее высококультурные темы. О фильмах, разумеется.

Сначала лениво обсудили фильм «Земля». Там главная героиня, узнав, что ее суженого убили кулаки, мечется по хате голая и все крушит-ломает. При этом ее груди, как и положено, трясутся, и видно волосики, очень густые. Вовка так и сказал:

— А нафига? Нафига голая, и нафига ломает?

— Вовка, ты не понимаешь, – ответила Наташа, зевая. – Ее горе так велико, что ей ничего не мило, ни дом, ни обстановка в нем.

— Ну, а в конце какой-то «Трифон» сказал, что он убил, и на него никто не обратил внимания, это что – правда жизни? Тогда вообще гнобили всех подряд, а этот сам на кол лез, и никто его энтузиазма не заметил? Лажа полная, как и «Броненосец Потемкин». Там коляска с ребенком скакала по спупенькам, а перед тем, как солдаты стрелять начали, толпа разночинных людей с явными патологиями на лицах яростно приветствовала красный флаг. Даже сочувствующих показать не сумели. И это лучший фильм всех времен и народов? Нет, немое кино не для меня! Только Чаплин и Китон, чтоб поржать.

— А что же в таком случае тебе нравится?

— «Дело было в Пенькове», «Высота», «Девчата», вот где люди красивые и душой, и телом, и, как в жизни, то грустно, то смешно. Ну и «Июльский дождь», хоть и несвязный какой-то, но люди хорошие, умные. «Романс о влюбленных», да, музыка какая, сюжет, хоть и за уши притянут, но...

— Сисьски, да, там у ГГ. Тебе сиськи в кино нравятся?

— С точки зрения мужика, чем больше сиськи, тем лучше. Это уж от Адама идет. А для женщин – член. Разве нет?

— Наверное да, – Наташа почесала красный от загара нос. – Я, когда увидела у Илюшки член, сразу вспомнила, что я баба. А ты когда и с кем почувствовал, что ты мужик?

— А я и не забывал никогда. Лет с четырех я нашел стебелек наслажения, потом в восемь, в школе уже, ну, в двенадцать, в тринадцать наяривал вовсю. А вот в пятнадцать я уже имел женщину, причем часто, и во всех смыслах.

Наташка перевалилась со спины на живот.

— Ну-ка, ну-ка?

— Инцест.

— С мамкой?

— С бабушкой.

— Со старой? – ахнула Наташка.

— Ей шестьдесят пять было. Вот и считай, со старой или нет.

— И ты ее... драл?

— Было дело. В деревне у родственников была хибарка. Сколько себя помню, мы там летом жили. Кроме широкой кровати, там еще был сундук с плоской крышкой и раскладушка. Мать с отцом спали на сундуке, дядька – на раскладушке, а я с бабулей на кровати. Маленький, я часто болел, а она со мной, то попить даст, то руку ко лбу приложит, все легче. Бабуля спала в белой рубахе, а я – в трусах и майке. А когда пачкать начал, то трусы снимать стал. Стояк замучил тогда, вечером, утром. Бабуля обычно спала с краю, я – у стенки. Она обычно ложилась первой, я за ней, перекатывался к стене, она шутливо охала. Мол, тяжеленький стал. А тут легла, я перекатился, приподнял одеяло, а она – голая!

Дальше мы все делали молча. Она взяла мою руку, повозила по твердым соскам, а потом положила на волосатый лобок, а потом прошептала: «Ну!». Ну, а я залез на нее, а дальше робею, бабушка, все-таки, не девчонка-школьница.

Она взяла меня за член и сунула в себя. А там мокрым мокро! Я недолго царствовал над бабушкой, кончил быстро, отвалился, как сытый клоп, к стенке и заснул сном младенца. Ночью проснулся, а она ритмично так подрагивает всем телом. Темно было, занавески закрыты, но увидел. Бабушка дрочила щель! Молча, упорно, тяжело дыша! А потом выдохнула: «Ых, ых!», и замолкла. Потом заснула, и я заснул. А вечером мы опять, это дело.... Вот такой инцест!

— Ну, дела! – засмеялась Наташка, снова опрокидываясь на спину. – Бабушка дрочилась, ну-ка, а я...

Сначала они дрочили каждый себе, а потом, скрестя руки, друг другу. Вовка в темноте нашарил ее клиторок, Наташа охнула и, словно в отместку, вцепилась в Вовкин член. Макаров тер Наталью вилочкой из пальцев возле клитора, а она неистово двигала его крайней плотью, словно хотела ее оторвать. Главное, кончили они одновременно и при этом орали так, что палаточный кол, поддерживавший брезентовый свод, упал, и досыпали они ночь, прикрытые лишь толстой грубой тканью.

Утром Наташа взяла рулон туалетной бумаги и утопала к отхожему месту – доске поперек ямы в песке, а когда вернулась, прошептала:

— Этот, дрочер-то, опять там! Сидит, сопит, как еж в норе!

— Пойду, приведу его. А ты

Порно библиотека 3iks.Me