насадила на него свою прелестную головку. Она ритмично и умело сосала его скользкий член, он до самых яиц проваливался внутрь горячего ротика. При этом глаза её оставались широко открытыми. Руками же она гладила его волосатые бёдра.
Мистер Мао любовался на пухлые губки, обхватывающие его ствол, на большие оранжевые глаза, подобострастно смотрящие на него и размышлял: «А ведь Люси не проявляла таких чудес сексуального мастерства. Хотя да, она тогда была ещё слишком юна. Да и жизнь в приюте и не такому научит. Будет мне хорошей подстилочкой. Не зря, всё-таки подставил её сестричку под тот нож. Теперь и замена ей есть, и жена в тюрьме. Двух зайцев одним ударом, сами понимаете, какой я молодчина!»
От таких мыслей по телу мистера Мао пробежала тёплая волна и он понял, что скоро кончит. Он схватил Кики за волосы и с чмоканьем сорвал её голову с себя.
— Нет, не туда, — он встал и поставил девочку в собачью позу, — я вот как люблю кончать.
Он пристроился к ней сзади и с размаху вставил свой напряжённый орган в тугую, но скользкую киску. Девочка громко застонала. Мужчина стал жёстко и размашисто её трахать. Ни о какой девственной плеве речи, разумеется, не шло. По номеру разносились шлепки и чавканье, девичьи стоны и мужское сопение. Джулиан раздвинул пошире маленькие белые ягодички, колечко ануса при этом приоткрылось, показав нежно-розовые внутренности. Он легко проник внутрь большим пальцем и стал крутить им и вертеть. Кики застонала ещё громче.
— Там у тебя так скользко и чисто. Ты готовилась к нашей встрече?
— Конечно да!
— Хочешь, чтобы я кончил тебе в попку, маленькая шлюшка?
— Да, милый! Трахни свою новенькую шлюшку в попку и залей её своим семенем!
Мистер Мао выдернул мокрый от выделений член из раздолбанной пиздёнки и легко вставил его в манящий анус. Несколько глубоких фрикций, и по его телу разлилась волна неземного наслаждения, он начал изливаться внутрь жаркой и тесной дырочки. Пожалуй, даже слишком тесной. Перед его глазами поплыли разноцветные круги, фиолетовый, жёлтый, оранжевый, словно глаза девочки, зелёный... Он попытался выдернуть никак не перестающий кончать член, но не смог, он был будто всосан внутрь вакуумом. Круги перед глазами пропали и мистер Мао погрузился во тьму.
***
Встретились они внизу, в холле, как и было договорено.
— Как всё прошло? — спрсила Джи.
— Отлично. Он излился в самое урожайное отверстие.
— Здорово! И сколько?
— Восемьдесят семь!
— Ого! А сколько оставила?
— Ровно десять, как и было приказано. — Кики нахмурила брови. — А ты тоже добыла?
— Да, немножко, — Джи хитро улыбнулась и подмигнула напарнице.
— Но ведь не было команды.
— Но ведь не было и запрета.
— И как ты его?
— Да прямо в туалете ресторана. Хи-хи!
— В рот?
— В рот.
— И сколько?
— Сорок.
— Ого, неплохо!
— Да, эти городские мужики очень сочные! — Джи снова улыбнулась и облизнула тонкие розовые губки.
— А оставила сколько?
— Три.
— Так мало?!
— Хватит с него, он кабан здоровый, скоро оклемается.
Джи взяла руку Кики и потащила за собой.
— Пошли, пока шумиха не началась.
— Пошли.
Они мирно покинули башню «Синемао» и смешались с толпой. Курточки их так и остались внутри.
За несколько лет до основных событий.
Уже третий час сидим мы с лейтенантом Самохиным в глубокой сырой землянке, вырытой лишь сегодня утром. Лейтенант Самохин — совсем ещё молодой парень, не успевший даже окончить Суворовское училище из-за войны и ушедший на фронт добровольцем. Теперь ночь, отряд отдыхает после четырёхдневного перехода. Командир сдержан, немногословен. Суровое, но добродушное лицо его скупо освещено тусклой лампочкой. Молодое, красивое, но уже испещрённое шрамами, всё в копоти от пожарищ, лицо лейтенанта Самохина — это лицо уральского народа, восставшего против оккупантов, лицо освободительной войны, с быстротой лесного пожара охватывающей не только предгорья Южного Урала, но уже и Северный Урал. Прихлебывая любимую похлёбку из видавшего виды, помятого, но добротного походного котелка, командир грустно, но спокойно рассказывает про смелые рейды в тыл к сатраповцам, про подрывы блокпостов и железных дорог, про недавний рукопашный бой с уйгурами, про захваченный врасплох монгольский десант. Лаконичные ответы лейтенанта я записываю дедовским способом — карандашом на бумаге. Смарты в отряде строжайше запрещены.
— Бойцы покрыли себя неувядаемой славой, — говорит лейтенант, вспоминая дерзкую августовскую вылазку на китайский блокпост. — Впятером не только перерезали восьмерых узкоглазых, но и взяли девку-киборга. Новейшей серии, представляешь! Эта девка, точнее кусок искуственного мяса, пока жива была, сослужила нам хорошую службу: неделю по её наводке ебошили сверху по китаёзам. Ну и как женщину, конечно, попользовали. Дырки у неё зачётные, всегда мокрые и готовые, и никакой волосни, представляешь!
— Представляю... Но речь сейчас не об этом. Говорят, ваши бойцы дали вам прозвище?
— Да. Квинт.
— А за что?
— Да хуй его знает. Видно после того случая с молдавским составом. У них спросите.
Идёт по дорогам Урала освободительная война своей тяжёлой, но победоносной походкой.
Нет здесь покоя врагам ни днём, ни ночью. Везде достанет их уральская пуля, уральский штык, уральский снаряд. Ничто не спасёт сатрапинских оккупантов и их уйгурских прихвостней от справедливого и жестокого возмездия.
Зреют гроздья народного гнева.
Шумит сурово уральский лес.
***
Часть 3. Квинт.
Тук-тук-тук.
— Можно?
— Гина, ты одна? Заходи.
Наставница Георгина, а для наставника Квинта просто Гина, вошла в его кабинет и прикрыла за собой дверь. Обошла его сзади, обняла за шею и шепнула на ухо:
— Опять куча работы,
Порно библиотека 3iks.Me
25551
14.05.2021
|
|