КАК ПРАВИЛЬНО ПИСАТЬ МЕМУАРЫ С УПОМИНАНИЕМ ИНЦЕСТА- Читать онлайн

В 60 лет я достиг того возраста, когда чаще вспоминаешь прошлое, чем задумываешься о будущем. В этом возрасте мы любим рассказывать окружающим о своём детстве, потому что будущего у большинства моих ровесников уже нет. Времена, о которых я хочу вам рассказать, уже достаточно далеки, так что моя история никому не навредит. Кроме того, большинство главных героев моего повествования мертвы, и я в одиночестве сижу перед экраном компьютера, на котором будут храниться мои воспоминания. И, конечно, я надеюсь, что не утомлю вас своим рассказом.

Нас было четверо братьев, которых воспитывала, кормила, и, в конце концов, просто каждодневно заботилась наша мать Мария. Двое моих старших братьев, Миша и Сергей, погодки, сколько я себя помню, всегда вместе строили заговоры против меня. Я был третьим по счёту ребёнком в нашей семье. Мама и её муж, мой отец Иосиф назвали меня Андреем. Женя, самый младший, родился, когда мне было 6 лет. Наш отец умер в результате несчастного случая на работе вскоре после его рождения, и мы жили пять лет на годовой доход, который нам выплачивал завод, на котором он работал до этого несчастного случая.

Беспокоясь о нашем здоровье, Мария проводила много времени на кухне, готовя для нас то, что сейчас называется «здоровой» едой. Мы окунулись в полный ЗОЖ. Слава Богу, в те времена это не было так дорого, как теперь. Теперь я сожалею, что не смаковал её стряпню, не оценил её по заслугам. На самом деле, за едой мы в основном ссорились и спорили, что не вознаградило нашу мать за её преданность научному подходу к делу воспитания детей и их здоровья.

Мария была истово верующей женщиной. Повсюду на стенах нашей квартиры, а не только в углу на востоке, висели иконы. Но, при всём этом идолопоклонении, сама наша мать, как ни парадоксально это не звучит, за исключением Рождества и Пасхи, не ходила в церковь, куда не забывала отправлять нас каждое воскресенье в сопровождении соседки, а иногда и её брата. По-своему строгая в быту, Мария была одержима «чистотой»: чистотой дома, тела, пищи, т.е. отсутствием в ней вредных продуктов, порядочностью поведения и чистотой речи. За любое нецензурное слово из наших уст следовал неминуемый поход в угол гостиной коленями на горох. Мало того, что это больно, так ещё и стыдно. К Марии частенько захаживал молодой священник в рясе из ближайшего к дому прихода, которого все мы называли отцом Иваном. Мама запиралась с ним в своей комнате для долгих разговоров. Даже нескромно приковывая наши уши к двери, мы не смогли услышать ни малейшего стона удовольствия, ни одного скрипа кровати. Но Миша однажды показал нам пакет с презервативами, который, как он утверждал, нашёл под кроватью матери. Хотя, зная брата, могу предположить сейчас, что он вполне мог сфабриковать ложные доказательства, чтобы произвести на нас впечатление.

Отца Ивана мы совершенно не интересовали. Он никогда не пытался исповедовать нас, катехизировать или хотя бы приласкать. Это странно, потому что священники обычно обожают детей, и не только ради того, чтобы наполнять их юные мозги глупостью, задурить их неокрепшее сознание и сменить зарождающиеся чувство наслаждения от жизни чувством вины. В газетах сейчас можно постоянно прочитать истории о любви совсем другого рода священников к детям. Но ладно, сейчас не об этом. Я немного ревновал из-за того, что он приходил в наш дом только ради нашей мамы, тем более что она даже «приодевалась» ради него. Хотя в повседневной жизни Мария постоянно носила потертые хлопчатобумажные платья, которые даже уборщица постеснялась бы одеть, к приходу попа она одевала довольно смелый костюмчик, состоящий из слишком короткой юбки, оголявшей при малейшем движении её большие ягодицы, и белой блузки, сквозь ткань которой виднелся черный бюстгальтер. Бедная мама! На кухне она чувствовала себя более непринужденно и на своём месте, чем когда пыталась выглядеть элегантно, встречая молодого батюшку.

Не знаю, повлиял ли этот мрачный поп на сознание мамы, но у неё после встреч с ним возникла в отношении нас, её детей, странная сексуальная фобия, но не та, о которой мог навскидку подумать мой дорогой читатель. Наша дорогая мать вдруг стала бояться увидеть нас голыми. Стоило только ей увидеть один из наших маленьких членов, восставших из-под тонкой ткани пижамы, как она тут же хватала его и энергично встряхивала, чтобы извлечь из него, как она выражалась, «яд сатаны». Так же, как она неустанно гонялась за пылью в доме, она считала своим долгом избавить нас от этого «яда». По сути, когда я говорю «маленький член», я говорю от своего имени и о себе. Те члены, что были у Миши и Сергея, были уже хорошо развиты, по крайней мере, это то, что я помню, так что маленькими их уже нельзя было назвать. Я с завистью любовался пучками каштановых волос, украшавших основу их пенисов, в то время как мой был начисто лишен волос. Термин «писюк» был зарезервирован для меня, Миша и Сергей называли свои члены инструментами, а «макарониной» или «писюном» - пенис Жени, который к тому времени ещё ни разу не встал.

Мы с Женей спали в одной комнате. Каждый вечер Мария садилась на край кровати, и, чтобы помочь братику заснуть, рассказывала ему классические истории о Людмиле, возлюбленной Руслана, Иване да Марье и прочих принцессах на горошине. Она шептала ему на ухо

Порно библиотека 3iks.Me