этот нашел приют у чукчей, живущих по традиции, мог быть им полезен в хозяйстве и задержался на весь холодный сезон. А ближе к весне он убил всю семью, и чтобы забрать их силу приготовил и съел гениталии старших мужчин и матки женщин. На другой день, он угостился по подобному рецепту и плотью их детей. Последняя пища особенно пришлась ему по вкусу.
Набравшись сил, за теплое время года он добрался до Сахи, до одного из городов и устроился там на работу. Оказалось, что он был доктором, таким который лечит больную голову, если человек слышит то, чего нет или видит такое же. На этом поприще перед ним открылись огромные возможности. Человек этот, которого позже стали звать Большой Дед, и мы тоже так будем его называть, больше всего любил наблюдать, как страдают другие люди. То ли он родился таким, то ли стал таким в лагере. Мы уже никогда не узнаем.
Его больные были для него идеальными пленниками. Он мог делать с ними, что ему вздумается, ведь большинство средств лечения таких болезней, были весьма жестокими, а меры ограничения свободы, которые можно было применить к таким людям, и здорового бы свели с ума. В Сахе на своей работе он оттачивал свои навыки причинять боль и мучением, доставлять страдание словами, унижать человека до звериного состояния и делать его навсегда больным.
Но скоро ему стало этого мало, стало скучно. Ему захотелось другого. Более свежего, более яркого. Он больше не хотел уничтожать больных. Его мечтой стало делать из здоровых больных. Ему не хотелось причинять страдания тем, кому он был безразличен. Он желал заставлять страдать тех, кто его любил, кто дорожил бы им. И еще он все чаще вспоминал вкус детской плоти и желал страстно и мучительно попробовать её снова. Только теперь он уже не хотел готовить это мясо. Он хотел есть его сырым.
Ему повезло и в его распоряжении попал один охотник, искусанный бешеным волком, который был многодетным вдовцом. Оставив мужчину умирать в закрытой камере без всякой помощи, он пошел в его дом и зверски убил его детей, взяв у девочек и мальчиков то, что ему было нужно. Насытившись их сырой плотью, он убрал следы убийства в их доме, засыпав землей сырую кровь и потихоньку, день за днем, выносил их тела в тайгу, где падальщики - звери и птицы - помогли ему скрыть все следы преступления.
Через месяц он уехал в Приморье, в Советскую Гавань. Там он получил должность районного психиатра, но суть работы сильно изменилась. В основном он принимал здоровых людей, которым нужно было от него лишь одно: подтверждение своего психического здоровья для устройства на работу. Среди них было множество женщин, молоденьких девушек и дамочек постарше. Ему не нужно было узнавать у них адрес или номер телефона. Все данные были в карте. За время короткого сеанса он успевал понять, интересна ему новая жертва или нет. И если она была ему интересна, то начинал преследование.
Так он нашел себе в игрушки работницу лучшего детского сада, дефектолога-логопеда Татьяну, одинокую мать, у которой в Совгавани не было никакой родни. Он приучил её к жесткому сексу, к грязи, к порке, к унижениям и наслаждался, наблюдая, как ломается в его руках эта властная и важная женщина, которая при первом комплименте смерила его презрительным взглядом с головы до ног и фыркнула, как кошка.
Через пару лет Татьяна наскучила ему, и он встречался с ней все реже, отдавая предпочтение новеньким, которые дарили ему более яркие эмоции. Но однажды, случайно увидев ее через окно автобуса вместе с дочерью, он решил воплотить в жизнь новый план. Она была такая другая со своей семилетней девочкой, такая заботливая, милая, мягкая, что ему захотелось растоптать этот последний островок ее личности. Пусть она приведет ему дочь на заклание.
За годы спокойной жизни, вдали от зоны, от сурового климата Восточной Сибири, от крутых характеров его обитателей Дед набрался кое-каких знаний, подрос в теории, начитался книжек. Одна оргазмическая фантазия узника Бастилии, получившая свободу и огласку благодаря Французской Революции, не давала ему покоя и казалась вполне осуществимой. Поместить в женское тело на место матки живого зверька, зашить естественные выходы и наблюдать за смертной агонией жертвы. Эта идея стала для него наваждением. Но он понимал, что взрослая женщина, даже такая покорная, как Татьяна, не даст без сопротивления сделать с собой такое. Ясно было, что гнев самозащиты может привести к нежелательным последствиям для него, даже к поражению или гибели. Другое дело ребенок. Тем более приведенный матерью.
Идея убить дочь Татьяны овладела Дедом настолько сильно, что он вернул к себе женщину и ее доверие, и вновь поработил её волю. Когда же он высказал ей свое последнее желание, она не в силах была как исполнить его, так и отказать своему Господину.
Надо сказать, что души, не погребенные по традиции, не оплаканные, не имеющие могилы долго блуждают по земле в поисках входа в мир мертвых. Но невинные дети, убитые Дедом в первой семье, а после другие жертвы в яранге отца-охотника давно уже достигли Царства Мертвых, где были милостиво приняты и самим Смертью и его вечной спутницей Весной.
Дети просили отмщения так усердно, что бог и богиня Смерти решили сами выйти в мир в человеческих обличьях, чтобы встретиться глаза к глазам с жестоким убийцей.
В то
Порно библиотека 3iks.Me
10201
22.07.2021
|
|