если не врёшь. Только без глупостей!
— Обижаешь! Я как шёлковый себя вести буду. Про Алика я помню.
— Вот и молодец. Ну, вставай, пошли, бедолага.
Мы зашли в подъезд, поднялись на восьмой этаж. Люба убедилась, что дома никого нет и впустила меня.
— Ты уж извини за бардак. С этим алкашом и дебоширом не до чистоты.
В квартире действительно грязно. Пахнет табаком и мочой. Мебель вся старая и разбитая, обои ободраны и заляпаны. Ремонта не было с момента постройки дома, то есть лет пятнадцать. Ничего, кроме планировки, я в своей квартире не узнавал.
— Да я понимаю. Пьяница в доме - горе в семье.
— Ванная вон там.
— Да, я понял.
Я зашёл в ванную, разделся, включил душ и стал мыться. Дверь вдруг приоткрылась. Заглянула Люба, одетая в домашнее, и протянула полотенце.
— На вот тебе свежее.
— Ничего, что я голый?
— Да что я, голых мужиков не видела, - она опустила глаза в район паха, - хотя с таким стояком пожалуй что нет.
А стоял у меня будь здоров! Но я не стал прикрываться и дал своей матери насладиться по полной зрелищем моего стояка. Она стояла и как завороженная смотрела на мой большой, раздувшийся член.
— Ты его бреешь, что ли? - только и смогла она промямлить.
— Да, а что?
— А то, что я такие только в порнухе видела! Я думала, что у Алика большой, но куда ему до тебя!
— Хочешь его?
— С ума сошел, дурак! Ты же меня порвешь этой дубиной! И я же сказала: без глупостей. Или ты забыл?
— Помню, как же...
Член мой тоже приуныл.
— Я там чай заварила. Как искупаешься, заходи на кухню.
— Я лучше по пиву.
— Смотри, не спейся! - Люба засмеялась и вышла.
Я яростно скоблил себя мочалкой, злясь, что опять обломался тогда, когда удача, казалось, просто не может не улыбнуться. Ну что за баран! "Хочешь его?" Ебанулся что ли, донжуан херов! Нежнее надо с мамой, тактичней! Ты же знаешь её характер! Она ласку любит, комплименты, а не нахрапистых мужланов со стояками наперевес. Ну, ничего, не мытьём, так катаньем, но своего я добьюсь!
На кухню я зашёл, замотанный по пояс в полотенце. Люба пила чай. Окинула меня оценивающим взглядом, но ничего не сказала. Я налил пива в чашку. Пили молча. Говорить, от чего-то, совсем не хотелось. Я смотрел на мамино хитрое, но всё равно прекрасное, лицо и тихо хмелел. Закончилось тем, что она проводила меня, полупьяного и засыпающего на ходу, в мою будущую спальню и уложила на свою кровать.
Снился дом, мама. Она раздевалась и одевалась, одевалась и раздевалась, но всегда не до конца. Образ её был смутным и уплывающим. Она то становилась взрослой, то юной, то смеялась, как восемнадцатилетняя, то разговаривала со мной, читая невнятные нотации из 2021-го. Член стоял колом, но она не обращала на него никакого внимания. Да ещё Наська постоянно мелькала на заднем плане!
Проснулся я от того, что кто-то сосал мой детородный орган. Я открыл глаза и увидел разрывающую мой мозг картину: моя мамка, абсолютно голая, восемнадцатилетняя, со зверским аппетитом насаживала свою белокурую головку на мой хуй! Я инстинктивно дёрнулся. Мама вынула член изо рта и поглядела на меня, продолжая надрачивать.
— Что, неприятно? - голос её слегка охрип, то ли от минета, то ли от волнения. Глаза блестели.
— Приятно, очень! Продолжай...
И она продолжила. Сосала она не слишком умело, не глубоко, но мне большего и не нужно было. От самого этого зрелища у меня сносило крышу! Мама, которую я так долго и безуспешно добивался, сама насадила свой прелестный ротик на мой огромный хуище! Конечно, я долго не выдержал и выстрелил ей в рот, несмотря на несколько палок прошлой ночь, мощную струю спермы! Люба давилась, но глотала. Проглотила, что смогла, но часть всё же пролилась мне на живот. Она всё это слизала и проглотила с довольной миной.
Член и не думал падать.
— Ну что, боец, теперь по взрослому давай? - Люба легла, широко разведя ноги и выставив напоказ гладко выбритую розовую киску.
Два раза меня приглашать не пришлось. Я навалился на маму и вставил с ходу в её текущую щель. Внутри было жарко и тесно. Мама обхватила меня ногами и прижала к себе.
— А говорила, что порву. Вон как легко вошёл!
— Это от того, что я перевозбудилась.
— А пизду для меня побрила?
— Да, увидела твой бритый хуй, так и решилась!
— А чего ломалась так долго?
— А чего ты вялый такой? Я люблю напористых!
— Серьёзно? А я думал, наоборот, - и начал медленные возвратно-поступательные движения.
— Нет, о-о-охххх... Люблюууу... О! О! О! Когда мужик доминирует!
— Когда ебёт, вот так?! Так?! Так?!! Так?!!!
— Да! Да! Да! Еби! Еби!! Ебиииии!!!
— Как шлюху?
— Да!
— Как кого?!
— Как шлюху! ШЛЮ-ХУ!!!
— На! На!! На!!! Получай, шлюха!
Я с рычаньем кончал в маму, вдалбливая её в кровать. Все простыни смялись, мама краснела и блестела от пота, глаза её закатились, она кончала.
Спустя час и ещё пару палок мы сидели на кухне голышом и пили крепкий сладкий чай.
— Ну ты и жеребец! - улыбка не сходила с маминого лица.
— А то! С такой шлюхой, как ты, и не в такого жеребца превратишься!
— Не надо меня шлюхой вне постели называть, ладно?
— Окей, окей, извини.
— Надо что-то с телефоном твоим решать, секс-машина ты моя.
— Да, надо.
Порно библиотека 3iks.Me
7912
19.08.2021
|
|